Валюта ограниченного спроса

Российским банкам не интересны “любые” доллары

Прошедшие в понедельник валютные аукционы, организованные Центральным банком и Министерством финансов, продемонстрировали избирательность спроса банков на валютную ликвидность. Востребованными оказались лишь ресурсы, наименее обременительные для заемщиков. В отношении остальных рынок, видимо, надеется на смягчение условий предоставления. Курс рубля на новые меры реагировал слабо, продолжая следовать за ценами на нефть.

Сразу два аукциона по предоставлению российским банкам валютной ликвидности были впервые организованы финансовыми властями 17 ноября. С утра прошел первый аукцион по размещению Министерством финансов временно свободных средств в валюте на счетах коммерческих банков сроком на один месяц, точнее – 28 дней. Из предложенных Минфином 3 млрд долларов участники “выбрали” 2,13 млрд, то есть более чем две трети.

Через несколько часов уже Центральный банк провел очередной аукцион валютного репо - предоставления валюты под залог ценных бумаг. Он предусматривал тот же срок, что и аукцион по валютным средствам Минфина – 28 дней. Но из предложенных 1,5 млрд долларов банки взяли лишь 312 млрд, то есть спрос оказался меньше предложения почти в пять раз. Впрочем, и это уже прогресс. На таком же аукционе, проведенном 29 октября, разрыв составлял 7,5 раза.

В нынешних условиях фактор спекуляций – отнюдь не самый значимый для динамики курса рубля.

Но главной неожиданностью стали результаты впервые проведенного в понедельник Центральным банком аукциона валютного репо сроком на один год. О предстоящем введении нового инструмента валютного фондирования Центральный банк объявил почти месяц назад. И, поскольку речь идет об относительно долгосрочных заимствованиях, первым же аукционам по ним прогнозировали куда более больший интерес, чем к ранее опробованным регулятором валютным репо сроком на месяц или неделю.

Тем не менее, из представленных на “годовой” аукцион ЦБ 10 млрд долларов были востребованы лишь 87 млн, то есть спрос оказался меньше предложения в 100 с лишним раз!..

"РАЗНЫЕ" ДОЛЛАРЫ

Вряд ли можно говорить о том, что на российском валютном рынке уже нет дефицита ликвидности, полагает главный аналитик “Бинбанка” Наталия Шилова. Учитывая результаты аукциона Минфина, по ее словам, скорее, следует предположить, что у банков не оказывается в достаточных объемах необходимого залогового обеспечения.

Министерство финансов провело депозитный аукцион, который не предполагает предоставления его участниками какого-либо залога, продолжает Шилова, им необходимо иметь лишь определенный регулятором рейтинг. В случае валютного репо кредитная организация обязана передать ЦБ, в качестве залога под получаемую валюту, ценные бумаги определенных видов. “Проблема, не исключено, в том, что бумаги хорошего качества, которыми они владеют, банки не готовы передавать ЦБ на целый год”.

В конце года традиционно нарастают траты госбюджета, что резко увеличивает приток ликвидности в финансовую систему.

Действительно, аукцион мог выявить определенные технические проблемы, соглашается аналитик инвестиционной компании “Уралсиб Кэпитал” Ирина Лебедева. Например, в рамках сделок рублевого репо банки имеют возможность в течение их срока менять переданные в залог ценные бумаги на какие-то другие - из общего определенного регулятором списка, продолжает Лебедева. По ее словам, теоретически, для аукционов валютного репо это правило сохраняется, однако пока, видимо, не отлажено. “То есть для банков сохраняются риски, что переданные ими в залог ценные бумаги будут недоступны в течение всего срока репо”.

Ближайший по времени пик платежей российских компаний и банков в счет текущего обслуживания своих внешних долгов придется на декабрь – более 30 млрд долларов. С этой суммой практически совпадает общий объем валютных интервенций, осуществленных в октябре Центральным банком для сдерживания падения курса рубля. Поэтому, не исключено, что на данный момент дефицита валютной ликвидности на рынке действительно нет, предполагает аналитик шведского банка Nordea в Москве Дмитрий Савченко, оценивая итоги первого аукциона годового валютного репо.

Вполне возможно, рынок в течение октября уже “насытился” этой ликвидностью, просто выкупая валюту у ЦБ, а не получая ее от регулятора под залог и на возвратной основе, как предполагается сделками репо, продолжает Савченко. И вполне вероятно, что эта ликвидность во многом удовлетворила текущий спрос на валюту, в том числе со стороны тех компаний, которым в декабре предстоят платежи по внешним долгам.

В следующем году можно ожидать существенного роста задолженности по операциям валютного репо.

Другой фактор – цена валютного репо. Центральный банк уже снизил заявленные поначалу ставки по таким операциям. Но даже нынешний ее уровень для годового репо - 1,5 процентных пункта к текущей динамике рыночной ставки LIBOR – многим участникам рынка может представляться высоким. Более того, раз уж ЦБ один раз ставку снизил, рынок не исключает, что он может снизить ее и вновь, говорит Дмитрий Савченко.

“Можно предположить, что многие участники рынка решили дождаться, как минимум, следующего аукциона годового репо, в декабре, в надежде, что средства ЦБ станут доступнее. Хотя это – всего лишь одно из предположений для объяснения крайне низкого спроса на первом аукционе”.

МЫ И НЕ ОЖИДАЛИ

В последние недели представители Центрального банка России неоднократно повторяли, что именно операции репо, а не прежние, предсказуемые интервенции, станут теперь главным инструментом ЦБ для непрямого регулирования текущего спроса и предложения на валютном рынке. Тогда как интервенции регулятора – и по срокам, и по объемам - наоборот, станут непредсказуемыми для рынка.

Спрос на валютный своп обычно проявляется с наступлением очередного налогового периода.

Однако за неделю до проведения первого аукциона годового валютного репо руководитель департамента денежно-кредитной политики ЦБ Игорь Дмитриев заявил, что в Центральном банке и не ожидают существенного спроса на этом аукционе. По его словам, уже проведенные валютные интервенции, а также “наблюдаемая ситуация с валютными заимствованиями” позволяют утверждать, что “спрос на иностранную валюту во многом удовлетворен”. При этом Дмитриев не исключил, что в дальнейшем этот спрос вновь может увеличиться.

Действительно, если на рынке складывалась бы некая форс-мажорная ситуация и спрос на валюту был высоким, то на первом же аукционе годового репо его участники взяли бы у ЦБ весь предложенный им объем валюты и под запрошенную ставку, говорит Дмитрий Савченко. С другой стороны, по его словам, ЦБ отдает себе отчет в том, что ставка хотя и выглядит уже более привлекательной, тем не менее, остается еще высокой для многих участников валютного рынка.

“Оценивая оба фактора – и умеренный спрос на валютную ликвидность, и относительно высокую ставку по валютному репо, ЦБ, соответственно, и не ожидал высокого спроса на первом же годовом аукционе”, - полагает Савченко.

Вряд ли можно говорить, что на российском валютном рынке уже нет дефицита ликвидности.

В краткосрочной перспективе – скажем, до середины декабря – рыночный спрос на валюту действительно может быть низким, добавляет Ирина Лебедева. Все-таки 30 млрд долларов, которые ЦБ продал в октябре на рынке, попали в финансовую систему России. И вполне возможно, будут использованы компаниями в декабре для платежей по внешним долгам.

“Но, несомненно, в условиях сохраняющихся западных санкций, практически закрывших для страны зарубежные финансовые рынки, спрос на валютные ресурсы будет оставаться высоким, - продолжает Лебедева. – Соответственно, ближе к концу года и в следующем году можно ожидать существенного роста задолженности по операциям валютного репо”. Другими словами, этот инструмент будет востребован.

ОГРАНИЧЕННЫЙ РУБЛЬ

Параллельно с новыми инструментами предоставления валюты участникам российского валютного рынка (по экспертным оценкам, примерно две трети объема торгов на нем приходится на коммерческие банки) Центральный банк вводит ограничения на предоставление им ликвидности в рублях. Чтобы эти же средства, в частности, не попадали на валютный рынок, ускоряя падение рубля.

Речь идет, в первую очередь, об операциях “валютный своп”, в рамках которых банки могут привлекать рублевое финансирование ЦБ под залог имеющейся у них валюты. До конца ноября регулятор ограничил такие операции объемом 2 млрд долларов в день – на все банки.

Для банков сохраняются риски, что переданные ими в залог ценные бумаги будут недоступны в течение всего срока репо.

Спрос на этот инструмент обычно проявляется с наступлением для российских компаний очередного налогового периода, отмечает Наталия Шилова. В последний раз значительный спрос на него отмечался в июле, а уже существенно меньший – в самом начале ноября. Следующий налоговый период пока не наступил – в частности, налог на добычу полезных ископаемых (НДПИ) компаниям ТЭК предстоит платить лишь через неделю.

Во время предыдущего налогового периода (конец октября) экспортеры не очень-то стремились продавать на рынке свою валютную выручку, предпочитая как раз перезанять рубли под валюту у ЦБ, продолжает Наталия Шилова. “Возможно, теперь, когда объемы валютных свопов ограничены, им придется продавать больше валюты на рынке, хотя пока это – не более чем предположение. Однако в целом такое ограничение текущую динамику курса рубля вряд ли изменит”.

Аналогичные меры Центральный банк принимал в 2008 году, когда на фоне глобального кризиса российские коммерческие банки активно занимали рубли у ЦБ по операциям “валютный своп” и тут же на эти деньги скупали валюту, напоминает Ирина Лебедева. В ответ ЦБ и резко повышал ставку по таким операциям, и так же резко ограничивал их объемы. Но пока регулятор продолжал “накачивать” финансовую систему страны валютными интервенциями, заметных результатов эти меры не давали.

Возможно, рынок в течение октября уже “насытился” этой ликвидностью, просто выкупая валюту у ЦБ, а не получая ее от регулятора под залог и на возвратной основе.

Эффективность таких ограничений и сегодня под вопросом, продолжает Лебедева, хотя ЦБ и отказывается от прежних интервенций. Да, ограничительные меры могут в какой-то степени “остудить пыл” банков: они понимают, что может возникнуть ситуация, когда под залог имеющейся у них валюты они уже не смогут получить от ЦБ рубли. Но в целом введение ограничений рублевой ликвидности в конце календарного года мало эффективно, полагает аналитик: “Традиционно в это время резко нарастают траты госбюджета, что существенно увеличивает общий приток ликвидности в финансовую систему”.

Ограничение рублевой ликвидности, безусловно, усложнит жизнь спекулянтам, играющим на понижении рубля, так как фондирование и сокращается, и становится дороже, соглашается Дмитрий Савченко. Однако в нынешних условиях фактор таких спекуляций – отнюдь не самый значимый для динамики курса рубля.

Основным для нее становится фактор падения цен на нефть, главный экспортный товар России, за которым следует фактор повышенного спроса на валюту по причине “закрытия” зарубежных рынков капитала, - поясняет Савченко. И лишь на 3-4 местах оказывается фактор спекуляций на валютном рынке. “Да, рублевые ограничения помогут снизить волатильность на этом рынке, однако к развороту динамики курса рубля вряд ли приведут”.