Гробовая лояльность: суммы выплат, которые российское государство обещает за погибших, немного выше усредненных оценок россиянами цены собственной жизни

Год назад Путину так легко было начать войну в том числе потому, что человеческая жизнь в России стоит очень дешево. Экономисты Антонио Авила-Урибе (LSE) и Джамиля Нигматулина (HEC Lausanne) оценили ее в 10 млн рублей, изучив, сколько россияне готовы были переплатить за авиабилеты в первые дни после начала мобилизации в сентябре 2022 года. Подсчетами субъективной «цены жизни» часто занимаются страховые компании. Исследование Сбербанка установило, что граждане России в 2019 году оценивали цену своей жизни в зависимости от дохода в диапазоне от 2,4 до 13,3 млн рублей. Различные цифры выплат за погибших, звучавшие в последнее время, укладываются в верхней части этого диапазона. При выплате таких сумм смерть остается частной трагедией, но у родственников погибших есть ощущение, что государство в целом выполнило свои обязательства, и потому они в меньшей степени склонны перекладывать на него вину за случившееся. Таким образом, цена «гробовой лояльности» определена властями достаточно адекватно. В реальности, впрочем, государство выполняет, видимо, лишь часть своих обязательств.

Как дорого россияне ценят свою жизнь? Мужчины призывного возраста — примерно в 10 млн рублей, подсчитали экономисты Антонио Авила-Урибе (LSE) и Джамиля Нигматулина (HEC Lausanne) в исследовании, опубликованном на сайте Центра исследований экономической политики (Centre for Economic Policy Research, CEPR). Эту сумму они получили, изучив рост цен на авиабилеты в первые дни после начала войны и после начала первой волны мобилизации, когда из России, опасаясь за свою жизнь, массово уезжали молодые мужчины.

В первые дни после начала войны авиабилеты дорожали на 140%, после начала мобилизации — на 110%. В феврале 2022 года шок спроса наложился на шок предложения, который был вызван тем, что западные страны закрыли для России свое воздушное пространство. Во втором случае действовал только шок предложения, поэтому ориентироваться лучше на них. Получилось, что за возможность улететь из России срочно люди готовы были переплатить за билет в среднем 200 тыс. рублей.

Сумму переплаты авторы разделили на значение уровня риска для мужчин 20–34 лет попасть под мобилизацию и погибнуть. Такую вероятность, опираясь на подсчеты экономистов Олега Ицхоки и Максима Миронова, они оценили в 2%. В результате получилось, что спасавшиеся от мобилизации молодые мужчины оценивали свою жизнь примерно в 10 млн рублей (или $370 тыс. по паритету покупательной способности).

О том, что человеческая жизнь в России стоит значительно дешевле, чем в развитых странах (жизнь современного американца, к примеру, оценивается в $14,5 млн), анализируя опыт борьбы с пандемией в 2020 году, писал экономист Сергей Гуриев. Он показал, что ущерб от смертей, к которым привел отказ от жесткого локдауна, перечеркнул выгоду от экономии бюджетных денег, которые можно было бы потратить на поддержку экономики. Но выгода все же была. Во время пандемии основные невозвратные потери приходились на пожилых людей, в случае нынешней войны, наоборот, основная группа риска — это мужчины трудоспособного возраста, так что Россия получает только ущерб, резюмируют Авила-Урибе и Нигматулина.

Экономические расчеты «цены жизни» не являются какой-то экзотикой. С проблемой денежной оценки человеком рисков собственной смерти постоянно имеют дело страховщики. Например, семьям жертв авиакатастроф в России в последние годы выплачивали до 5 млн рублей. В 2019 году страховое подразделение Сбербанка, СК «Страхование жизни», на основе проведенного опроса выяснило, что сами россияне оценивают свою жизнь в среднем в 5,8 млн рублей. То есть получение родными такой суммы в определенной степени примиряет респондентов с перспективой собственной смерти. Но это средние цифры — в действительности в зависимости от дохода респондентов разброс составляет от 2,4 до 13,3 млн рублей. Очевидно, что в первые дни после объявления мобилизации спасались от нее с помощью самолета в основном люди со средним и высоким достатком. Таким образом, полученная исследователями сумма укладывается в верхнюю часть этого диапазона и подтверждает значимость приведенных оценок.

По всей видимости, в том числе на исследование Сбербанка ориентировались и власти, определяя размер компенсации за погибшего на войне в Украине. В вопросе о том, какие деньги выплачиваются в этом случае, существует «туман цифр». 3 марта 2022 года Путин объявил, что в дополнение к 7,4 млн рублей, положенным по закону, родственникам погибшего будет выплачиваться единовременное пособие в размере 5 млн рублей, то есть общая сумма должна составить 12,4 млн. Однако в тот момент речь шла о контрактниках. Далее возник целый калейдоскоп различных цифр, в котором эти выплаты распадались на федеральные и региональные, причем последние менялись от региона к региону. Однако весь их диапазон (5–12,4 млн рублей), как мы видим, располагается в верхнем диапазоне сделанных Сбербанком оценок того, какие размеры компенсаций могут отчасти примирить погибших и их семьи с фактом смерти. В этом случае смерть все равно будет переживаться как трагедия, но у родственников погибшего будет ощущение, что государство выполнило свои обязательства. То есть будет обеспечена относительная лояльность граждан. Стоит также отметить, что жизнь военных (и лояльность их родственников) государство ценит выше, чем жизнь гражданских, — семьям погибших в результате падения Су-34 в Ейске пообещали всего по 1 млн рублей.

К концу первого года войны потери российской армии на фронте могли составить, по разным оценкам, которые собрала Re: Russia, от 30 до 90 тыс. человек убитыми. Если умножить среднее значение диапазона на полученную в исследовании CEPA «цену жизни» (10 млн рублей), получится всего 900 млрд рублей — примерно 0,6% ВВП. Однако в действительности обязательства государства намного ниже — большая часть погибших числится пропавшими без вести, а федеральный и региональные бюджеты определяют лимиты на «гробовые» выплаты. Так, по данным «Новой газеты. Европа», на начало июля 2022 года на выплаты погибшим и раненым было выделено 113 млрд рублей, из которых было выплачено 89 млрд. Даже если предположить, что с тех пор сумма выросла втрое или вчетверо, можно сказать, что «гробовая лояльность» граждан обходится государству весьма дешево.