Большой куш: почему «Эксмо» не озолотилось на издании учебников

Новости книжного рынка и электронного книгоиздания от Владимира Харитонова

Зачем «Эксмо» продает корпорацию «Российский учебник» и как дела у крупнейших издательств мира, а также электронного самиздата: читайте очередной обзор новостей книжного рынка и электронного книгоиздания, подготовленный Владимиром Харитоновым.

Учебники издательства «Руститанинвест»

Октябрь еще не закончился, но главная новость месяца (а то и года?) в российском книжной индустрии, кажется, уже есть. 16 октября «Ведомости» опубликовали интервью с Олегом Новиковым, в котором он заявил, что продает корпорацию «Российский учебник», куда входят среди прочего издательства «Дрофа» и «Вентана-Граф», а уже через два дня ее приобрела компания «Руститанинвест» примерно за 6 млрд рублей. По версии «Медузы», «Руститанинвест», возможно, связан с Аркадием Ротенбергом, который, возможно, связан с издательством «Просвещение». Ну то есть сам Ротенберг все это отрицает, но председателем совета директоров «Просвещения» он официально был, а после введения против него индивидуальных санкций правительством США официально перестал. Само же «Просвещение», если помните, принадлежит то ли кипрской компании, то ли вообще Каймановым островам.

Компания «Руститанинвест» появилась в конце прошлого года, так что, видимо, готовить сделку начали не в этом году. Все-таки со времен «Юкоса» и купившей его «Байкалфинансгрупп», неизвестно как появившейся и примерно так же исчезнувшей, прошло довольно много времени, так что игроки рынка успели научиться грамотным и тихим слияниям и поглощениям. Не удивлюсь, если через какое-то время обнаружится, что издательства «Русского учебника» растворились в недрах «Просвещения».

В 2016 году у корпорации было 5,5 млрд рублей выручки, в прошлом — 6,25 млрд, из которых на бюджетные закупки приходится примерно 1/3. Когда она только появилась, Александр Брычкин, ее гендиректор и правая рука Новикова, говорил о планах «получить около 50 % рынка учебно-методических материалов». Однако нарастить долю этого довольно привлекательного рынка, где есть такой прекрасный платежеспособный покупатель, как государство, у корпорации не получилось и, очевидно, уже не получится. Одержать верх в большой игре на рынке госзаказа на школьные учебники Олег Новиков не смог: одолеть министерство «Просвещения», которое выкинуло половину учебников «Русского учебника» из списка официально рекомендованных к использованию в школах, не вышло. У государства есть другие друзья, которые нуждаются в значительно большей заботе и внимании, чем г-н Новиков.

Не уверен, впрочем, что самый крупный российский издатель проиграл, продав компанию по цене всего лишь одной годовой выручки. Во-первых, окончательный выход из бизнеса учебников — хороший способ снижения рисков. На дворе, конечно, давно не 1990-е годы и не начало 2000-х, когда менеджеров «Дрофы», делившей тогда рынок с «Просвещением», в буквальном смысле убивали. Но тоже — как бы сказать помягче — не очень-то спокойно. Вот сейчас, после продажи, все устаканится: «Просвещение» будет издавать, министерство просвещения рекомендовать изданное, региональные управления образования — закупать рекомендованное. Кого ни спроси теперь — всем все будет понятно. Вот и Олег Новиков все понял. Может быть, не все понятно и не все понравится учителям, но так ведь их никто, кажется, и не собирается спрашивать.

Во-вторых, покупались эти издательства явно дешевле, убыточными они не были, зарабатывали «на себя» сами. Так что вырученные средства можно пустить на что-нибудь интересное. Хотя гендиректор «ЭКСМО» Евгений Капьев в интервью Publishing Perspectives и сказал как-то, что в приоритете у холдинга не поглощения, а внутренний рост, но рост ростом, а на рынке еще остались более или менее аппетитные активы. «Азбука-Аттикус», например. С годовым оборотом почти в 4 млрд рублей и симпатичным портфелем переводной литературы она прекрасно бы смотрелась внутри «ЭКСМО/АСТ» или где-нибудь рядом, красиво увеличив долю холдинга в этой нише если не до 100 %, то до 90–95 %. Тем более что нынешнему владельцу издательства оно, кажется, не слишком и нужно. Или, скажем, активы другого хорошего издательства, РОССМЭН (2,3 млрд рублей оборота), могли бы существенно укрепить детское направление «ЭКСМО», которое совсем какое-то, на мой субъективный взгляд, никакое. А ведь спрос на детские книги даже в плохие годы вытаскивал издателей, что уж говорить о нынешней относительной стабильности? В общем, если не тратить сразу все 6 млрд на скромную яхту, как это принято у российских олигархов, то интересные издательства для поглощения найдутся. И тогда ЭКСМО станет ну совсем большим. Может быть, даже переберется с 43-го места в мире на 42-е.

Самочувствие гигантов

Именно такое — 43-е место — холдинг ЭКСМО-АСТ занял в рейтинге пятидесяти шести крупнейших мировых издательств в 2018 году, который в преддверии Франкфуртской книжной ярмарки составила консалтинговая компания Рюдигера Вишенбарта. Пятьдесят шесть — число неслучайное, именно столько Вишенбарт насчитал издательств, годовой оборот которых превышает €150 млн. В списке всего два российских издательства. Это ЭКСМО-АСТ на 43-м месте с оборотом €308 млн и Prosveshcheniye с оборотом €231 млн. Мне, кстати, нравится такой вариант названия, да и страной материнской компании издательства составители рейтинга считают Кипр. Впрочем, и Кипр должен гордиться «Просвещением» — это ведь единственная кипрская компания, вошедшая в число крупнейших издательств в мире.

А самым крупным издательством в прошлом году (с оборотом €4,631 млрд) оказалось RELX Group, проще говоря — Elsevier, крупнейший в мире издатель научных журналов. Мировая индустрия паблишинга, впрочем, так изменилась, что ¾ доходов Elsevier получает даже не на продаже подписки, а на консалтинге, то есть продаже данных из научных публикаций.

Pearson, традиционный лидер рейтинга последних лет и самое большое в Великобритании и США издательство учебников, оказалось на втором месте. Его оборот за год снизился почти на полмиллиарда и составил «всего» €4,583. Для Pearson сейчас непростые времена — продажи бумажных учебников снижаются уже который год, прежде всего из-за непомерно задранных цен, а также из-за ускорившегося перехода на цифровые учебные материалы, а переход этот, естественно, не может пройти легко, быстро и без потери оборотов. Впрочем, проблемы у всей этой индустрии: у четырех крупнейших издательств учебников (так уж получилось, что все они американские — Pearson, McGraw-Hill, Cengage и Houghton Mifflin Harcourt) за последние 8 лет их совокупные продажи сократились с 10,5 до 8,5 млрд евро. Поэтому, собственно, отрасль и начала что-то предпринимать: Pearson продал подразделение бумажных учебников для колледжей и вместо него завел сервис подписки на цифровые учебники, а Cengage пытается (сделка еще не одобрена антимонопольным ведомством США) слиться с McGraw-Hill, чтобы сократить персонал и сэкономить на издержках.

На фоне крупнейших издателей учебников самые большие издательства научной и профессиональной литературы чувствуют себя вроде бы не так плохо:

Общие обороты Elsevier, ThomsonReuters, Wolters Kluwer, Springer, Wiley и Oxford University Press тоже сократились примерно на 2 млрд евро, до уровня 2010 года. Падение это началось несколько позже — в 2015 году. Бизнес этих издательств не розничный, и проблемы другие — активно набирающее обороты движение за открытый доступ к научным публикациям. Сначала возникло более или менее стихийное движение, но как раз год назад был обнародован Plan S коалиции научных фондов нескольких европейских стран, которые заявили, что больше ждать нечего, и они дают издателям чуть больше года, чтобы открыть доступ к материалам тех исследований, которые эти фонды финансируют. Для издателей это был шок и скандал, они так шумно стенали по этому поводу, что коалиция Plan S смилостивилась и перенесла срок с 2020 года на 2021-й. Так что снижение оборотов в ближайшие годы, видимо, продолжится.

Что касается всех топовых издательств вместе, понятно, что какие-то проблемы у них — и, видимо, у мировой индустрии вообще, в которой они занимают примерно 45–50%, — начались в 2015 году. Как раз тогда с подачи «Большой пятерки» самых крупных американских розничных издательств общим местом стало говорить о «ренессансе бумаги», «подъеме продаж», «возвращении читателей» и прочих радостях издательской жизни. Некоторый подъем и правда случился, но только парой лет позднее. Перейдет ли он в рост — в этом уверенности особой нет. Экономисты ждут замедления роста мировой экономики, если не полномасштабной рецессии. Обратите, кстати, внимание, что рецессия 2008 года тоже случилась одновременно с некоторым ростом книжных продаж. Возможно, просто так совпало, но не исключено, что в кризис люди больше читают.

Самиздат

Не знаю, так ли это на самом деле, зато не вызывает сомнений, что люди много пишут. Компания Bowker, которая отвечает в США за выдачу ISBN, выпустила отчет по американскому самиздату за прошлый год: рост продолжается и едва ли остановится в ближайшие годы. С 2013 года количество ISBN для дистрибуции бумажных и электронных книг, ежегодно выдаваемых независимым авторам и компаниям, которые их обслуживают, увеличилось почти в четыре раза. Только с 2017-го по 2018 год выдача увеличилась на 41 %.

Надо заметить, что речь только об ISBN, выдаваемых компанией Bowker, но самая крупная в США платформа для самиздатчиков, амазоновская Kindle Direct Publishing, этих идентификаторов для публикации электронных книг не требует и присваивает собственные. Следовательно, громадный поток самиздата, проходящий через Amazon, в статистику Bowker просто не попадает. Насколько он велик, компания никогда никому не говорит, скромно упоминает сотни тысяч авторов амазоновского самиздата и гордо отчитывается о $25 млн ежемесячных выплат тем, кто разрешил не только продавать свои тексты в розницу, но и включать их в ассортимент подписочного сервиса Kindle Unlimited. Традиционным издателям есть о чем беспокоиться.