Дарья Назаркина, автор текста про ВИЧ-диссидентов, отрицающих СПИД и пропагандирующих отказ от антиретровирусной терапии, отправляется в осиное гнездо — в сообщество приверженок естественных родов, считающих, что долг любой матери — рожать без посторонней помощи и обязательно положить жизнь и здоровье на благо ребёнка. Что заставляет многих женщин отказываться от родовспоможения и обезболивающих, на свой страх и риск рожая дома в компании доулы или перепуганного мужа?
Когда широкая общественность узнала, что я беременна, каждый второй счёл своим долгом предупредить меня о секте мам-овуляшек и предостеречь от чтения русскоязычных форумов про роды, беременность и детей.
Наивные! Ведь форумы уже давно изжили себя как форма существования в интернете, а на место пузожителей и заполосатившихся тестов пришли сторонники естественных родов и доул. Они захватили Инстаграм, Ютьюб, Фейсбук, а некоторые даже Телеграм.
Основная идея естественного родительства — это роды дома или без медицинского вмешательства в роддоме, никаких стимуляций, эпидуральной анестезии, кесарева, окситоцина. Всё это от лукавого.
Скажу сразу, лично мне сама идея естественных родов совсем не близка — я не очень понимаю, зачем отказываться от анестезии и квалифицированной помощи людей, которые понимают в родах больше, чем я. В конце концов, медицина так сильно ушла вперёд, и мы почти перестали умирать, даруя новую жизнь этому миру, так зачем при этом откатываться назад? Я попыталась разобраться, почему это движение привлекает миллионы беременных женщин, которые считают, что безопасней родить самой, чем в роддоме.
Евангелистами естественных родов часто выступают доулы. Доула — это что-то вроде психотерапевта, которая сопровождает будущую мать во время беременности и родов. В теории, она не принимает никаких решений за роженицу, не даёт советов и не является медицинским работником, как, например, акушерка. Сама по себе идея, конечно, хорошая — кто-то же должен бесконечно повторять «всё будет хорошо», чесать спинку, делать массаж стоп и искать мандариновый фреш. В конце концов, не у всех есть мужчина, да и не каждый из них готов стоять с принимающей стороны. А видеть лица родственниц, пусть даже близких, когда ты не в лучшей физической и психологической форме, — для многих сомнительное удовольствие.
Сами доулы утверждают, что их профессия — это современная трансформация повитух. В основном доулы предлагают три вида услуг — сопровождение беременности, участие в родах и так называемое закрытие родов. А также большое количество вебинаров, семинаров и встреч на темы, связанные с беременностью, родами, кормлениями.
Несмотря на то, что кодекс доул запрещает им пропагандировать или склонять рожениц к каким-то конкретным решениям, в своих аккаунтах они не стесняются навязывать определённые взгляды, вроде «я считаю, что, раз ты мать, то у тебя нет выбора — кормить грудью или нет». Или утверждать, что, возможно, УЗИ вызывает аутизм.
Вот, например, душещипательная эмоциональная история, в которой доула делится своим опытом родов в роддоме, называя их изнасилованием:
Вроде и нет никакого прямого призыва рожать дома или не делать УЗИ, но осадок после прочтения таких постов остаётся, и откуда-то явно попахивает пропагандой.
Одна из основных идей естественных родов заключается в том, что женщины рожали всегда, от начала мира, и они сами чувствуют, как должен идти этот процесс, как им дышать, как развернуться, ходить или лежать, а врачи заставляют их делать так, как удобно самим врачам, а не роженицам. Эта идея, например, поддерживается страшилками, что, раз вы договорились с врачом о родах, заплатили денег, ему необходимо, чтобы вы родили в его смену, поэтому он стимулирует родовую деятельность, чтобы успеть принять и «отработать деньги».
Я прочитала очень много комментариев на YouTube-каналах и в Инстаграмах доул и поняла, что, чем больше ты принесёшь в жертву своему чаду, тем лучшей матерью в глазах окружающих ты станешь. И женщины вступают в это странное соревнование — кто больше пострадал из-за беременности, родов и детей в целом: — Я пожертвовала своей фигурой ради ребёнка и набрала больше двадцати лишних килограммов за время беременности! — А я набрала только десять лишних, но отказалась от успешной карьеры и вот уже семь лет сижу в декрете! — А я, а я, а я кормила ребёнка грудью до трёх лет, несмотря на адскую боль и треснувшие соски! — Я терпела больше двадцати часов мучительных схваток и не согласилась на эпидуралку!
В таких случаях чёткой градации нет, никто пока не понимает, приравниваются ли десяток лишних килограммов к треснувшим соскам, или у сосков вес фактора больше? Но зато с родами есть вполне конкретная негласная иерархия.
Самым простым, но социально одобряемым вариантом для слабаков являются роды в роддоме без медицинского вмешательства.
Это значит, что вы рожаете сами и не даёте врачам делать вообще ничего — стимулировать, прокалывать пузырь, вливать окситоцин, давать вам анестезию. Для этого есть несколько лайфхаков: например, приехать в роддом достаточно поздно для того, чтобы с вами можно было хоть что-то успеть сделать, или же принципиально не подписывать информационные листы при поступлении, огрызаться или держать рядом специального человека, который будет огрызаться вместо вас и не позволит врачам вести себя, как врачам положено. На самом деле, это не такая простая задача, потому что в момент первых схваток тебе, как правило, очень страшно, и ты нарушаешь медицинские протоколы, а врачам очень не хочется тебя убить. Если возникают какие-то осложнения, врачи обычно одерживают моральную победу и начинают свои процедуры, вплоть до кесарева. Если же женщина здорова и ничего необычного не происходит, то многим всё-таки удаётся избежать родовспоможения. Или же они просто хвастаются в интернетах, потому что проверить мы всё равно никак не сможем.
Домашние роды с акушеркой или доулой — это уже другой уровень. Обычно это вторые или третьи роды, к которым приходят после того, как опыт в роддоме был травмирующим, или показался травмирующим, или был таковым назван для красного словца.
Высший уровень — это рожать дома, потому что «как ты можешь расслабиться под ярким светом медицинских ламп?» и «роды — это таинство, в них не должны участвовать толпа посторонних: врачей, медсестёр, акушерок», ну и вообще — дома ты точно можешь быть уверена, что никто не проколет тебе пузырь. И никто не заберёт твою плаценту (а это важно!).
С домашними роженицами обычно срабатывает «эффект выжившего» — о тех случаях, когда роды дома закончились плохо, никто не пишет и не говорит. Сложность в том, что, если что-то пойдёт не так, рядом не будет необходимого оборудования, например, реанимационного набора для ребёнка, медикаментов и врачей. А время может сыграть не в вашу пользу. Но тем не менее есть женщины, которые оценивают риск медицинского вмешательства как более высокий, чем риск невмешательства.
Уровень запредельный — это соло-роды, когда женщина рожает сама, без какой-либо вообще сторонней помощи. То есть муж, конечно, может ходить вокруг и спрашивать: «Тебе чем-то помочь?», но в сам процесс родов никто не вмешивается. Вообще никто. Они могут быть дома или в другом месте, но не в роддоме, чаще всего ребёнок рождается в воде, его сразу же прикладывают к груди, не обмывая, пуповину обрезают через несколько часов. Соло-роды на самом деле требуют определённой смелости — ведь не будет вообще никого, кто скажет тебе, так ли всё идёт или не так, даже пресловутой доулы, и ответственность за весь процесс родов и его результат ложится на будущую мать. В таких случаях высказывается очень много аргументов, что так ты по-настоящему рожаешь сама, а не врачи рожают за тебя. Ну и опять же, то самое таинство и интимность.
Ко всему прочему, при соло-родах никто не трогает твоего ребёнка до тебя, не хлопает его по попе и не превращает первый контакт с миром в каторгу. Соло-роды являются высшим мастерством, обычно на такое идут женщины, которые считают, что любое вмешательство в протекание беременности нарушает её процесс — УЗИ, регулярные анализы и консультации гинеколога в том числе. Ты рожаешь и не знаешь, есть ли у тебя или у ребёнка какие-то противопоказания в принципе, нет аппарата, который прослушивает сердцебиение, и никто не понимает, всё ли идёт по плану или всё совсем плохо. Очень часто в последний момент отец начинает психовать, и тогда все всё-таки едут в роддом, а по итогу рожают в пути.
В самом же низу этой иерархии, практически по другую её сторону — на стороне зла, находятся аутсайдеры.
Это женщины, разродившиеся через кесарево сечение. Их иногда жалеют, конечно, но делают это так, как умеют только в женских коллективах: «Бедняжка, как жаль, что тебе никогда не понять настоящего первого контакта с ребёнком, этого таинства. Наверное, потом вам будет очень сложно чувствовать друг друга, никому не пожелаю». А иногда реагируют попросту агрессивно:
Чуть выше кесарённых, но всё равно в аутсайдерах, находятся те, которые рожали сами, но решились на эпидуральную анестезию, чтобы не терпеть боль от схваток и потуг. С ними всё понятно и так, слабачки, конечно, а как они планируют дальше воспитывать ребёнка, если провалили свой первый экзамен?
Где-то между первыми и вторыми находятся женщины, которые рожали естественно, но с медицинским вмешательством — прокололи пузырь, стимулировали ламинариями, капали окситоцин. Если в правильном ключе рассказать свою историю об этом, тебя ещё могут пожалеть и почти не будут гнобить. Главное — это грубо утрировать, добавлять жутких подробностей и утверждать, что всё происходило не по вашей воле: «Это было как изнасилование, врач загнал меня на кресло и, не спросив, просто проколол пузырь, я плакала и вырывалась, но они связали меня и грубо велели заткнуться», — после таких историй ваш рейтинг в сообществе определённо подрастёт.
Есть ещё отдельное движение по родам на Гоа или на Бали, но там совсем своя атмосфера, и они требуют отдельного исследования.
Конечно очень легко смеяться над женщин, которые видят связь между УЗИ и аутизмом, скажете вы, но к естественным родам приходят не только по глупости. В наших роддомах действительно часто происходит странное. В основном, конечно, это обычное разгильдяйство, устаревшие протоколы, отставание от мировых тенденций на несколько лет (как минимум потому, что мало кто за пределами МКАДа и аналогичных ему границ в достаточной степени владеет английским языком), мало кто из персонала искренне озабочен отношениями врач-пациент. У работников роддомов большая нагрузка, низкие зарплаты и прочее. В общем, это совсем не то, чего ждёт женщина на сносях.
Потом истории становятся легендами, врачи демонизируются, добавляются детали, заставляющие стынуть кровь. Если вы, желательно — с внушительным животом, просидите в очереди в любой женской консультации больше тридцати минут, вам обязательно расскажут о том, как врачи загубили роженицу или ребёнка, или всех вместе, а потом ещё и отца в придачу свели в могилу, и всё это для того, чтобы продать органы, ребёнка или плаценту. В общем, вы поняли, страх перед медицинскими учреждениями у беременных не то чтобы совсем безосновательный, и на нём легко сыграть приверженцам естественных родов.
Кроме этого, как показывает практика, в наш культурный код намертво вшиты роль жертвы и культ страданий. Мало кого в этом мире ненавидят больше, чем счастливых людей. Страдать должны все, чтобы каждому было не одиноко страдать самому по себе. А тут придумали какой-то комфорт — эпидуралка, роды без боли, искусственные смеси — и не надо отдавать соски на растерзание, совсем офигели уже и зажрались.
Если что-то даётся тебя без боли и страданий и не дай бог ещё и в радости, разве оно имеет какую-то ценность?
На всё это накладывается вынужденная изоляция, перспектива провести наедине со своим ребёнком как минимум все три года декрета. «Авторитетные» сообщества говорят тебе, что отец важен ребёнку только после трёх лет, а до этого всё происходящее — это твоя личная персональная проблема (беременность, роды, младенец). «Ты ничем не сможешь ей сейчас помочь, бро», — обязательно прошепчет бывалый будущему отцу. Ну и государство, которое говорит, что как минимум три года ты должна не работать, а посвящать себя ребёнку и только ему одному. Всё вместе это приводит к тому, что, кроме ребёнка и беременности, у женщины не остаётся никаких других смыслов, и она начинает активно реализовываться в том, что есть.
И если совсем уж на чистоту, рожать и правда страшно. Особенно если в первый раз, хотя даже если и не в первый. Ничего не было, кроме лишних десяти-пятнадцати килограммов и огромного живота, а тут раз — и новый живой человек. Как это вообще работает? Физиология вроде бы понятна, но ты реально не можешь осознать — всё так и должно быть или это какое-то отклонение, а правда ли необходим этот препарат? А во время родов вроде как не скажешь врачу: «Подождите, не вводите мне это, я погуглю».
Текст Дарья Назаркина Киев 
Иллюстрация Дарья Сазанович Минск 