Оригинал материала
А ведь в партии Ле Пен есть такие кадры!
После создания «республиканского фронта» шансы крайне правых завоевать 7 июля абсолютное большинство в парламенте Франции сильно снизились
Фото: Предвыборный плакат, на котором изображены Марин Ле Пен и Жордан Барделла. Фото: Zuma TASS
Во Франции перед вторым туром выборов сформировался «республиканский фронт». Суть его проста: левая коалиция и центристы-«макронисты» объединили усилия, чтобы «не допустить катастрофы»: получения крайне правым «Национальным объединением» Марин Ле Пен и Жордана Барделлы значительного большинства в нижней палате парламента и, как следствие, права сформировать правительство. Первое крайне правое правительство со времен Второй мировой войны. И первое вообще, которое может быть создано по воле самих избирателей… Сегодня шансы, что этого не случится, значительно выросли.
…Потому что почти в половине избирательных округов перед вторым туром либо представители левого «Нового народного фронта» (Nouveau Front populaire, NFP) сняли свои кандидатуры, чтобы увеличить шансы представителей президентской коалиции «Вместе за Республику», либо кандидаты-макроновцы снялись в пользу NFP или, иногда, в пользу правых «республиканцев» (четвертой по значению политсилы).
При том, что перед первым туром президент Макрон призывал сограждан ни в коем случае не голосовать ни за «одну из крайностей» — ни за крайне правых, ни за «крайне левых» (хотя в NFP больше даже умеренных левых + «экологи»). Говорил, что победа и тех, и других поставит страну под угрозу гражданской войны.
Но вот после второго тура как-то внезапно выяснилось (как мы и предсказывали, впрочем), что политическая целесообразность не оставляет президенту других шансов избежать прихода крайне правого правительства, кроме как скооперироваться с «Новым народным фронтом».
Потому что предварительные расчеты социологических институтов после первого тура предсказывали возможность завоевания партией Ле Пен абсолютного большинства в парламенте — и тут уж без шансов, президенту пришлось бы дать им право сформировать свой кабмин. С плохими последствиями как для Франции, так, например, и для Украины: ведь
несмотря на то что RN сегодня всячески открещивается от связей с Кремлем и российских денег, но заявления партийцев, звучащие по самым горячим темам* в самые «подходящие моменты», оставляют мало сомнений в том, что старая «дружба» не ржавеет.
Какие проблемы волнуют избирателей
Что касается поддержки или «уменьшения поддержки» Украины (к чему де-факто призывают лепеновцы), то этот вопрос не является для большинства французских избирателей ни «яблоком раздора» (большинство — за поддержку в прежних объемах или ее увеличение), ни главной темой, которая их занимает в процессе принятия решения о голосовании.
-
Согласно данным последнего соцопроса, 53% французов голосовали в первом туре исходя из своего представления о том, какой кандидат лучше справится с проблемой «повышения покупательной способности». Хотя в 2017-м, когда Макрон впервые стал президентом, эта проблема не входила даже в пятерку главных. Но *** в Украине значительно разогнала инфляцию, сказавшись (хоть и не критически) на благосостоянии большинства населения.
-
На второе место французы сейчас ставят «миграционную проблему»(38% в среднем по стране, а у избирателей RN — 69%, и для них этот вопрос даже чуть важнее, чем «проблема покупательной способности»).
-
Далее в списке — «Здравоохранение» (31%).
-
«Пенсии» (28%) — и тут, конечно, многие припоминают Макрону силой, без учета общественного мнения, проведенное в прошлом году повышение пенсионного возраста.
-
«Безопасность людей и имущества» (28%) — вспоминаются самые масштабные за последние два десятилетия беспорядки, вспыхнувшие в разных точках страны в июне-июле 2023-го, и вообще общепризнанный «рост уровня насилия в последние годы», включая нападения на представителей власти — мэров, депутатов**).
-
«Налоги» — 23% (о понижении которых за годы правления своего правления Макрон не устает повторять).
И далее:
-
«сохранение демократии и свободы слова» — 19%;
-
«борьба с терроризмом» — 19%;
-
образование — 17%;
-
экология — 17%;
-
безработица — 16%…
Последнее — это подтверждение отмечаемых Макроном успехов в области экономики в целом и в борьбе с безработицей в частности, которую при предыдущем президенте Олланде французы считали проблемой № 1.
Но значительная часть экономических успехов была перечеркнута и каждый день перечеркивается *** в Украине, которую Макрон, конечно, не начинал.
Почему макроновцам и левым пришлось объединить усилия
Потому что результаты первого тура — особенно если смотреть на них в формате карты, где цветом обозначены избирательные округа, в которых первое место заняли ультраправые (карта очень коричневая, лепеновцы лидируют в 297 округах из 577), — выглядят устрашающе.
Сразу же после объявления предварительных итогов первого тура институт изучения общественного мнения ELABE дал выкладку, сколько мест могут получить лепеновцы во втором: от 260 до 310. А для абсолютного большинства в Нацсобрании нужно 289 голосов.
При этом и эксперты электорального процесса и даже сама Марин Ле Пен утверждают: даже если RN получит чуть меньше, например, 270, то попытается «добрать» два десятка депутатов — как правых, так, может, и кого-то из левых.
Так что, глядя на результаты первого тура (которые, впрочем, предсказывались соцопросами и экспертами), и президент Макрон, и премьер Атталь, и видные левые — включая Жан-Люка Меланшона (главу входящей в NFP партии «Непокорная Франция», используемого, не без оснований, в роли главного крайне левого «пугала» как лепенистами, так и макронистами) — призвали «перегородить дорогу» «крайне правой угрозе», создав «республиканский фронт».
проголосовал на досрочных выборах в Национальное собрание. Первый тур. 30.06.2024. Фото: AP / TASS
Были, конечно, те, кто заявил, что не призовет снимать своих кандидатов в пользу однопартийцев Меланшона, но в целом результат получился количественно впечатляющим: в 224 округах из 501, где будут голосовать во втором туре (в 76 других округах победители определились в первом) произошло то, что французы называют désistement (отречение, снятие кандидатуры).
В крайне правой партии, шансы которой на получение абсолютного большинства после столь массового désistement’a сильно снижаются, называют это более резкими словами. В среду в эфире TF1
Марин Ле Пен высмеяла сближение, приводящее, по ее словам, к созданию «единой партии», которая заведет страну «в трясину».
28-летний председатель RN Барделла, грозящийся в случае победы занять пост премьер-министра, осудил alliances du déshonneur («альянсы бесчестия») и заявил о создании «коалиции Макрон–Меланшон, призванной парализовать страну».
Через правую газету Le Figaro Барделла призвал правых же «республиканцев» (то есть большинство членов этой партии, которые еще не перебежали вслед за предавшим ее в начале июня председателем Эриком Сьотти в партию Ле Пен) «проявить мужество и обратить внимание на национальные интересы». Барделла заявил, что «готов протянуть им руку помощи», чтобы «расширить (свое) большинство» (до абсолютного).
Какие кадры заполняют партию Ле Пен
Главная проблема партии RN состоит в том, что она кадрово не очень-то готова к своему успеху, и ей часто приходится брать в кандидаты буквально кого попало… В интервью радио France Bleu 3 июля господин Барделла вынужден был отвечать на вопрос, почему в его партии столько одиозных кандидатов. Объяснил: у нас «из шести сотен кандидатов — 99,9% опытные», и вообще «в любой человеческой организации иногда встречаются паршивые овцы».
По их количеству, надо признать, RN даст фору всем остальным политическим стадам, вместе взятым.
-
В частности, одну из кандидаток, состоявшую в откровенно расистском движении Parti de la France, поймали на фото в нацистской фуражке (в результате пришлось сняться с выборов)…
-
У другой «в копилке» оказался приговор за вооруженное удержание заложников в здании мэрии (она решила не комментировать это дело «до окончания выборов«)…
-
Еще один — пойман на том, что публикует, с маниакальной активностью, полные ненависти расистские, антисемитские, сексистские и гомофобские посты в соцсетях…
-
На Даниэля Гренона, который был депутатом RN в прошлом созыве парламента, написали заявление в прокуратуру по обвинению в расизме — после того, как он заявил, что «магребинцам (…) не место в высших эшелонах» (этого кандидата Барделла решил исключить из партии)…
-
Другая кандидатка вечером первого тура решила доказать, что RN «не расистская партия» — при помощи железного аргумента: «У меня в качестве офтальмолога — еврей и в качестве дантиста — мусульманин»…
-
Еще один, 65-летний кандидату, как выяснилось, в прошлом году был передан под «усиленную опеку» из-за нарушения умственных способностей, но ничего: опередив действующего депутата, занял второе место с 32,76% и собирается участвовать во втором туре…
Последний пример как нельзя более ярко демонстрирует подмеченную социологами и журналистами тенденцию:
многим избирателям в принципе все равно, какой кандидат идет от RN, главное — «этикетка» этой партии.
А так как RN не принадлежит к числу «традиционных партий», попеременно правящих страной в течение полувека, то многие голосуют за нее только поэтому, из чувства протеста…
Примеров много, но вот всего парочка:
-
в Эльзасе 24-летний студент-биомедик занял первое место в первом туре, набрав 44,16% и вдвое опередив депутата прошлого созыва. Студент даже не публиковал свое фото на предвыборных плакатах — клеили афиши с лицом Барделлы…
-
Примерно то же — с 26-летней кандидаткой Селин де Коссе Бриссак в департаменте Сарта: у этой «помощницы по продажам» не было ни своих предвыборных плакатов, ни встреч с избирателями, — и в итоге: первое место после первого тура… Госпоже де Коссе Бриссак не навредила даже «катастрофическая (предвыборная) пресс-конференция, на которой она бормотала фразы, не имевшие никакого смысла», отмечает AFP.
Макрон: из «протестного кандидата» — в «охранители режима»
В 2017-м из протеста голосовали за Эммануэля Макрона и его партию (получившую сразу после его избрания аж 350 мест в Нацсобрании), но сегодня такое представить невозможно.
«Взорвать старую систему» обещал молодой президент Макрон, но в итоге, как отметил в ответах на вопросы «Новой» известный французский социолог Альбер Ожьен, «стал гарантом ее неизменности». Добавьте сюда слишком персоналистскую, слишком единоличную форму макроновского правления — с жестким принятием непопулярных мер, начиная с пенсионной реформы. Добавьте сюда текущие экономические проблемы…
В общем, по стране 54% опрошенных избирателей заявили, что голосовали «против Макрона». А среди избирателей партии Ле Пен таких оказалось аж 78%.
***
Сразу после первого тура премьер-министр Атталь, которому поручено на этих выборах возглавлять президентскую коалицию, объявил о «приостановке» реализации амбициозной, но вызывающей много недовольства у населения реформы страхования от безработицы. Пообещал продолжить ее обсуждение с «политическими силами, избранными в (новый) парламент»… Хотя уже почти всем понятно, что после этих выборов премьера будут звать уже не Атталь. И самая амбициозная цель президентской команды на сегодня — сделать так, чтобы его хотя бы не звали Барделла…
***
Пока Барделла ругается, представители «альянсов бесчестия» радуются созданию «республиканского санитарного пояса».
Президентская коалиция приветствовала «дух ответственности» «Нового народного фронта»: именно левые, решив забыть об обидных ярлыках, которые на них наклеивали президент и его команда, сняли больше своих кандидатов — 134, тогда как макроновцы — 83 (плюс было несколько снявшихся самовыдвиженцев).
При том, что в некоторых округах снявшиеся кандидаты отстали от тех, в пользу кого они снялись буквально на сотые доли процента — как в случае с Надей Фаври из Соцпартии: в избирательном округе города Дрё она набрала 25,59%, но ушла с дистанции, призвав голосовать за главу правой фракции «Республиканцы» в предыдущем созыве Нацсобрания Оливье Марлекса (25,92%). И это — только чтобы попытаться не допустить победы лепеновца Оливье Дюбуа.
***
Атталь заявил в среду, что теперь цель недопуска создания крайне правого правительства «может быть достигнута».
Чего ждать по итогам второго тура
Тем не менее второй тур, который состоится в это воскресенье, может в итоге завершиться как приходом к власти крайне правых (вариант малой вероятности), так и ситуацией, когда будет необходимо создание коалиции между левыми, центристами и правоцентристами. Последнее — беспрецедентный случай в политической истории страны, и еще неизвестно, насколько успешными могут быть такие переговоры и как долго они могут продлиться.
Например, Макрон, по данным источников AFP, на последнем заседании Совета министров в Елисейском дворце в среду «нарисовал красную линию»: «никаких представителей» «Непокорной Франции» в правительстве! При том, что «непокорные» — основная по численности сила в «Новом народном фронте», а макроновцы получат меньше, чем «фронтовики»…
Впрочем, рассуждать о создании коалиции пока немного рано, нужно окончательно понять, как распределятся депутатские мандаты.
Опрос соцслужбы Toluna Harris Interactive, опубликованный в среду (то есть после того, как стал известен состав всех участников второго тура), показывает, что в результате désistements партия Ле Пен должна потерять несколько десятков мест. Сегодня ей прогнозируют от 190 до 220 мандатов. «Новый народный фронт» теперь должен получить от 159 до 183 мест, а президентский лагерь — от 110 до 135.
И надо учитывать еще два фактора:
-
во-первых, насколько высокой будет явка (а в первом туре она была самой высокой за последние почти тридцать лет) и чьи избиратели лучше мобилизуются;
-
во-вторых, насколько избиратели будут следовать призыву голосовать за представителей «республиканского фронта».
Чтобы далеко не ходить, возьмем для примера избирательный округ Дрё: сколько процентов от 25,59%, которые в первом туре имела кандидатка-социалистка Надя Фаверис, перейдет от ее левых избирателей к правому кандидату Марлексу, а сколько скажет себе: не хочу выбирать «между правой чумой и крайне правой холерой»?
И хватит ли в итоге правому Марлексу (25,92%) «донорских» левых голосов, чтобы продолжить свою парламентскую жизнь, «побив» крайне правого Оливье Дюбуа (38,33%)?
***
По словам одного из участников заседания Совета министров в среду, президент Макрон призвал членов своей команды «не особенно прислушиваться» к опросам, утверждающим, что партия Ле Пен теперь точно не получит абсолютного большинства. «Мы должны оставаться мобилизованными, ничего еще не предрешено», — сказал глава государства.
Финал разыгранной в результате решения Макрона драмы «крайне правые на пути в правительство Франции» узнаем в воскресенье, 7 июля, в 20.00 по местному времени (21.00 МСК).