«Эти ребята прекрасно знают, как тут все устроено»: против инвестбанкиров из фонда Baring Vostok использовали серьезный ресурс

Уголовное дело на основателя фонда Baring Vostok Майкла Калви рискует стать главным скандалом года. The Bell узнал, из-за чего оказалось в тюрьме руководство крупнейшего иностранного фонда, инвестировавшего в Россию.

Главное:

Реальная причина: острый конфликт Baring по поводу банка «Восточный» с его совладельцем Артемом Аветисяном.
Связи: Аветисян дружен с сыном Николая Патрушева.
Что дальше: у Baring тоже хорошие связи с госорганами, а значит, есть шансы отбиться.

Основатель и управляющий партнер Baring Vostok Майкл Калви. Фото: агентство «Москва» / Сергей Ведяшкин

Калви и пятеро топ-менеджеров Baring Vostok и подконтрольного ему банка «Восточный» были задержаны в пятницу днем по обвинению в хищении у банка 2,5 млрд рублей. Вечером суд отправил всех, кроме Калви, под арест. Решение о мере пресечения для основателя Baring Vostok принималось три часа, а судья дважды объявлял перерыв, во время которого удалялся в совещательную комнату. В итоге Калви под арест не отправили, а просто продлили срок задержания до 18 февраля (UPD: в субботу днем суд все же арестовал Калви на два месяца).

Формальное обвинение. Заявление на Майкла Калви и его коллег написал акционер «Восточного» Шерзод Юсупов — давний партнер второго крупнейшего совладельца банка Артема Аветисяна (ему принадлежит 32% акций банка, Baring Vostok — 52%). С 2017 года акционеры «Восточного» находятся в состоянии конфликта. Его причина — допэмиссия на 5 млрд рублей, необходимая банку для выполнения нормативов ЦБ. Baring не хотел ее выкупать и увеличивать свой пакет акций банка. Аветисян, напротив, хотел бы получить над банком контроль, но у него нет на выкуп допэмиссии денег, писал «Коммерсант».

По версии следствия, основанной на заявлении Шерзода Юсупова и подкрепленной следственными действиями ФСБ, события развивались следующим образом. Подконтрольная Калви компания «Первое коллекторское бюро» (ПКБ) была должна «Восточному» около 2,5 млрд рублей. Калви и пятеро арестованных топ-менеджеров решили урегулировать долг на невыгодных для банка условиях, считает следствие. Для этого они провели через собрание акционеров «Восточного» решение, по которому банк получил в счет долга от ПКБ 59,9% акций принадлежавшей коллекторскому бюро люксембургской компании International Financial Technology Group (IFTG). На собрании Калви и его коллеги заявили, что стоимость активов этой финтех-компании составляет 3 млрд рублей. Но по версии ФСБ их максимальная стоимость — 600 тысяч рублей.
Калви на суде заявил, что в версии следователей — «почти все» неправда. По его словам, сделка была одобрена всеми незаинтересованными акционерами обеих компаний, а Юсупов лично участвовал в переговорах и имел полный доступ к информации. Реальная причина подачи заявления — акционерный конфликт Baring с партнером Юсупова Аветисяном, против которого фонд начал разбирательство в Лондонском международном третейском суде по подозрению в мошенничестве в десятке сделок, сказал Калви. У заявителей, по его мнению, было два мотива — добиться отказа Калви от требований в Лондонском суде и не допустить размытия доли Аветисяна в ходе допэмиссии акций «Восточного».
В версии следствия позволяют усомниться документы IFTG, с которой ознакомилось издание «Открытые медиа». В отчетности компании за 2016 год (то есть непосредственно перед сделкой), аудированной и утвержденной без оговорок KPMG, говорится, что ее чистые активы на конец года составляли $37 млн — по курсу ЦБ на 31 декабря 2016 года это 2,24 млрд рублей. Также на конец 2016 года IFTG располагала свободными наличными средствами в размере $4,8 млн. В числе существенных фактов, произошедших после 31 декабря 2016 года, нет таких, которые могли бы свидетельствовать о резком ухудшении ее финансового состояния.

Директор финансового департамента Baring Vostok Филипп Дельпаль. Фото: агентство «Москва» / Сергей Ведяшкин

Реальная суть конфликта. Baring Vostok и Аветисян стали партнерами в начале 2017 года, после объединения двух проблемных банков — подконтрольного Baring «Восточного» и «Юниаструма» Аветисяна (сейчас это 32-й по активам банк в России). К тому времени Baring уже два года искал покупателя на «Восточный», контролирующим акционером которого стал вынужденно — выкупив допэмиссию, без которой «Восточный» мог бы попасть под санацию. Идея Аветисяна была в том, чтобы привлечь к плану объединения государство и создать на основе «Юниаструма» и «Восточного» опорный банк для кредитования малого и среднего бизнеса, присоединив к ним государственный МСП банк. Четвертым участником альянса должен был стать Кредит Европа банк, переговоры о покупке которого вел Аветисян.

Летом 2016 года Аветисян изложил свою идею в письме Владимиру Путину, и тот, по данным «Интерфакса», даже наложил положительную резолюцию. В январе 2017 года «Юниаструм» и «Восточный» объединились. Но план «опорного банка» так и остался на бумаге. Идею сразу же раскритиковало Минэкономразвития, против нее, по данным Forbes, выступили и основные исполнители — корпорация малого и среднего предпринимательства (владеет МСП банком) и совладелец самой корпорации, ВЭБ.
В результате в начале 2017 года Baring и Аветисян оказались совладельцами объединенного проблемного банка без надежд на то, что его спасет государство. При этом объединение с «Юниаструмом» намного ухудшило положение «Восточного». Резервы последнего до сделки покрывали просроченные кредиты на 92%, а резервы «Юниаструма» составляли всего 19% портфеля, писали «Ведомости». В ноябре 2017 года Fitch снизило рейтинг объединенного банка до дефолтного, отметив, что после присоединения «Юниаструма» его качество капитала заметно ухудшилось. Агентство насчитало у «Юниаструма» 33,9 млрд рублей потенциально плохих активов, в числе которых назвало рискованные корпоративные кредиты.
У Аветисяна по условиям объединения был опцион на выкуп контроля в банке, но, чтобы реализовать его, акционеры должны были сначала разобраться с финансовыми проблемами банка, писал Forbes. Чтобы повысить достаточность капитала, в начале 2018 года предправления банка Дмитрий Левин инициировал допэмиссию на 5 млрд рублей. Но у Аветисяна не было денег на ее выкуп, а допэмиссия размыла бы его долю. У Baring, напротив, деньги были, но фонд не хотел тратить деньги на увеличение доли в банке, от которой уже три года пытался избавиться, писал «Коммерсант». К тому времени акционеры находились в состоянии полноценного конфликта.
После завершившейся в декабре 2018 года проверки ЦБ ситуация стала безвыходной. «Восточному» было предписано доначислить резервы почти на 20 млрд рублей — без допэмиссии это было бы невозможным. По данным «Коммерсанта», в январе 2019 года Baring и Аветисян на встрече с Эльвирой Набиуллиной договорились, что размещение акций пройдет в апреле — к этому времени Аветисян смог бы в ней поучаствовать. В противном случае Baring пообещал выкупить новый выпуск полностью.

Партнер Baring Vostok Ваган Абгарян. Фото: агентство «Москва» / Сергей Ведяшкин

Кто мог поддержать Аветисяна в конфликте? Доступных способов обратиться к спецслужбам у Аветисяна должно было быть в избытке, говорит его знакомый. У него, в частности, сложились хорошие отношения с Дмитрием Патрушевым, сыном секретаря Совбеза и бывшего главы ФСБ Николая Патрушева, рассказали The Bell источник, знакомый с руководством Baring, и один из федеральных чиновников.

До прошлого года Дмитрий Патрушев возглавлял Россельхозбанк (РСХБ), а теперь он министр сельского хозяйства. Аветисян и Патрушев вместе несколько лет входили в наблюдательный совет РСХБ: Аветисян заседал там в 2012–2014 годах, Патрушев — в 2010–2018-м. В 2012 году Патрушев как председатель правления Россельхозбанка и Аветисян как директор направления «Новый бизнес» в АСИ подписали меморандум о сотрудничестве.
Поддержать Аветисяна в конфликте мог именно Патрушев, говорит один из собеседников The Bell, следивший за ситуацией в «Восточном» и плотно общавшийся с людьми оттуда. Если в разработке участвовала ФСБ, то хорошее знакомство Аветисяна с Патрушевым могло быть использовано в конфликте, предположил в разговоре The Bell и один из федеральных чиновников. Связаться с помощником Патрушева в пятницу поздно вечером не удалось, Аветисян и Юсупов за целый день не поговорили ни с кем из журналистов.
Наблюдательный совет АСИ, в котором работает Аветисян, возглавляет Владимир Путин, но на его уровень вопрос мог и не выноситься, считает бывший высокопоставленный чиновник. Дмитрий Песков еще днем говорил, что президенту о задержании пока не докладывали, почти в 22:00 он сказал «РИА Новости», что Путин «проинформирован», но больше ничего не добавил.

Гендиректор «Первого коллекторского бюро» Максим Владимиров. Фото: агентство «Москва» / Сергей Ведяшкин

Чем так важен Baring Vostok. Baring Vostok Capital Partners — один из крупнейших и старейших западных фондов прямых инвестиций, специализирующихся на инвестициях в российские активы. BVCP был основан бывшим сотрудником ЕБРР и инвестбанка Salomon Brothers Майклом Калви в 1994 году.

Для того чтобы устроить такие проблемы людям из Baring, у их врагов должны были быть очень серьезные ресурсы, рассуждает крупный инвестбанкир: «Эти ребята [Baring] так давно работают на российском рынке, что прекрасно знают, как здесь все устроено». Кроме профессиональных менеджеров, они привлекали для защиты своих интересов разных высокопоставленных людей, в том числе из силовых структур, а еще космонавта Леонова, который помогал с ними договариваться, рассказывает собеседник The Bell. «Они выпутывались из очень сложных ситуаций, не теряя активов и без всяких скандалов, их очень хорошо знают российские власти», — говорит он. Соуправляющий фонда Алексей Калинин в интервью «Коммерсанту» в 2010 году признавал, что Леонов действительно помог отразить несколько рейдерских атак на портфельные компании фонда — фабрику «Конфи» и Сыктывкарский ЛПК.

Уже на тот момент компания через четыре фонда проинвестировала больше $2 млрд в 55 российских компаний. В общей сложности за 25 лет BVCP поднял шесть фондов для инвестиций в Россию на общую сумму $3,7 млрд. Самая известная и удачная инвестиция Baring в России — «Яндекс»: в 2000 году фонд купил 35% акций поисковика за $5,28 млн, а на последующей продаже своего пакета заработал больше $1 млрд. В числе других портфельных компаний Baring были «Вымпелком», СТС Media, Avito, Тинькофф Банк, «Вкусвилл» и несколько десятков других.

В пятницу за руководство Baring вступились многие финансисты. «Я считаю, что это один из лучших иностранных и чисто работающих иностранных инвесторов на российском рынке», — сказал The Bell бывший глава Morgan Stanley в России Райр Симонян. Основатель инвесткомпании «Русские фонды» Сергей Васильев опубликовал большой пост, в котором назвал Baring Vostok «образцом для российских и международных фондов». Глава Сбербанка Герман Греф заявил, что давно знает Майкла Калви «как порядочного и честного человека, много сделавшего для привлечения инвестиций в страну». А руководитель РФПИ Кирилл Дмитриев даже выразил готовность дать за Калви личное поручительство.

Cоветник предправления Норвик Банка Алексей Кордичев. Фото: агентство «Москва» Сергей Ведяшкин

Чем известен Артем Аветисян. В середине 1990-х, еще студентом Финансовой академии, Артем Аветисян основал консалтинговую компанию «НЭО центр», которая к 2000-м стала крупнейшим в России оценщиком. В 2011 году Аветисян передал руководство бизнесом топ-менеджерам, а сам ушел работать в недавно созданное Агентство стратегических инициатив руководителем направления «Новый бизнес». Параллельно он начал строить собственный банковский бизнес — сначала купил небольшой костромской банк «Региональный кредит», из которого сделал банк для малого бизнеса под брендом Модульбанк, а в 2015 году — купил Юниаструм банк.

Аветисян «хорошо продвинулся с проектами в созданном Путиным АСИ, его знают в правительстве и в администрации президента», говорил Forbes в 2017 году федеральный чиновник. Журнал отмечал, что у Аветисяна хорошо получается дружить с родственниками влиятельных людей. В статье перечисляется очень много фамилий, включая сына Германа Грефа и брата вице-премьера Аркадия Дворковича. В АСИ Аветисян разрабатывал «дорожные карты» по снижению административных барьеров и улучшению инвестиционного климата в России.

Ирина Малкова, Петр Мироненко, Анастасия Стогней, Ирина Панкратова, Александра Прокопенко

В этой истории с нами разбирались финансовые журналисты Frank Media