Нефтерубль vs нефтедоллар

С начала февраля российский рубль подорожал к доллару в целом на 25%, хотя о сокращении добычи нефти в мире и речи еще не было. Теперь о таких планах заявили страны ОПЕК, на долю которых приходится треть общемировой добычи и более 40% мирового экспорта нефти. Если предположить, что нынешнее соглашение в Алжире страны ОПЕК в итоге начнут выполнять ближе к концу года, как это может отразиться на курсе рубля? А он, в свою очередь, на российской экономике в целом?

Аналитики одного из крупнейших американских инвестиционных банков Goldman Sachs прогнозируют, что, в случае выполнения странами ОПЕК заявленного 28 сентября на встрече в Алжире сокращения, цены на нефть могут вырасти в первом полугодии 2017 года на 7-10 долларов. Правда, никто пока не скажет, а с какого именно уровня? То есть сколько нефть будет стоить к концу нынешнего года?..

То есть рост цен на нефть вызывает лишь умеренное укрепление рубля, тогда как падение этих цен может очень сильно ударить по российской валюте.

​Но если допустить, что к концу декабря цена нефти Brent, к цене которой привязана и экспортная цена российской нефти Urals, на ожиданиях вступления в силу нынешнего соглашения ОПЕК повысится, скажем, до 50-52 долларов за баррель, сколь заметно и последующее ее повышение, по вашим представлениям, может отразиться на курсе рубля?

Алексей Девятов, советник по экономике финансовой компании “Уралсиб”:

- Мы видим, что в определенной степени рубль “отвязался” от нефти – в том смысле, что теперь даже заметные колебания цен на нее не приводят к таким же изменениям курса рубля. Поэтому удорожание нефти до 50-52 долларов за баррель и даже несколько выше вряд ли приведет к серьезному укреплению рубля. По нашим текущим представлениям, в 2017 году его средний курс сложится примерно в районе 65-66 рублей за доллар.

Владимир Тихомиров, главный экономист финансовой компании “БКС”:

- Конечно, есть очень много разных "если", связанных с этим решением ОПЕК. Но в принципе, даже вне зависимости от него я бы ожидал, что рынок нефти будет постепенно приходить к балансу. Более того, цены на нефть станут реагировать на вероятность такой балансировки гораздо раньше, чем она произойдет - рынки всегда смотрят вперед. И, по моим ожиданиям, к концу текущего года баррель нефти Brent будет стоить 50-55 долларов, а в 2017 году в среднем - в районе 60 долларов. Общее направление постепенного восстановления цен на нефть прослеживается. Причем связано это не столько с некими договоренностями нефтедобывающих стран, которые могут еще и не состояться, сколько с резким сокращением инвестиций за последние два года в нефтедобывающую промышленность в мире в целом. А это значит, что предложение нефти неизбежно будет сокращаться. И рубль в таких условиях, конечно, будет укрепляться. К концу года я пока ожидаю его курс на уровне 59-60 рублей за доллар - в случае роста цен на нефть до 50-55 долларов за баррель. А к концу 2017 года, по моим нынешним прогнозам, курс будет где-то в районе 60 рублей за доллар - при среднегодовой цене на нефть в 60 долларов за баррель.

Сам по себе тот факт, что странам ОПЕК впервые за 8 лет удалось теперь хоть о чем-то договориться в части сдерживания роста добычи, безусловно, будет оказывать некую поддержку в ближайшие месяцы любым “сырьевым” валютам, включая рубль. По крайней мере, до тех пор, пока не проявятся первые реальные результаты соглашения. В этом контексте – новое укрепление рубля, дополнительно к уже состоявшемуся с начала 2016 года, какое в целом влияние окажет на экономику России? Просто вновь начнет расти импорт? Тогда как не-нефтяной экспорт – как, например, пшеницы, о чем так много говорят в последние месяцы – наоборот, будет сдерживаться? Тем более на фоне резко упавших ныне мировых цен на нее – до 10-летнего минимума…

Алексей Девятов:

- Резкая девальвация рубля в конце 2014 года крайне негативно отразилась на экономике России. В том числе и потому, что в ней много “отверточных” производств, которые напрямую зависят от импортных компонентов, машин или оборудования. Поэтому укрепление рубля с нынешних уровней даст умеренно положительный эффект. Я согласен, что оно приведет к определенному росту импорта, но, вспомним, что существенная часть этого импорта - это как раз машины, оборудование и те самые компоненты, от которых в существенной степени зависит в целом промышленное производство в России.

Владимир Тихомиров:

- Мы пока не ожидаем, да и рынок, и инвесторы не ожидают какого-то сильного ралли в ценах на нефть. Ну, может быть она в следующем году вырастет до 55-60 долларов, или даже чуть выше 60 долларов за баррель - при самом благоприятном сценарии…И курс рубля на это среагирует тоже умеренно – возможно, рубль укрепится на 5-10% в номинальном выражении от текущего уровня. А такое укрепление вряд ли заметно отразится на российской экономике. Более того, как сама экономика слаба, так слабы и государственные финансы – мы видим, с какими сложностями балансируется ныне госбюджет. Это означает, что даже в случае укрепления рубля ожидать какого-то бурного роста спроса на импорт, на валюту в стране не стоит.

Поэтому сам потенциал укрепления как рубля, так и других “сырьевых” валют весьма ограничен. Ведь дополнительные поставки на рынок сланцевой нефти могут не только остановить рост нефтяных цен, но даже повернуть его вспять.

​Большинство экспертов нефтяного рынка напоминают сегодня о том, что, стоит нефти хоть сколько-нибудь заметно подорожать, на рынке тут же появятся новые объемы американской сланцевой нефти. Что фактически сведет на нет влияние любых решений стран ОПЕК по сдерживанию собственной добычи. Такого рода перспективы, на ваш взгляд, сколь сильное влияние будут оказывать на ближайшую динамику курсов “сырьевых” валют, включая российский рубль?

Владимир Тихомиров:

- Действительно, структура мирового нефтяного рынка резко изменилась с приходом сланцевых производителей. Их роль на нем теперь стала “балансирующей”. Это фактически означает, что не стоит ожидать как устойчивого роста цены на нефть, так и новых глубоких ее “провалов”. Сланцевая нефть будет и быстро уходить с рынка в случае негативной конъюнктуры, и также быстро на него возвращаться, как только конъюнктура начнет выправляться. Поэтому, скорее всего, можно говорить о стабилизации цен на нефть в каком-то диапазоне, и 40-60 долларов за баррель представляется наиболее реалистичным. Для курса рубля это означает, что он станет более стабильным, чем раньше. Для него, в зависимости от ситуации, можно предположить свой диапазон – от 50 до 70 рублей за доллар.

Алексей Девятов:

- Если цены на нефть вновь вырастут ближе к 60 долларам за баррель, то эффект сланцевой добычи проявится уже серьезно, став во многом тем самым фактором, который будет сдерживать дальнейший рост цен. Поэтому сам потенциал укрепления как рубля, так и других “сырьевых” валют весьма ограничен. Ведь дополнительные поставки на рынок сланцевой нефти могут не только остановить рост нефтяных цен, но даже повернуть его вспять.

Я согласен, что новое укрепление рубля приведет к определенному росту импорта, но, вспомним, что существенная часть этого импорта - это как раз машины, оборудование и те самые компоненты, от которых в существенной степени зависит в целом промышленное производство в России.

​Цены на нефть как были, так и остаются решающим внешним фактором курсообразования рубля. Но есть еще и внутренние факторы – такие, например, как “подавленный” резко упавшими из-за кризиса доходами общий внутренний спрос в стране, включая спрос на валюту. Или резкое сокращение уже в 2016 году оттока капитала из страны, в том числе по причине резкого же снижения текущих объемов погашения внешнего долга российских компаний и предприятий. Кстати, оба последних фактора сыграли ключевую роль в том, почему в последние месяцы курс рубля заметно меньше реагировал на динамику цен на нефть, чем еще в прошлом году. Как вами представляется влияние внутренних факторов на курс рубля в ближайшие месяцы?

Алексей Девятов:

- Здесь стоит говорить не только о сокращении оттока капитала, но и о политике Центрального банка. Его высокие процентные ставки также сдерживают отток капитала, так как делают активы в рублях более привлекательными для инвесторов, прежде всего зарубежных. Кроме того, ЦБ весьма осторожно предоставляет новую ликвидность банкам. И это также способствует тому, что рубль теперь уже не так сильно реагирует на колебания нефтяных цен. Однако если мы вдруг увидим новое резкое их падение, то и рубль может резко ослабеть – ведь инвесторы начнут “сбрасывать” те самые рублевые активы, которые пока им интересны более высокими ставками. То есть рост цен на нефть вызывает лишь умеренное укрепление рубля, тогда как падение этих цен может очень сильно ударить по российской валюте.

Общее направление постепенного восстановления цен на нефть прослеживается. Причем связано это не столько с некими договоренностями нефтедобывающих стран, которые могут еще и не состояться, сколько с резким сокращением инвестиций за последние два года в нефтедобывающую промышленность в мире в целом.

​В части корпоративного спроса на валюту в стране, объемы платежей российских компаний по своим внешним долгам в 2017 году будут заметно меньшими, чем в 2016-ом, когда они, в свою очередь, оказываются заметно меньшими, чем в 2015-ом, напоминает Владимир Тихомиров. С другой стороны, и поводов ожидать роста доходов населения, что могло бы повлечь за собой некое оживление и частного спроса на валюту, также не приходится. Соответственно, оба этих фактора будут способствовать, скорее, стабилизации курса рубля…

Владимир Тихомиров:

- Куда более существенным может оказаться влияние на курс рубля факторов политических. Скажем, ослабление западных санкций в отношении России или даже их отмена, безусловно, подстегнет укрепление рубля. После чего увеличится приток в страну иностранных инвестиций, что, в свою очередь, подогреет спрос на рубли. Ну, и в обратном случае все – ровно наоборот. С фундаментальной же точки зрения, рубль будет оставаться достаточно стабильным, пока такими же будут оставаться цены на нефть. А вот политические факторы крайне непредсказуемы.