Война за Волгу

Московские воеводы к этой войне тщательно готовились, так как понимали, что в новых условиях столкнуться придётся не с Казанским или Астраханским ханствами, а с военно-политическим блоком, состоящим из Османской империи, Крымского, Казанского, Астраханского, Сибирского ханств и Ногайской орды. Финансовое, техническое и численное превосходство было явно не на стороне русских. Однако растянутость коммуникаций, слабый уровень мобилизационной готовности, отсутствие единого командования, внутренние противоречия и неудачное военно-географическое положение противников Московии давали русским шанс на победу. Этим шансом они и воспользовались.

Однако прежде чем рассуждать о стратегии московитов, опишем их тактическое вооружение, расскажем, что представляла собой русская армия первой половины XVI века.

Армия того времени была иррегулярной. Её основу составляла кавалерия, насчитывающая до 70% личного состава. Кавалерия состояла из следующих частей: конные служилые дворяне и бояре, по зову царя должные явиться на военную службу «конно, людно и оружно», боевые холопы бояр и дворян (некий аналог оруженосцев), то есть те, кто должен был вместе с господами явиться «людно» – собственно, «люд» они и были, служилые татары, в основном, касимовские, а также казаки. Очень незначительную часть кавалерии составляли те, кого современным языком можно назвать ополченцами, то есть воинами, ситуативно набиравшимися по городам по приказу царя.

Наступательное вооружение кавалерии не было унифицировано: кто считал основой этой части своего вооружения саблю, кто – копьё, кто – кистень или палицу. Оборонительное снаряжение тоже было разношёрстным. У меньшинства были шлемы, кольчуги и специальные щиты для конного боя. Большинство обходилось без них. Лошади – в основном, низкорослые дешёвые ногайские. При этом в армии того времени отсутствовала стандартизация лошадей и конской сбруи. У почти половины кавалеристов отсутствовали шпоры,и погоняли они лошадей нагайкой, что снижало боеспособность всадника. Только у незначительного числа кавалеристов были сёдла, приспособленные для таранного удара копьём, держащимся в одной руке. Большинство конных копейщиков были вынуждены в бою наносить удар копьём, держа его двумя руками. Это было неудобно, а потому копья в конном бою использовать не любили. Значительная часть кавалерии была оснащена луками. Лук был у кого цельно деревянный, у кого составной, стрелы – из разных пород дерева, что не позволяло всерьёз рассчитывать на большие потери противника при стрельбе залпом. Прицельность и дальность стрельбы были очень разными. Огнестрельное оружие было не менее, чем у четверти кавалеристов при средней оснащённости армии огнестрельным оружием примерно в тридцать процентов.

Основу пехоты составляли те же боевые холопы, на покупку лошадей для которых у бояр и дворян не хватило денег. Значительную часть пешего войска составляли ополченцы. Вооружение у них было то же, что у их дедов и прадедов: пики, копья, сабли, мечи, щиты, кольчуги (не у всех), топоры, кистени, дубины и палицы, шлемы (далеко не у всех), ножи.

Были в армии того времени и хорошо вооружённые наёмники-иностранцы. Большинство из них воевало в конном строю и имело огнестрельное оружие, а иногда редкие по тем временам небольшие мушкеты, предшественники пистолетов. Как правило, подразделения иностранцев-кавалеристов, вооружённых таким оружием, именовались рейтарами. Их было совсем немного.

Наконец, артиллерия. Основная сила русской армии. В источниках и литературе встречаются разные наименования различных типов пушек. Классифицировать мы их можем примерно так:

1. Лёгкая, фактически, ручная артиллерия. Это – пищали. Пищали-ручницы (вес— 2–3кг, длина ствола— 30–45см, калибр— 20–33 мм) и пищали-гаковницы (вес— 5–8кг, длина ствола— 40–100см, калибр— 20–30 мм). Но в те годы они вытеснялись мушкетами;

2. Средняя артиллерия – тарасницы (вес— 40–95кг, длина ствола— 100–130см, калибр— 40–45 мм). Часто тарасницы тоже называют пищалями. К средней артиллерии можно отнести и тюфяки, правда, последнее – непонятно, что: то ли разновидность тарасниц, то ли вообще не огнестрельное оружие, а катапульта;

3. Тяжёлая артиллерия, «великие пушки» (вес — 100–200кг и более, калибр— 15–18см и более).

Известно, что ядра были нестандартные и для каждой пушки вытачивались из камня или (что редко) отливались индивидуально.

Полагаю, что московские воеводы тщательно изучили опыт предыдущих войн, провели своеобразные «штабные учения». Иначе я не могу объяснить того простого факта, что стратегия русской армии в войне против «султаната женщин» один в один повторяла стратегию кампании Ивана III против неформальной коалиции северных государств: Новгорода, Вятки, Устюга, Перми и Пелыма в конце XV века. В той войне сначала был нанесён удар, «разрезавший» на две части территорию противников, отрезавший часть союзников от основной финансовой и военной базы и одновременно решивший задачу захвата основной коммуникационной артерии противника. В случае с войной против северных государств это был удар по Северной Двине, кампания по захвату Двинской пятины в 1471 году, отрезавшая Вятку, Устюг, Пермь и Пелым от Новгорода. В случае с войной против «султаната женщин» это был захват нижней Волги (направление Казань–Астрахань), отрезающий Сибирь и ногайцев от Турции.

Взятие Казани рассматривалось как сугубо техническое мероприятие. Сложности с военно-технической стороны оно не представляло. У казанцев не было достаточного количества пороха и артиллерии, русские неоднократно брали Казань и знали всё об её укреплениях. Перед началом основной кампании русские провели две военные демонстрации (фактически военные учения) – зимой 1548 и весной 1550 годов, – позволявшие в максимально приближённой к боевой обстановке «обкатать» армию. С политической точки зрения демонстрации были успешны, чуваши вирьял и анат-енчи объявили о разрыве с Казанью и о переходе под руку московского царя. Аналогичную позицию заняли горные мари. Чувашам была поручена полицейская и вспомогательная функция в тылу русской армии, с которой они прекрасно справились. Например, проказанское выступление луговых мари, оставшихся верными хану, было жёстко подавлено чувашами.

С военно-технической стороны во время демонстраций-учений русскими воеводами были выявлены основные проблемы армии: низкая скорость мобилизации (собирались русские отряды медленно), слабый учёт погодных факторов (из-за ранней весны в 1550 году была потеряна – утоплена – часть пушек), несогласованность действий отдельных подразделений. Ошибки были исправлены в 1551 году.

В 1551 году Казань была блокирована постройкой крепости Свияжск – выше по течению Волги, – набег ногайцев, шедших на помощь городу, с лёгкостью отбит, и татарам были предложены почётные условия мира на основании возврата к власти династии Али. Казань была занята без боя, в ней поставили небольшой русский гарнизон, царевич Утямыш-Гирей и регентша Сююмбике взяты в плен, крымцы из частей казанского гарнизона – казнены.

Но несмотря на долгие переговоры, курултай‌, принявший прорусские решения, и обмен посольствами, – последовал отказ от сотрудничества с русскими части татар-индепендистов, которые ожидали помощи и от турок, и от крымцев, и от ногайцев. Они спровоцировали мятеж. Русский гарнизон в Казани был вырезан. Казанцы пригласили на свой престол астраханского царевича.

Тогда русские приступили к жёсткой осаде города. В окрестностях Казани была проведена продовольственная зачистка с целью лишить татар провианта, в 1552 году основные укрепления и водопровод Казани были взорваны. Шансов на удержание города у татар не осталось. Кроме того, у русских, видимо, хорошо работала тактическая разведка, а потому основные направления ударов по деблокированию Казани со стороны крымцев, ногайцев и астраханцев были хорошо известны: заранее выставлены заслоны. Все попытки прорыва к Казани были отражены. Под Тулой разбиты пытавшиеся деблокировать Казань крымцы Девлет-Гирея, а под Арском – уничтожен отряд ногайского бия Епанчи. Неплохо работала и русская стратегическая разведка. Купцы и религиозные деятели из Константинополя сообщили, что султан Селим Второй не окажет поддержки казанским и крымским татарам, поскольку занят более важным делом – беспробудным пьянством (кстати, он так и вошёл в историю, как Селим-пьяница).

Казань была взята в очередной раз. Была проведена жёсткая этническая и религиозная зачистка города. Казань стала преимущественно русским городом. Уничтожение ногайцев под Арском и резня нелояльных татар в Казани были традиционными приёмами устрашения населения, которыми русская армия прекрасно владела со времён Ивана Калиты. Назначили русского наместника, князя Александра Горбатого-Шуйского, который в силу родственных связей имел отдалённое право называться «царём казанским».

Далее в войне наступает необъяснимый перерыв длиною в год. За это время разбитые казанцы успели собрать небольшую, но эффективную партизанскую армию, укрепить крепость Чалым недалеко от Казани, сделать её центром восстания, избрать нового хана-лидера восставших, брата Сююмбике Али-Акрама и обратиться за помощью к туркам. В традиционной исторической науке никто не может объяснить причину падения темпов русского наступления и пассивности армии. Однако, исходя из моей гипотезы о внутреннем перевороте митрополита Макария 1552–1553 годов и аресте царя и царицы, заминка становится вполне объяснимой, равно как и те бессмысленные и бессистемные жестокости, которые творила русская армия именем царя на территории бывшего Казанского ханства в 1553–1556 годах, уничтожая инсургентов. Кстати сие уничтожение тоже имеет аналоги в войне с северными государствами, когда русские войска уничтожали непокорных каргопольцев и чудь белоглазую.

В 1554 году московскими войсками был нанесён удар по Астрахани. Ногайский хан Астрахани испугался и сбежал, город был взят без боя и там была установлена власть династии Али. Этим ударом территория «султаната женщин» рассекалась надвое. От основной спонсорской и военно-технической базы противника (от Турции) было «отрезано» Сибирское ханство, а Ногайская орда делилась на две части, что не давало ей возможности мобилизовать одновременно все свои ресурсы. При этом Сибирское ханство фактически бралось «в клещи». Аналогичный тактический приём был проведён и в войне против северных государств. Русские воеводы знали, что после создания «клещей» можно ожидать капитуляции наиболее слабого звена в цепи противника. В войне против северных государств, оказавшись «в клещах», капитулировал Устюг. В войне против «султаната женщин» так капитулировало, признало власть русского царя, Сибирское ханство.

В тот же год вышла из войны с Россией Алтыульская орда, ногайское племенное объединение, отколовшееся от Ногайской орды и кочевавшее в районе Эмбы.

Итак, в 1555 году, после взятия Казани и Астрахани, испугавшись нашествия русских, сибирский хан Едигер из рода Тайбуги (ногаец) присягает Московии. Присягу у него принимают на тот момент наместники московские Иван Михайлович Шуйский-Плетень и Фёдор Иванович Скопин-Шуйский. Не Иван Четвёртый. То есть реально Едигер присягает Шуйским. На вопрос о том, где находился в столь ответственный момент царь, ни тогдашние царедворцы, ни нынешние историки адекватного ответа не дают. Я полагаю, что под арестом.

В 1556 году москвичами была аннексирована Астрахань (Хаджи-Тархан) под выдуманным и благовидным предлогом об измене абсолютно промосковского хана.

Согласно канонам русской стратегии, после разделения территории противника на две части, наносился ещё и вспомогательный удар, не позволявший вновь соединить разъединённое (в войне против северных государств это – Чердынский поход), а в войне против «султаната женщин» – поход на Сарай-Джук. В 1557 Сарай-Джук был занят русскими войсками, а Ногайская орда присягнула русскому царю. Впрочем, у ногайцев была уверенность, что не навсегда в Московии будет царь русским. Они надеялись на усиливавшееся влияние в столице ногайских царевичей: Александра (Утямуш-Гирея) и Симеона (Саин-Бекбулата). Позже увидим, что это была небезосновательная уверенность.

Заняв все татарские ханства к востоку от Волги, в 1558 году русские пошли войной на Крым. Грянула первая крымская война.

Здесь надо остановиться и поподробнее проанализировать московско-крымские отношения того времени. Но об этом – в следующей статье.

Использована репродукция картины Алексея Кившенко «Покорение Казани. Пленного царя казанского приводят к Ивану Грозному».