Что было стыдно пропустить в 2016 году

Лучшие фильмы, сериалы, книги, альбомы и игры. Выбор «Медузы»

Что надо было обязательно смотреть, слушать и читать в 2016 году? «Медуза» собрала самое интересное из того, что случилось в массовой культуре за последние 12 месяцев. 5 фильмов, 4 сериала, 5 альбомов, 4 книги и 2 игры — если все это прошло мимо вас, постарайтесь наверстать в новогодние каникулы.

Кино

«Под покровом ночи»

режиссер Том Форд, США

«Под покровом ночи» с Эми Адамс и Джейком Джилленхолом — второй за семь лет фильм американского дизайнера Тома Форда и лучший психологический триллер 2016-го. Этот год — огромных потерь — научил нас тому, что культура должна сохраняться и воспроизводиться, и фильм Тома Форда в этом смысле — неожиданное и важное открытие (у насесть второй Дэвид Линч).«Под покровом ночи» оказывается бесконечной смысловой матрешкой, которую хочется разбирать и анализировать так же, как картины Линча и Дэвида Финчера. Том Форд — гений нюансов, его фильмы следует смотреть дважды и даже трижды, вглядываясь в детали. И радостно подмечая, что зеленое платье на девушке и зеленая машина негодяев — это звенья одной цепи; впрочем, как и грязные ногти насильника и маникюр героини.

«Кубо: Легенда о самурае»

режиссер Трэвис Найт, США

Мультфильм года. Хотя основные награды между собой бесконечно делят Pixar и Disney (причем первый — часть второго), самые умные мультфильмы последних лет все же снимает Laika Entertainment, компания сооснователя Nike Фила Найта. Студия начала с мрачных сказок для Тима Бертона («Труп невесты») и Нила Геймана («Коралина в стране кошмаров»), а на 12-м году жизни решилась на серьезный разговор о смерти в страшном и грустном «Кубо: Легенда о самурае». В целом, все большие мультфильмы 2016 года были хороши: «Моана» учила следовать зову сердца; «В поисках Дори» сделала своими героями рыбок-инвалидов; «Зверополис» напомнил о том, что в разнообразии — сила. Но «Кубо» — самый пронзительный проект года и каллиграфия в чистом виде.

«Она»

режиссер Пол Верховен, Франция, Германия, Бельгия

Европейский фильм года. Есть режиссеры, которые умеют смешить и пугать одновременно; есть те, кого зритель одновременно и чувствует, и анализирует. Но так, чтобы все и сразу, — для этого надо быть Полом Верховеном. За свою карьеру он перепробовал (пускай это слово звучит так же грубо, как его режиссерский метод) множество актрис — Шэрон Стоун («Основной инстинкт», «Вспомнить все»), Элизабет Беркли («Шоугерлз»), Дженнифер Джейсон Ли («Плоть и кровь»). И лишь в 78 лет встретил силу, способную дать ему отпор, — фантастическую Изабель Юппер. Ее игра в этом фильме невероятна — особенно на контрасте с тихой и скромной работой в фильме «Сувенир», которая на фестивале в Торонто шла с «Ней» в соседнем зале.

«Ла-Ла Ленд»

режиссер Дэмьен Шазелл, США

Несмотря на то что «Ла-Ла Ленд» выходит в российский прокат только в январе 2017 года, не включить его в этот список мы не могли — это лучшее, что случилось в мировом кинематографе в 2016-м (мировая премьера состоялась в августе).

Изучая кассовые сборы российских фильмов, можно прийти к неожиданным открытиям. Например, к такому: музыкальный фильм — любимый киножанр советских зрителей — за последнюю четверть века фактически умер. Видимо, дело в том, что танец и песня даже на экране не могут быть интимным опытом зрителя. Ведь такие фильмы превращают весь кинозал в танцплощадку и призывают к единению. Мюзикл «Ла-Ла Ленд» — кино для очень открытых людей, способных ценить и моменты счастья, и тоски. А еще это очень простая — в духе Голливуда 1950-х — история с модернистским финтом в конце. А еще это самые красивые в 2016 году песни. А еще это яркие костюмы и веселые танцы. А еще это Эмма Стоун и Райан Гослинг.

«Хороший мальчик»

режиссер Оксана Карас, Россия

Российский фильм года. «Хороший мальчик» — пример образцовой гармонии между взрослыми и детьми; между эстетикой советской школьной трагикомедии и законами американских кинороманов воспитания; между хороводом и брэйк-дансом, в конце концов. Плюс, это единственный отечественный фильм года, который можно просто с удовольствием смотреть, а не доснимать и не дописывать у себя в голове. Блестящее, остроумное, нежное и очень живое кино. Спасибо.

Сериалы

«Молодой папа»

режиссер Паоло Соррентино, Италия, Испания, Франция

Мы только и делаем, что пишем о том, как сериалы опережают прочие способы рассказывания историй в плане драматургии, но более яркого примера, чем «Молодой папа», пока не было. Паоло Соррентино объединил в десятисерийном шоу все свои (ну, или наши) страсти: и к итальянской моде, и к журналистским расследованиям, и к шекспировскому театру, и к великим американским романам, и к европейской живописи, и к рок-музыке. В «Молодом папе» нет ни человекоподобных роботов, ни пришельцев из других измерений, зато есть интрига, внезапно ставшая самым интересным вопросом года в поп-культуре. И слово «поп» тут неслучайно, потому что нам всем страшно важно понять: так верит понтифик Ленни Белардо в Бога или нет? (Кроме того, это лучшая роль в карьере Джуда Лоу).

«Мир Дикого запада»

сценарий Джонатана Нолана и Лизы Джой, США

Этот сериал решает две важные проблемы. Во-первых, он спасает HBO — за последние годы канал превратился в театр одного актера («Игры престолов»), который вот-вот уйдет на пенсию. Теперь актеров как минимум два. Во-вторых, «Мир дикого запада» напоминает о том, что мы существуем в так называемой партиципаторной культуре, где любое творчество расприватизировано и принадлежит фанатам, а не создателям. В 2016 году миллионы сериаломанов получили шоу, столь же загадочное, как и «Остаться в живых». И принялись строить теории, изучать каждый кадр под микроскопом и разгадывать планы творцов. Увы, слишком успешно: из-за активности интернета и уязвимостей сценария смотреть финальную серию было скучновато: все, о чем писали на Reddit, сбылось.

«Очень странные дела»

режиссеры Мэтт Даффер, Росс Даффер, Шон Леви, США

Этот сериал рассказал самую трогательную историю года — о том, как три маленьких мушкетера отправились вызволять ДʼАртаньяна из преисподней и повстречали фантастическую Констанцию. Но что интереснее (и тревожнее): «Очень странные дела» доказали, что в XXI веке уже вовсю можно жить чужими воспоминаниями, не отрываясь от компьютера. Вряд ли у кого-то из 20-летних и 30-летних россиян было такое же детство, какое описано в сериале. C американским пригородом, деревянными панелями на боках папиной машины, партиями в настольную игры Dungeons & Dragons в подвале, кораблями из «Звездных войн», книгами Стивена Кинга на полке и фильмами Стивена Спилберга в видеомагнитофоне. Но судя по реакции наших соцсетей, эту ностальгическую историю снимали не для 40-летних американцев, а вот прямо специально для нас.

«Планета Земля II»

режиссер Джастин Андерсон, Великобритания

Главный документальный сериал года. Так близко к животным людям подобраться еще не удавалось. Снимая многочасовое поэтическое посвящение природе, «Би-Би-Си» использовало весь арсенал самых современных технологий — дроны, новейшие камеры ночного видения, какие-то удивительные краны и приспособления, позволяющие рассмотреть в мельчайших деталях и в движении редких птиц, зверей и насекомых. Для каждого взрослого «Планета Земля II» — это настоящее путешествие в детство. С одной стороны, кажется, что попал в сказку про Братца Енота и Братца Лиса, то есть существ хитрых, благородных, любящих — в общем, вполне разумных. С другой — обнаруживаешь в себе тот самый восторг, который когда-то сопутствовал просмотру «В мире животных» и «Одиссеи Кусто». Главная мысль сериала довольно простая: мы можем жить в гораздо большей гармонии с дикой природой — и только от нас самих зависит, случится это или нет. Очень хочется, чтобы случилось; в этом смысле «Планета Земля II» — это лучшая и самая правильная пропаганда 2016 года.

Музыка

David Bowie — Blackstar

Даже если забыть, что это последняя пластинка великого музыканта, Blackstar — все равно выдающаяся запись. Обратившись к авангардному джазу, Дэвид Боуи задал новый стандарт; он показал, как с ним стоит обращаться в поп-музыке. Blackstar очень театрален, что особенно заметно по песне и по клипу Lazarus (она же стала источником для одноименного мюзикла Боуи). Основа звука пластинки — саксофон, который Боуи использовал на протяжении всей своей карьеры, чтобы показать объемность музыки и добавить в нее напряжения. Blackstar — пример удачного эксперимента Боуи, его можно сравнить с Earthling 1997 года, с той лишь поправкой, что на этот раз музыканту удалось наиболее выразительно представить свои идеи. Чего стоит только титульная песня Blackstar, которая открывает альбом, — десятиминутная сложносочиненная композиция из двух частей c ломаным, спотыкающимся ритмом не отпускает до последних секунд.

Beyonce — Lemonade

Альбом Бейонсе Ноулс целиком посвящен измене и прощению: певица то предельно откровенна (очевидно, что у Бейонсе и Джей-Зи что-то произошло), то окутывает свою личную жизнь тайной (мы так и не узнали, кто же эта «Бекки с хорошими волосами»). Бейонсе всегда была образцом сильной женщины в поп-музыке, твердо знающей, что она хочет. Но на Lemonade все иначе: сначала она раздавлена, потом — в гневе (даже крушит автомобили в клипе на Hold Up), затем осознает всю ситуацию — и в конце концов приходит к прощению. Однако Lemonade не только рассказывает историю отношений, это еще одно из лучших высказываний о проблемах афроамериканцев (см. песню Formation). В 2016-м многие музыканты выпускали визуальные альбомы — пластинки, сопровожденные видеорядом, но только у Бейонсе визуальный альбом получился осмысленным — картинка действительно дополняла песни.

ANOHNI — Hopelessness

Певица ANOHNI, в прошлом известная как Энтони Хегарти, — музыкант с выдающимся чувством стиля. В Hopelessness она перевела фокус с мира внутреннего на внешний — и с ним, с этим миром, все оказалось не в порядке. Песня от лица девочки, которая умирает от авиаудара с беспилотника, гневная отповедь Бараку Обаме, песня о глобальном потеплении, песня о всеобщей слежке — это только часть тем, охваченных ANOHNI на Hopelessness. Кажется, никто из музыкантов в этом году не выражал свое недовольство окружающим миром столь мощно и концентрированно — в одной пластинке. Певица отказалась от привычных струнных в пользу аранжировок двух актуальных продюсеров Hudson Mohawke и Дэниела Лопатина (Oneohthix Point Never) — в итоге получился не камерный поп, как было у Antony and The Johnsons, а что-то совсем футуристичное, при этом сами песни она упростила до предела.

Мегаполис — Zerolines

Группа Олега Нестерова окончательно превратилась в главных экспериментаторов России. Новый проект Zerolines — это, по словам лидера «Мегаполиса», интуитивная музыка без формы и структуры, придуманная по заветам авангардных композиторов 1950-х. Основная часть проекта была создана более десяти лет назад, еще до того, как «Мегаполис» триумфально вернулся с «Супертанго»; тем удивительнее, что альбом звучит максимально актуально. На Zerolines всего шесть треков без куплетов и припевов, которые немного напоминают Tortoise или проект Нильса Фрама Nonkeen. Лучшая песня — это восьмиминутная «Есть» на стихи Гийома Аполлинера. Чтобы создать эффект отстраненности и холодности, Нестеров пропустил свой голос через вокодер; если нужно выбрать только одну русскоязычную песню года, то это будет «Есть» с Zerolines.

Луна «Маг-ни-ты» / «Грустный дэнс»

Участница киевского творческого объединения «Кружева» Кристина Бардаш за несколько месяцев превратилась из штатной помощницы коллег по цеху в полноценную героиню первого плана. Ее первый альбом блистательно выполнил простую, но необходимую операцию — тонко совместил язык новой клубной культуры с эстетикой тех самых эстрадных 90-х (в диапазоне от «Гостей из будущего» до Анжелики Варум), которые наконец заслуженно превратились из причины для стыда в повод для гордости. Под песни Луны одинаково самозабвенно танцуют пролетариат и прекариат — что подтверждают российские концерты Бардаш (зал поет все песни вслух от начала до конца). Важное дополнение: Бардаш берет здешнюю поп-музыку на абордаж семейным подрядом — ее муж (и создатель «Кружев») Юрий Бардаш верховодит хип-хоп-бандой «Грибы», которая дерзко превратила русский рэп в танцевальную музыку для масс, заслужила респект от кандидата в президенты РФ Навального и с первой попытки собрала аншлаг на одной из самых больших московских площадок. Базару нет: вспышек ярче этих двух здесь давно не случалось.

Книги

Алексей Иванов. Вилы. М.: АСТ: Редакция Елены Шубиной, 2016

Нон-фикшн года. Книга Алексея Иванова — фактически первая со времен Пушкина и по-ивановски масштабная попытка взглянуть на пугачевское восстание широко и комплексно, а не в рамках набора унылых бинарных оппозиций, торжествовавших что до революции, что в советское время. «Вилы» Иванова — это крупнобюджетный аттракцион в пространстве от Каспия до Урала (автор объездил все места, так или иначе связанные с пугачевщиной), десятки увязанных в тугой узел человеческих судеб и могучее дыхание истории — но не в формате романа, а в виде по-хорошему обстоятельной и фактологически безупречной документальной прозы. Захватывающее чтение, бездна неожиданной информации и по-настоящему новая трактовка известных событий.

Сергей Кузнецов. Калейдоскоп: расходные материалы. АСТ: Редакция Елены Шубиной, 2016

Лучший русский роман года, досадным образом не получивший ни одной литературной премии. Историю длинного ХХ века (с середины 1880-х до начала 2010-х) Сергей Кузнецов рассказывает как никто до него — причем как по форме, так и по сути. По форме «Калейдоскоп» — это причудливая и восхитительная грибница разножанровых (от хоррора до детектива и бытовой зарисовки) рассказов. Некоторые из них связаны между собой повторяющимися мотивами, некоторые — героями и сюжетами, некоторые — и так, и эдак, а некоторые — никак. По сути же роман Кузнецова — это абсолютно европейского фасона проза, умная, тонкая и парадоксальная, которая умело прорабатывает множество узловых точек современного мировосприятия — от представления о пресловутой российской «особости» до присущей каждому поколению наивной веры в то, что именно ему выпало жить «на сломе эпох».

Ханья Янагихара. Маленькая жизнь. М.: АСТ: CORPUS. Перевод А. Борисенко, А. Завозовой, В. Сонькина

Переводной роман года.700-страничная история четырех друзей — художника, архитектора, актера и юриста — при ближайшем рассмотрении оборачивается натуральным пятном Роршаха: каждый вычитывает в ней что-то свое. И это свое оказывается исключительно важным, болезненным, интимным, а порой, наоборот, тягостно раздражающим. Кто-то прочел «Маленькую жизнь» как депрессивный роман о травме, а кто-то как оптимистичную историю о ее преодолении; для кого-то это книга о любви и дружбе (и о том, что между ними нет четкой границы), для кого-то экскурс в мир современного искусства или просто сказочка из серии «богатые тоже плачут». Страсти, кипящие в России вокруг романа Ханьи Янагихары, давно вышли за рамки чисто литературной дискуссии, и уже одно это делает «Маленькую жизнь» событием поистине беспрецедентным. Но кроме того, это просто еще и очень хороший — оригинальный, увлекательный и ни на что не похожий — роман, в высшей степени достойный читательского внимания.

Аня Десницкая, Александра Литвина. История старой квартиры. М.: Самокат, 2016

Детская книга года.«История старой квартиры» из тех книг, которые внутри заметно больше, чем снаружи. Обманчиво небольшая книжка, на две трети состоящая из картинок, на практике таит в себе целый мир — мир большой московской коммуналки, охватывающий сто лет, с начала ХХ века по начало века ХХI. Семейные истории и быт, НЭП, сталинские репрессии и война, оттепель, брежневская эпоха, перестройка, события 90-х годов. «История старой квартиры» — это сразу и семейная сага, и история материальной культуры, и максимально полная энциклопедия советской жизни в целом. Информативная, великолепно оформленная и очень дружелюбная к читателю, книга Ани Десницкой и Александры Литвиной настоящий маст-рид и ликбез для всех людей младше тридцати лет; а для тех, кто старше, — возможность по-настоящему глубоко прикоснуться к собственному прошлому и прошлому нашей страны во всем его трогательном, ностальгическом и отталкивающем многообразии.

Игры

Battlefield 1

Battlefield 1 — 14-я по счету игра из этой серии шутеров, но играть в нее нужно, даже если вы не видели ни одну из 13 предыдущих. Battlefield 1 переносит игрока на поля сражений Первой мировой войны — это одновременно захватывающее и страшное зрелище. Не в последнюю очередь из-за отличной графики и спецэффектов: погода и окружающие условия в игре постоянно и кардинально меняются, здания рушатся, огромные дирижабли сгорают в небе. А видели бы вы эти взрывы!

Как и раньше, Battlefield 1 — прежде всего, идеальный мультиплеерный шутер. Но в отличие от предшественников, в него наконец-то интересно играть одному — задумываться о бессмысленности войны и судьбе солдат. Одна маленькая деталь: каждый раз, когда вашего героя убивают (их в игре несколько), на экране высвечиваются годы его жизни. И нередко оказывается, что убитому было слегка за 20.

DOOM

Старый Doom фактически заложил основу жанра 3D-шутеров — новый, вышедший в этом году никакой революции не произвел, но оказался практически идеальной игрой во всех отношениях. Минимальный сюжет, много красивых пушек, система добивания врагов, которая по делу должна надоесть через 15 минут — но не надоедает до самого конца. DOOM не похож на современные «серьезные» шутеры: он невероятно быстрый и ритмичный, монстры в нем нестрашные, Ад и другие локации — практически мультяшные. В игре хватает юмора, но она не смешит, а всеми силами развлекает — и делает это невероятно успешно. В DOOM просто очень приятно играть — и 15-20 минут после трудного рабочего дня, и часами напролет в мультиплеере.

Егор Москвитин

Павел Борисов

Галина Юзефович

Александр Горбачев