ЕСПЧ вынес решение по объединенной жалобе Свидетелей Иеговы "МРО Таганрога и другие против России"

Суд в Страсбурге счел, что, преследуя Свидетелей Иеговы, российские власти нарушили сразу несколько статей Европейской конвенции по правам человека, потребовал возместить нанесенный верующим ущерб, отпустить заключенных Свидетелей Иеговы на свободу и прекратить уголовные дела против них. Мы публикуем обзор постановления.

7 июня 2022 года Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) вынес постановление по делу "МРО Таганрога и другие против России". В рамках решения было рассмотрено сразу 20 жалоб Свидетелей Иеговы, поданных с 2010 по 2019 год; общее число заявителей составило 1444, из них 1014 физических лиц и 430 юридических лиц. Заявители жаловались на ликвидацию ряда их местных организаций и последующего признания Управленческого центра Свидетелей Иеговы в России вместе с 395 местными общинами экстремистскими организациями, запрет религиозной литературы и официального сайта, уголовное и административное преследование верующих. ЕСПЧ признал, что, преследуя Свидетелей Иеговы, Россия нарушила целый ряд статей конвенции о защите прав человека и основных свобод (Европейской конвенции). Ниже мы приводим пересказ этого крайне важного, хоть и запоздалого, решения Европейского суда. Несмотря на то, что Россия отказалась от исполнения решений ЕСПЧ, вынесенных после 15 марта, когда она заявила о намерении выйти из Совета Европы, это решение восстанавливает справедливость в отношении Свидетелей Иеговы, по крайней мере, в моральном аспекте. Сами верующие выразили надежду на то, что оно все же подвигнет российские власти к прекращению преследований Свидетелей Иеговы. Кроме того, постановление по жалобе российских Свидетелей Иеговы создает важный прецедент для защиты прав верующих в странах-членах Совета Европы.

В рамках этого дела ЕСПЧ подробно рассмотрел лишь несколько жалоб заявителей, указав, что остальные в особом рассмотрении не нуждаются и будут удовлетворены по аналогии. Большинство претензий к российским верующим ЕСПЧ рассмотрел на примере жалобы на ликвидацию местной организации Свидетелей Иеговы Таганрога.

Ликвидация местной религиозной организации Свидетелей Иеговы в Таганроге

Вопрос о том, было ли вмешательство государства в права Свидетелей Иеговы основано на законе, ЕСПЧ решил рассматривать отдельно для каждого обвинения, выдвигавшегося против таганрогской общины. При этом ЕСПЧ указал, что хотя нормы о противодействии экстремистской деятельности действительно предусматривают широкий спектр санкций, который был применен против Свидетелей Иеговы, это не значит, что положения закона об экстремизме толковались точно и что применение этих положений к верующим было предсказуемо, то есть что они могли предвидеть последствия своей деятельности и избежать наказания.

Основным поводом для запрета общины в Таганроге, было обвинение в том, что литература Свидетелей Иеговы пропагандирует превосходство их религии над другими, в том числе, традиционными для России, и побуждает людей менять веру. Тем самым, с точки зрения властей, Свидетели Иеговы возбуждают религиозную ненависть.

ЕСПЧ напомнил, что для любой религии краеугольным камнем является представление о том, что именно такое мировоззрение превосходит другие, которые воспринимаются как ложные, ошибочные, не приводящие к спасению (это соображение ранее звучало в решении по жалобе на запрет в России книг турецкого богослова Саида Нурси – "Ибрагим Ибрагимов и другие против России"). С этим связаны и вполне легитимные попытки верующих обратить других в свою веру; такое право защищает ст. 9 Европейской конвенции, гарантирующая свободу совести (здесь ЕСПЧ опирался на постановление по жалобе "Коккинакис против Греции"). Если верующие не используют выражения, возбуждающие ненависть и призывающие к насилию, они имеют право заявлять о своей религии как единственной истинной и превосходящей другие и участвовать в религиозных спорах, критикуя иные вероисповедания и доказывая их ложность.

Ростовский областной суд, рассматривая дело таганрогской общины, ссылался на то, что тексты Свидетелей Иеговы задевают православных священников и мирян. ЕСПЧ напомнил решение по жалобе "Институт Отто Премингера против Австрии", согласно которому ни религиозное меньшинство, ни большинство не подлежат защите от идей, которые могут их оскорблять, шокировать или беспокоить. Высказывания, задевающие религиозные чувства, подлежат ограничению лишь в том случае, если, рассмотрев их в целом и с учетом существующего контекста, суд придет к выводу о том, что они пропагандируют насилие ненависть и нетерпимость. Однако никаких подобных высказываний тексты Свидетелей Иеговы не содержали, не было в них и оскорбительных, клеветнических или унижающих других верующих и вероисповедания выражений; члены общины Таганрога также не допускали подобных высказываний. Между тем, право на мирную критику других вероисповеданий гарантировано как ст. 9, так и ст. 10 о свободе выражения мнения. ЕСПЧ указал, что вмешательство в реализацию права Свидетелей Иеговы на свободу вероисповедания, свободу собраний и выражение мнения было основано на широкой трактовке термина "экстремизм", возможности которой заложены в рамочном законе, на что ранее указывали Венецианская комиссия СЕ, Мониторинговый комитет ПАСЕ и КПЧ ООН. Основной недостаток определения экстремистской деятельности в законе – отсутствие в нем указания на связь с насилием и пропагандой ненависти. Именно из-за этого становится возможным преследование религиозных организаций и верующих за сугубо мирную религиозную деятельность, причем преследование это избирательно и непредсказуемо. Тот факт, что преследование Свидетелей Иеговы за пропаганду превосходства их религии основано на расширительном толковании определения экстремизма в рамочном законе, позволило ЕСПЧ прийти к выводу, что это обвинение против них на законе не основано.

Далее ЕСПЧ перешел к рассмотрению иных обвинений, выдвигавшихся против Свидетелей Иеговы, часть из которых уже рассматривалась ранее в рамках жалобы "Свидетели Иеговы Москвы и другие против России", касавшейся ликвидации московской общины Свидетелей Иеговы в 2004 году (постановление по жалобе было вынесено в 2010 году; ЕСПЧ тогда счел, что российские власти нарушили права верующих, гарантированные ст. 9 Европейской конвенции о свободе вероисповедания и ст. 11 о свободе объединений).

Относительно обвинения в отказе от медицинской помощи, который, по версии российских властей, повлек смерть одной из руководительниц таганрогской общины, ЕСПЧ указал, что согласно российскому законодательству взрослые пациенты имеют право принимать информированное решение о выборе того или иного метода лечения (в том числе переливания естественных или искусственных компонентов крови) или отказе от него. Они также имеют право убеждать в том, что выбрать, других – непротивоправными способами. В случае с участницей общины в Таганроге не было доказано, что к ней были применены какие-либо противоправные способы воздействия. Таким образом, в данном случае вина за смерть пациентки, отказавшейся от переливания крови, возложена на таганрогскую общину только на том основании, что религиозная литература Свидетелей Иеговы осуждает эту медицинскую процедуру, поскольку Свидетели Иеговы верят в то, что кровь имеет священную природу. Однако, указал ЕСПЧ, цитируя, в частности, решение по жалобе "Мануссакис против Греции", Европейская конвенция, гарантируя свободу вероисповедания, не дает государствам права решать, какие религиозные учения могут пользоваться этой свободой, а какие нет.

Таганрогской общине также было вменено в вину подстрекательство к уклонению от исполнения гражданского долга – в связи с отказом одного из местных призывников от прохождения военной службы: якобы он подал заявление о предоставлении ему возможности поступить на альтернативную гражданскую службу под влиянием других призывников, убеждавших его не служить. ЕСПЧ указал, что российской Конституцией и законом о свободе совести предусмотрено право на прохождение альтернативной гражданской службы в связи с религиозными убеждениями и что право на свободу вероисповедания дает Свидетелям Иеговы возможность проповедовать свои убеждения, в том числе пацифистские. В случае с призывником речь шла об обычном разговоре, который он мог прервать, на него не оказывалось никакое противоправное давление. Наконец, подачу заявления о предоставлении возможности пройти гражданскую службу не следует расценивать как уклонение от исполнения гражданского долга, поскольку она является вполне законной альтернативой службе военной.

Далее ЕСПЧ обратился к вопросу о вовлечении несовершеннолетних в религиозную деятельность Свидетелей Иеговы. Таганрогскую общину обвинили в том, что она нарушает право детей из некой семьи на отдых и досуг, вовлекая их в проповедническое служение и религиозные собрания вопреки воле одного из родителей, нерелигиозного человека; дети не посещают спортивные и музыкальные занятия и кружки. ЕСПЧ обратил внимание на то, что совершение обрядов, посещение богослужений, соблюдение постов относится к сфере частной жизни верующих; возможность вести религиозный образ жизни, если таковой не идет вразрез с другими положениями конвенции, гарантирована ст. 9 о свободе совести. Оба родителя имеют равные права при решении вопросов образования и воспитания детей, а если супруги принадлежат к разным религиозным традициям, возникающие при этом споры могут быть решены при помощи Семейного кодекса. Возлагая на общину ответственность за то, каким образом воспитываются дети в семье члена общины, Ростовский областной суд не принял во внимание, что никакой общепринятой и обязательной системы воспитания не существует, и не выявил никаких свидетельств тому, что религиозное воспитание детей в данном случае осуществлялось при помощи насилия или принуждения. Таким образом, для вмешательства государства в частную жизнь семьи в данном случае не было оснований. Областной суд не привел и доказательств того, что община вовлекала детей в религиозную деятельность без родительского ведома; напротив, подчеркнул ЕСПЧ, это делалось с разрешения одного из родителей.

Относительно обвинения в том, что община способствовала распаду семейных отношений и заставляла верующих разводиться, ЕСПЧ указал, что никаких примеров принуждения, насилия или запугивания общиной ее членов с требованием развестись российские суды не привели; речь шла лишь о фрустрации, которую испытывали неверующие члены семей Свидетелей Иеговы, когда их родственники перестраивали образ жизни на религиозный лад и погружались в жизнь общины, в то время как сами они оставались за ее пределами. Бывали и обратные ситуации – когда причиной конфликта в семье верующего становилась неготовность его неверующих родственников признать и уважать его право на свободу вероисповедания. Такие вещи часто происходят в семьях, члены которых придерживаются разных религий, и Свидетели Иеговы здесь не исключение. Однако следует помнить, подчеркнул ЕСПЧ, что как бы смена религии не огорчала его родственников, человек остается независим и свободен в выборе религии, а разобщенность между членами семьи, вызванная религиозными разногласиями, не означает, что причиной разводов в таких ситуациях следует считать религию. ЕСПЧ также обратил внимание на то, что областной суд, рассматривая этот вопрос, продемонстрировал предубежденность против Свидетелей Иеговы, отвергая свидетельства членов общины об их хороших отношениях с неверующими родственниками и прислушиваясь лишь к свидетельствам расстроенных неверующих супругов и одного прихожанина РПЦ.

Ростовский областной суд счел, что таганрогская община вторгалась в права других, поскольку определяла, как верующим проводить свободное время и запрещала им отмечать общепринятые праздники и дни рождения; кроме того, члены общины без приглашения приходили в чужие дома для проповеди. ЕСПЧ указал, что не было представлено свидетельств тому, что членов общины насильно заставляли посвящать время чтению Библии или отказываться от праздников. К тому же отмечание праздников, религиозных или светских, не входит в число гражданских обязанностей, и право каждого отмечать или не отмечать их гарантировано ст. 9 и 10 конвенции. Относительно проповедей, с которыми Свидетели Иеговы ходят по домам, ЕСПЧ сослался на решение по жалобе "Коккинакис против Греции", в котором говорилось, что следует отличать свидетельство о Христе, которое является миссией и долгом христианина, от недобросовестного прозелитизма, основанного на предоставлении каких-то материальных или социальных выгод новообращенным, на насилии или промывке мозгов. Ростовский областной суд не привел примеров такого недобросовестного поведения со стороны членов общины; никто не заставлял неверующих открывать Свидетелям Иеговы дверь, впускать их в дом и вести с ними разговоры.

ЕСПЧ подчеркнул, что для того, чтобы выполнять свои обязательства по обеспечению права на свободу совести в демократическом обществе, в котором сосуществуют люди, придерживающиеся разного вероисповедания, государства должны, оставаясь нейтральными и беспристрастными, обеспечивать возможность выражения разных религиозных взглядов, вероисповеданий и убеждений. Их дело поддерживать общественный порядок, религиозное согласие и терпимость, в том числе между последователями разных религий. И поскольку государства не должны оценивать легитимность тех или иных религий и религиозных практик, их роль состоит не в том, чтобы устранять причину возможных конфликтов, уничтожая плюрализм, но в том, чтобы обеспечивать взаимную терпимость конкурирующих групп.

ЕСПЧ указал, что запрет деятельности религиозной общины, принадлежащей к христианской деноминации, является экстраординарным событием, в особенности когда тогда такая мера применяется в целях защиты религии большинства от попыток мирными способами убедить ее последователей в превосходстве религии, которой придерживается меньшинство. Демократия не означает превосходства идей большинства: в демократическом обществе существует свободный обмен идеями; необходимо равновесие, позволяющее обеспечить справедливость для меньшинств и не допустить, чтобы большинство злоупотребляло своим доминирующим положением.

ЕСПЧ обратил внимание на то, что до того, как было принято решение о ликвидации, община в Таганроге просуществовала более 17 лет, с 1992 по 2009 год, на протяжении которых против старейшин и членов организации не выдвигали никаких обвинений в уголовных преступлениях, административных правонарушениях или гражданских провинностях; никаких подобных обвинений не содержалось и в иске о ликвидации организации. Примечательно, что расследование смерти учредительницы организации в 2004 году началось лишь три года спустя, после того, как генпрокурор и, позднее прокурор Ростовской области, поручили своим подчиненным проверить общины Свидетелей Иеговы и подать иски об их ликвидации. В соответствующем письме прокурора области говорилось о нарушениях закона Свидетелями Иеговы как об установленном факте, что свидетельствует о предвзятом отношении к ним и намерении прекратить легальное существование их общины. Подав и рассмотрев иск о ликвидации местной религиозной организации Свидетелей Иеговы Таганрога в отсутствие свидетельств причастности заявителей к насилию или возбуждению ненависти, российские власти нарушили обязательство непредвзято и беспристрастно обходиться с их религиозной организацией. Был нарушен и принцип эффективности, согласно которому необходимость реального обеспечения права на свободу объединений допускает лишь очень узко определенные ограничения этой свободы.

ЕСПЧ подчеркнул, что судебное решение, положившее конец существованию целой общины было самой суровой из возможных форм вмешательства, лишившей сотни верующих возможности собираться вместе в богослужебных помещениях для молитвы и изучения Библии и создавшей для них угрозу уголовного преследования. Таким образом, ЕСПЧ пришел к выводу, что вмешательство в права заявителей не было основано на законе и не отвечало критерию необходимости в демократическом обществе, то есть в данном случае было допущено нарушение ст. 9 в свете ст. 11 Европейской конвенции.

Запреты материалов Свидетелей Иеговы и преследование за распространение этих материалов

Рассматривая вопрос о запретах религиозных материалов Свидетелей Иеговы, ЕСПЧ опирался прежде всего на постановление, вынесенное им ранее по жалобе "Ибрагим Ибрагимов и другие против Росиии". ЕСПЧ отметил, что российские суды признавали эти материалы экстремистскими на том основании, что они якобы возбуждают религиозную ненависть и вражду, поскольку провозглашают превосходство "истинной" религии Свидетелей Иеговы над другими, "ложными". Однако ни в одной из запрещенных публикаций не было никаких признаков пропаганды насилия, ненависти и жестокого обращения, не содержалось оскорблений, унижения или призывов к изоляции или дискриминации в отношении кого-либо; нет свидетельств тому, что национальные суды рассматривали эти тексты как способные привести к нарушению общественного порядка или массовым волнениям, они также не указывали ни на какой специфический контекст, повышающий опасность воздействия этих материалов на читателя. За десятилетия, на протяжении которых публикации Свидетелей были общедоступны во многих странах, в том числе в России, власти не сообщали, что это способствует возникновению религиозных конфликтов, приводит к насилию и иным опасным последствиям. ЕСПЧ еще раз напомнил, что Свидетели Иеговы практикуют мирные методы убеждения. Кроме того, суд указал, что запрет текстов Свидетелей Иеговы стал возможен только из-за широкого определения экстремизма в рамочном законе. Обоснованность вмешательства в права заявителей судами доказана не была. ЕСПЧ также напомнил о выявленных им в рамках предшествующих постановлений недостатках практикующейся в России процедуры признания материалов экстремистскими. Эксперты, оценивая материалы, выходят за пределы своих профессиональных знаний, и вместо лингвистического анализа дают юридическую оценку публикаций, хотя эта прерогатива полностью принадлежит суду. Кроме того, до 2019 года разбирательство по таким делам вообще не требовало участия в судебном процессе ответчика, а именно авторов или издателей публикации. Заинтересованную сторону часто вовсе не оповещали о подаче и рассмотрении соответствующего иска и потом не принимали у нее апелляционные жалобы. А если ее представителей все же допускали до участия в процессе, не учитывали их показания, в частности, не приобщали к делу представленные ими альтернативные экспертные заключения. Таким образом, заинтересованная сторона была лишена возможности противопоставить свою аргументацию мнению прокуратуры в нарушение права на свободу выражения мнения, гарантированного ст. 10 Европейской конвенции.

Судебные решения по делам о признании материалов экстремистскими чаще всего основаны на заключениях экспертов-лингвистов или религиоведов, составленных по запросу прокуратуры или полиции: сами судьи, вынося решения, полагаются на мнение экспертов. Судьи не пытаются рассматривать отдельные высказывания в более широком контексте, чтобы разобраться в том, какие идеи за ними стоят, не задаются вопросом о том, не нарушит ли запрет право верующих на свободу вероисповедания, и не изучают постановления ЕСПЧ по делам об экстремистских высказываниях, в которых рассматриваются вопросы, касающиеся свободы выражения мнения.

Таким образом, ЕСПЧ пришел к выводу, что вмешательство в права заявителей по делам о запрете публикаций Свидетелей Иеговы не основано на относимых к делу и достаточных доказательствах.

Что касается заявителей, привлеченных к ответственности по ст. 20.29 КоАП о массовом распространении экстремистских материалов, ЕСПЧ указал, что это правонарушение, согласно российскому законодательству, имеет формальный характер: для того, чтобы наказать по нему, достаточно установить, что соответствующий материал включен в федеральный список экстремистских материалов и что привлеченное к ответственности лицо его распространяло или хранило с целью распространения. Не требуется оценивать конкретные обстоятельства распространения материала или возможные последствия такого распространения. Соответственно, не рассматривается и вопрос о необходимости вмешательства в права привлекаемого к ответственности с учетом всей ситуации. Так, рассматривая дело о запрете местной религиозной организации Свидетелей Иеговы в Самаре из-за распространения экстремистских материалов (жалоба "МРО Самары и другие против России"), в котором обвинили ее старейшину, суд просто проигнорировал заявления о том, что в одном случае изъятые запрещенные материалы были подброшены в помещение общины, а в другом хранились в отдельной закрытой комнате. Соответственно, с точки зрения ЕСПЧ, вмешательство в права заявителей не отвечало острой общественной потребности и не было необходимым в демократическом обществе.

Таким образом, ЕСПЧ пришел к выводу, что запреты публикаций Свидетелей Иеговы и преследование отдельных верующих за их распространение и ликвидация самарской организации на основании таких обвинений нарушили права заявителей, гарантированные ст. 10 и 11 в свете ст. 9 Европейской конвенции.

Относительно жалобы, касающейся отзыва лицензии на распространение в России журналов Свидетелей Иеговы "Пробудитесь!" и "Сторожевая башня". ЕСПЧ обратил внимание на то, что лицензия была отозвана без предупреждения и касалась обеих серий целиком, а не тех номеров, где содержались запрещенные материалы (признание которых экстремистскими ЕСПЧ, впрочем, считает необоснованным, см. выше). Такая мера не была предсказуемой, пропорциональной и необходимой в гражданском обществе. Тем самым, Россия нарушила ст. 10 о свободе выражения мнения в свете ст. 9 о свободе совести.

Аналогичные претензии вызвало у ЕСПЧ признание экстремистским сайта jw.org и его последующая блокировка. Здесь суд также напомнил о несовершенстве российской системы блокировок, сославшись на решение по жалобе "ООО «Флавус» и другие против России".

Признание Управленческого центра Свидетелей Иеговы в России и 395 их местных организаций экстремистскими

Переходя к рассмотрению жалобы на запрет Управленческого центра Свидетелей Иеговы в России и 395 их местных религиозных организаций, ЕСПЧ напомнил, что право на свободу вероисповедания предполагает возможность свободно объединяться без произвольного вмешательства со стороны государства, а для того, чтобы закрытие религиозной организации могло быть признано необходимым в демократическом обществе, нужны очень веские основания. Суд также указал, что важнейшим принципом Европейской конвенции является принцип эффективности, согласно которому все закрепленные в ней и гарантированные ею права человека должны быть эффективно защищены на практике, а не в теории или голословно. К тому же государство не должно использовать формальные требования закона для того, чтобы лишать группы, которые не нравятся властям, права на свободу объединений, и препятствовать распространению идей, которые власти хотели бы запретить. ЕСПЧ расценил как серьезное и заслуживающее рассмотрения по существу утверждение заявителей, что решение о запрете Управленческого центра Свидетелей Иеговы и их местных религиозных организаций явилось кульминацией длившейся десятилетиями атаки государства против Свидетелей Иеговы, призванной заставить замолчать это мирное религиозное меньшинство и поставить его вне закона.

ЕСПЧ обратился к истории Свидетелей Иеговы в России в постсоветский период, чтобы рассмотреть запрет их организаций не как отдельный инцидент, а как звено в цепи событий: отказы в регистрации общин, ликвидация московской организации, признание экстремистскими многочисленных материалов Свидетелей Иеговы, преследование верующих и отдельных общин за распространение этих материалов, запрет на распространение журналов Свидетелей Иеговы, запрет и блокировка их сайта и, наконец, вынесение предупреждения о недопустимости осуществления экстремистской деятельности Управленческому центру в марте 2016 года.

Хотя сам Управленческий центр за двадцать лет своего существования ни разу не сталкивался с обвинениями в нарушении закона, на него была возложена ответственность за деятельность отдельных местных организаций, которые были сочтены частью одной с ним структуры. В случае, если организация получила такое предупреждение, и в течение последующих 12 месяцев в ее деятельности были обнаружены признаки экстремизма, она подлежит ликвидации. Менее чем через две недели спустя после того, как эти 12 месяцев истекли, Минюст обратился в суд с иском о принудительной ликвидации Управленческого центра, заявив, что за это время еще ряд местных общин был обвинен в хранении и распространении запрещенных материалов, а также, что материалы, которые организация ввозит в Россию, впоследствии признают экстремистскими, не пояснив, каким образом она может это предвидеть и предотвратить. Деятельность Управленческого центра была приостановлена тут же, до вынесения судебного решения, что, по мнению ЕСПЧ, также свидетельствовало о стремлении властей как можно быстрее положить конец существованию организации (здесь ЕСПЧ сослался на постановление 2014 года по жалобе "Библейский центр Чувашской Республики против России"). Далее, несмотря на то, что лишь восемь местных общин Свидетелей Иеговы были запрещены, а в отношении еще 387-и из 395-и вообще не выдвигалось никаких обвинений, их признали экстремистскими и ликвидировали лишь на том основании, что они якобы финансировались, координировались и управлялись то же организацией, что и запрещенные, то есть Управленческим центром. ЕСПЧ счел это основание натянутым и недостаточно серьезным для ликвидации этих объединений. Более того, местные организации Свидетелей Иеговы даже не были оповещены о суде по рассмотрению вопроса об их существовании и не были приглашены к участию в нем. И когда их представители узнали о происходящем из сообщений СМИ, им не удалось добиться участия в процессе, они не смогли представить доводы против ликвидации. Заявление Верховного суда о том, что решение суда о ликвидации региональных общин и конфискации их собственности не затрагивало их права и обязанности, было, по мнению ЕСПЧ, необоснованным.

ЕСПЧ отметил, что Верховный суд как гарант индивидуальных прав и свобод должен рассматривать дела в свете Европейской конвенции и принимать взвешенное решение относительно того, пропорционально ли вмешательство в права заявителей и преследует ли оно правомерную цель. Однако в данном случае позиция суда не была сбалансированной: ВС даже не дал организациям, интересы которых были прямо затронуты его решением, привести аргументы в свою защиту. Он также не учел, каковы будут последствия роспуска, запрета и конфискации собственности всех организаций Свидетелей Иеговы для 175 тысяч верующих в России, которые оказались перед невозможным выбором: свести всю религиозную практику к индивидуальной молитве, вне богослужебных помещений и без поддержки единоверцев, или столкнуться с уголовным преследованием за продолжение деятельности экстремистской организации. ВС не объяснил, кто были те "другие", чьи права якобы нуждались в защите в данном случае, учитывая, что Свидетели Иеговы не прибегали к принуждению или иным недобросовестным способам обращения других в свою религию, не указал, какую именно угрозу безопасности и общественному порядку представляла мирная и ненасильственная религиозная деятельность Свидетелей Иеговы. Таким образом, с точки зрения ЕСПЧ, ВС в своем решении основывался на общих рассуждениях, не вникая в конкретную аргументацию, и не пытаясь найти баланс для разрешения создавшейся правовой коллизии. Эти недостатки не были устранены и на стадии апелляции.

Таким образом, запрет всех религиозных организаций Свидетелей Иеговы в России не был плодом беспристрастного применения положений закона, он явился следствием политики нетерпимости российских властей в отношении религиозной практики Свидетелей Иеговы, направленной на то, чтобы заставить верующих отказаться от своей веры, а также не допустить обращения в нее других. Применение широкого толкования законодательства об экстремизме для роспуска общин Свидетелей Иеговы по всей стране, воспрепятствование их религиозным собраниям, конфискация их литературы, обыски в домах и богослужебных помещениях, слежка за ними спецслужб и другие формы вмешательства в религиозную деятельность Свидетелей Иеговы лишь подтверждают такой вывод. ЕСПЧ напомнил, что обеспечение уважения к религиозному разнообразию несомненно представляет собой одну из главных проблем современности, и для ее разрешения власти должны воспринимать такое разнообразие не как угрозу, а как источник [культурного] обогащения. Стремясь подавить религиозную деятельность Свидетелей Иеговы, российские власти действовали недобросовестно и нарушили обязательство государства нейтрально и беспристрастно относиться к той или иной религии. Соответственно, Россия нарушила ст. 9 Европейской конвенции в свете ст. 11 о свободе собраний и объединений.

Уголовное преследование Свидетелей Иеговы

Относительно жалоб членов таганрогской общины, а также члена орловской общины гражданина Дании Денниса Кристенсена на уголовное преследование по ст. 282.2 УК (организация деятельности экстремистской организации и участие в таковой) ЕСПЧ пришел к выводу, что их преследовали фактически за реализацию их права исповедовать религию совместно с другими. К тому же выводу пришла и Рабочая группа ООН по произвольным задержаниям в своем заключении по поводу арестов и уголовного преследования Свидетелей Иеговы в России. Таким образом, имеет место нарушение права на свободу вероисповедания, гарантированное ст. 9. Российские власти не смогли доказать, что заявители были вовлечены в какую-либо общественно опасную деятельность экстремистского характера, то есть их преследование и вынесенные им приговоры за совместную с другими религиозную практику были основаны лишь на расширенном толковании и применении закона о противодействии экстремистской деятельности, не преследовали правомерной цели и не отвечали острым потребностям общества.

Кроме того, ЕСПЧ указал, что уголовное преследование Кристенсена в целом является проявлением произвола, а его досудебное содержание в заключении и назначенное ему лишение свободы не были плодом обоснованных подозрений в совершении преступления, поэтому в его отношении была нарушена ст. 5 Европейской конвенции, гарантирующая право на свободу и личную неприкосновенность.

ЕСПЧ также указал, что продолжающееся уголовное преследование верующих и лишение их свободы является длящимся нарушением их прав. Тем самым Россия не выполняет п. 1 ст. 46 Европейской конвенции, который обязывает государства-участники выполнять решения ЕСПЧ, а также аналогичное требование Рабочей группы ООН по произвольным задержаниям, отраженное в ее мнении № 10/2020. Соответственно, Россия обязана, в частности, руководствуясь постановлением Верховного суда от 28 октября 2021 года, принять все меры, чтобы освободить всех лишенных свободы Свидетелей Иеговы, а также прекратить их уголовное преследование.

Конфискацию имущества общин Свидетелей Иеговы ЕСПЧ расценил как нарушение ст. 1 Дополнительного протокола к Европейской конвенции и распорядился в течение трех месяцев либо вернуть изъятое заявителям, либо возместить им понесенный материальный ущерб. Кроме того, ЕСПЧ обязал Россию выплатить в пересчете на рубли: 125 тысяч евро на всех заявителей в счет понесенных ими расходов, а также по 15 тысяч евро заявителям, подвергшимся уголовному преследованию, по семь с половиной тысяч евро заявителям-членам ликвидированных организаций и привлеченным к административной ответственности, по тысяче евро другим заявителям – в качестве компенсации морального ущерба.

По подсчетам самих Свидетелей Иеговы, согласно постановлению, гипотетическое возмещение материального ущерба обошлось бы России в 59 617 458 евро, а компенсация морального вреда – в 3 447 250 евро.

Источники

• CASE OF TAGANROG LRO AND OTHERS v. RUSSIA (Applications nos. 32401/10 and 19 others) // European Court of Human Rights. 2022. June 7.
• Европейский суд по правам человека оправдал Свидетелей Иеговы в России. Сообщение Свидетелей Иеговы. 2022. 7 июня.