Мы совершенно неожиданно оказались в обществе, в котором публично можно сказать все что угодно
Когда деревья были высокими, трава зеленой, а я юной, был один Жирик. Он нес херню, а люди за него голосовали, вокруг куча людей пытались выглядеть умными, пилили бабло, развязывали войны, но говорить старались что-то такое, что принято было говорить в приличном обществе. А Жириновский мыл ноги в Тихом океане и казался шутом. Потом появились мизулины, Рамзан Ахметович завел Twitter, и мы как-то совершенно неожиданно оказались в обществе, в котором публично можно сказать абсолютно все что угодно.