Лица, обсыпанные, словно мелом, вечерней усталостью – повсеместно, как стандартный набор метафор. Мужчины не носят зеркальце в сумочке, и потому чаще смотрятся в зеркала. Себя я в них вижу точно, пока еще отражаюсь, чем доволен; мало отличим, в сущности, от других. Холеный успех – всегда! - транслируют лишь биржевики; у них историческая перспектива – рынок всегда растет, и даже на падающем индексе можно заработать. Остальные тщательно скрывают страхи.

Лично вы, зритель, предпочли бы пойти в театр, чтобы отдохнуть или, наоборот, поработать мозгами и душой? Вот точно такую же задачу решают директора и художественные руководители театров. В условиях, когда государство отпускает театры в автономное плавание, думать приходится быстро: время – деньги. Театр ежедневно решает систему нравственных, эстетических и экономических уравнений, в которых множество параметров.

… Не знаю, что у вас там пишут о наших событиях и что показывают по ТВ про наши события, но дела у нас тут интересные. Может быть, я и не смогу верно ответить на твой вопрос. Потому что для меня это уже «восстание детей». Я два дня брожу по Чистопрудному бульвару и вижу, что протестуют 17-25 летние. То есть это уже протест следующего поколения. Там тоже нет пока отчетливо ответа.

Накануне праздника город как будто вымер, мы бродили по залитым весенним солнцем пустынным улицам. Официант в ресторанчике объяснил, что в такую погоду все на огородах, на приусадебных участках, ведь с них весь город кормится. - Ну а завтра народ соберётся на праздник-то, выползет с огородов? - Конечно, это святое… И действительно, на завтра к 9 утра на площадке у военкомата под мелодичный перезвон медалей собрались все ветераны войны городка. Их рассадили для торжественной фотографии на память.

… Не знаю, что у вас там пишут о наших событиях и что показывают по ТВ про наши события, но дела у нас тут интересные. Может быть, я и не смогу верно ответить на твой вопрос. Потому что для меня это уже «восстание детей». Я два дня брожу по Чистопрудному бульвару и вижу, что протестуют 17-25 летние. То есть это уже протест следующего поколения. Там тоже нет пока отчетливо ответа.

В метро ехала очень симпатичная пара, мужчины — одному за 50, а другому лет 25, отец и сын, сразу видно. Пьяненькие (отец чуть больше). Сын такой модник, с серьгой в ухе, с хвостиком, в дурацкой шляпке, а папа скромный, в чем-то сером. Оба жевали резинку – сын ловко, отец чуть застенчиво (угостили).

Что-то не так. Безобразие дисбалансов в нынешнем состоянии обозримого человечества наглядно взывает к позитивному, да и к любому другому, разуму. В базисных объяснениях структуры нашей психосоциальной, социокультурной, политэкономической и т.д. реальности имеет место какая-то нестыковка. Архаизм – если не сказать анахронизм – сегодняшней власти на евразийских (ну, то есть постсоветских) пространствах проявляется социальными конфликтами и чреват ещё бóльшими, вплоть до гражданских войн.