Том V. Освещающие

Почему люди на Дальнем Востоке митингуют уже четыре месяца и не боятся сесть в тюрьму

В Хабаровске хорошо понимают, что если событие не освещается в СМИ и социальных сетях, то значит, его как бы и нет. Канал «Губерния» и большинство других местных изданий протесты игнорируют, а журналисты из Москвы приезжают эпизодически. Тем не менее без внимания прессы протестующие никогда не остаются — вокруг сторонников Фургала сформировался целый пул журналистов-стримеров, которые постоянно ведут прямой эфир в YouTube и других соцсетях. В Хабаровске работают как собкоры московских каналов Rusnews или Sotavision, так и доморощенные авторы.

Понимают это и власти, поэтому за журналистами еще в октябре начали охотиться «эшники». В ноябре давление усилилось: стример Angel ID получил 13 суток ареста и был сильно избит, корреспондентке «Активатики» Екатерине Бияк дали двое суток ареста и штраф, Борису Жирнову — трое суток и штраф, блогеру Дмитрию Хетагурову — пять суток. Хабаровские журналисты и блогеры даже записали специально обращение с призывом остановить репрессии против них.

Angel ID
Штраф и два ареста на 7 и 6 суток

Один из стримеров — Angel ID (свои имя и фамилию он до последнего времени скрывал, но после задержания стало известно, что зовут его Андрей Соломахин) разработал собственную систему безопасности. После одного из вечерних митингов мы заходим с ним и Белецкой в кофейню недалеко от площади. Ангел рассказывает мне, что занимается стримингом самостоятельно, нигде не получает зарплату и даже не собирает донаты: «Я подумал, что так я засвечу свою карту и все остальное».

— А работа разве есть у вас? — спрашиваю я.

— Сейчас я не работаю, все делаю за свои деньги, чтобы не узнали фамилию, имя и отчество. Я ремонт делал, поэтому какие-то деньги есть.

— А думаете, вас еще не знают?

— Нет, меня ни разу в отдел не отвозили (разговариваем мы до его задержания в ноябре. — Ред.), несмотря на провокации, — говорит Ангел.

Он рассказывает, что после митингов домой ходит кругами, отрываясь от слежки. Дорога занимает вместо 20 минут больше часа, но зато, уверен Ангел, силовики не знают, где он живет.

«Я всегда переодеваюсь, сколько уже комплектов одежды поменял. Вот в этой одежде — джинсах и пуховичке — я только к судам хожу. Внутрь судов вообще не хожу, чтобы не светить документы», — рассказывает он.

— Илье не верится в это все! — девушка, которая сидит с нами, вдруг замечает мое скептическое выражение лица.

— У нас веселье, да! — говорит Ангел.

— Да, со стороны кажется, что у вас у всех паранойя, ведь в Москве никто так не заморачивается — задержат, значит, задержат, — соглашаюсь я.

— Меня вчера срисовали и потихонечку уже обкладывают. На меня как-то напал чувак, поломал мне оборудование, но я не стал писать заявление, потому что им нужно было меня выманить в отдел и там выяснить, кто я и что я, — рассказывает Ангел.

Снимает он на сложный агрегат, состоящий из четырех смартфонов. «Нам рубили эфиры, но один телефон просто записывает, поэтому выложить видео можно позже. Все время включаю авиарежим — так и прячусь. Своя у нас специфика…» — говорит журналист.

— Но вы же лицо показываете свое?

— Показываю, но системы [опознавания лиц по камерам], как в Москве, тут нет, меня в базах нет, а из квартиры я выписался недавно, поэтому повестку мне некуда посылать, надо именно в отдел вести.

— А если зайдут сейчас сюда и заберут?

— На каком основании? Я просто сижу и кофе пью. Я от них бегаю, и меня им не удалось задержать, а за Витамином две недели назад бегали, он в парке в кусты залез, дождевиком накрылся, и мимо него прошли.

Пока Ангел рассказывает, как расстроился, когда его стримы впервые использовали для доказательства в суде, в кофейню заходит еще один стример. Они с Ангелом начинают обсуждать активиста Докучаева, которого якобы угрожают следующим утром отправить в психушку.

— Обкладывают, как волков, — мрачно говорит Белецкая, пока стримеры звонят Докучаеву, которому поздно вечером запрещено выходить из общежития, и пытаются придумать, как его спасти.

Поймали Ангела 6 ноября возле Центрального суда, после чего отвезли на ночь в отдел полиции. На следующий день после 11 часов в суде его оштрафовали, но на выходе из здания полицейские снова задержали его и избили. Сам он так описывал произошедшее: «Сотрудники полиции сначала применили шокер, включив сирену, чтобы не было слышно, силой затолкали меня в машину. Там сидушка была на минимальном расстоянии, я со своим ростом физически не помещался туда. Они начали душить меня дубинкой, вырывать кадык, на переднем сиденье меня держали за руки, чтобы я не мог сопротивляться. Потом заломали мне позвоночник набок, я все это время задыхался от скачущего давления и побоев, просил открыть хотя бы окно, но сотрудники полиции не реагировали». 9 ноября Ангела арестовали на 7 суток за участие в несанкционированной акции, а затем добавили еще 6 суток за сопротивление полиции при аресте.

После выхода из спецприемника он в свойственном ему бодром стиле написал мне: «Две недели с сотрясением надо отлежаться, а то бегать не могу. Я был физически и морально готов на «карусели» до декабря.

Плакать не буду!!! Не на того нарвались!!! Нельзя сбавлять темпы! Только вперед и темп — иначе нас сомнут!!!»

Екатерина Бияк
Штраф и арест на 2 суток

«У нас здесь фишка у судов такая: если ты попал один раз, то — до свидания. Удовольствие могут растянуть, могут каждую неделю по вторникам задерживать или еще как», — рассказывает Екатерина Бияк, которая сейчас работает на сайте «Активатика».

— Из Москвы казалось, что у вас тут тихо и спокойно, — говорю я, а Бияк смеется.

— Конечно! «Судебные карусели» тут прямо тема — тебя задерживают в 8 утра, когда идешь на работу, отвозят в отдел и сразу в суд — за один день могут два или три протокола рассмотреть. Мне кажется, всех тут собираются посадить на «дадинскую» статью.

Первые две недели они офигели и реально искали организаторов, а когда поняли, что их нет, решили изнасиловать народ, чтобы никто не ходил на улицу, — говорит она.

По ее словам, тот же Приходько (со статьей 212.1) — абсолютно законопослушный человек, обыкновенный нормальный мужик, а не революционер. «Уголовная статья просто не монтируется с ним, он в принципе не рассматривал такой возможности, и для него это дикий шок, поэтому он и ушел на дно», — говорит она.

По словам Бияк, давление на журналистов, освещающих хабаровские протесты, оказывали давно: корреспондентке «Активатики» Кристине Грицаенко, например, звонили и приглашали в отдел полиции, угрожая доставить насильно, а потом звонили и говорили, что передумали. «У Маши c RusNews есть родной брат. Он в июле ходил на митинги и отсидел за это 5 суток. После этого он туда не ходил, но его периодически судят до сих пор. Маша думает, что это давление на нее.

За всеми ходят после акций [«эшники»] — пацаны бегают, но это на любителя, поэтому я просто захожу за угол, останавливаюсь и жду, когда они подойдут», — рассказывает Бияк, смеясь.

Если верить ее словам, то в Хабаровске началась настоящая охота за журналистами и активистами: «Журналиста Sota Vision как-то щемили на площади после митинга, но не придумали ничего оригинальнее, чем сказать, что он нарушает правила ПДД. Он отвечает, что стоит посреди площади, и пока они думали, огородами ушел. А за активисткой (Мальвиной. — Ред.) гонялись на машинах, караулили ее каждый день у подъезда, постоянно задерживали и судили».

Бияк помимо освещения протеста активно занимается и помощью протестующим (в Хабаровске очень не хватает местного «ОВД-Инфо» и телеграм-чата «Передачи» Лизы Нестеровой). «После субботнего разгона я была на коммутаторе: задержали много людей до суда в понедельник, и я полдня выясняла, что это за люди, чтобы им передачки могли отнести. Выяснилось, что у одного из задержанных мама после операции в Северном микрорайоне, у нее нет телефона, и она ничего не знает. В понедельник его осудили на 10 суток, люди собрались и съездить к маме, и собрать сыну передачу. Скинулись на передачи другим арестованным, кто-то отвез. Такая взаимопомощь у нас!» — радуется Бияк и рассказывает про бабушку, которая привозила в сумке на колесиках на площадь пирожки и чай в термосе.

Сергей News Плотников

Еще одним вопиющим случаем давления на журналистов в Хабаровске стало похищение Сергея Плотникова, больше известного как Сергей News. «Я вылез у магазина около дома, купил три бутылки пива и пошел домой отдохнуть как нормальный человек, но во дворе меня схватили и бросили в машину неизвестные. Били не сильно, но правильно», — рассказывает мне Плотников наутро после похищения. Он только вышел с медицинского освидетельствования, которое зафиксировало ссадины, гематому на голове и следы от наручников.

Ночью его закинули в микроавтобус, надели «браслеты» и повезли в неизвестном направлении. «Я лежал на полу, везли очень долго по плохой дороге, потом вытащили из машины.

Они хотели, чтобы я им сливал [информацию], а когда поняли, что не прокатывает, начали бить и стрелять в землю рядом с ногой», — говорит Плотников.

Он предполагает, что его похитили сотрудники ФСБ. «Они надевали мне наручники, стреляли из пистолета Макарова, речь вели за митинги и протест, их интересовало, кто организатор, какое я имею к этому отношение. Это были не «эшники», это не их стиль, и не СК, который таким мараться не будет», — рассуждает Плотников. Похитившие его люди угрожали, что так будет не только с журналистами, но и с митингующими. По его словам, даже замначальника полиции перепугался и звонил в редакцию Rusnews, заверив, что это не их работа.

— Ничего они не добились от вас?

[object HTMLElement]

[object HTMLElement]

Они хотели запугать меня как журналиста, потому что они меня терпеть не могут, я для них как Навальный. Я кость в горле, ведь они знают, что я сидел, что склонен к нападению и к побегу, а из журналистов я здесь самый активный, и присутствую везде, — хорохорится Плотников.

После счастливого спасения журналист не спал ночь и закидывается энергетиками, на виске у него большая царапина, но сказать, что он напуган, сложно — он улыбается: «Мне и с автоматов возле уха стреляли уже, поэтому я на юморе». Плотников совсем не похож на среднестатистического московского журналиста — у него есть не все зубы, он носит спортивный костюм и провел несколько лет в колонии.

Сидел Плотников по той самой 318-й статье УК, но с митингами это связано не было. «Я был мастер спорта по рукопашному бою, в 16 лет напал на сотрудника полиции, его отправили в больницу, а мне дали два с половиной года условно. После второй такой ситуации дали уже больше 3 лет колонии-поселения, ну а досиживал я уже на общем режиме. Жизнь такая, что делать», — говорит Плотников.

— Ну ты исправился, выходит?

— Я сам себя воспитал, я легко всему обучаюсь, и мне нравится учиться, если что-то интересно. Я в колонии себе ставил цели.

Когда Плотников освободился в 2015 году, то уехал учиться в Москву на кузовщика. Работал он якобы даже за границей, реставрировал ретромашины, о чем начал записывать ролики и выкладывать в интернет. «Мне нравилось, когда люди смотрят, мне с детства симпатизировала эта ситуация», — признается он. Когда на протесты в Хабаровск приехал главный редактор RusNews Сергей Амбиндер, Плотников уже снимал происходящее, и гость из Москвы предложил работать на его канал.

На протестах Плотников прославился своей бескомпромиссностью по отношению к полицейским:

[object HTMLElement]

— А чего успокоился?

— Да устал за три месяца. Представляешь, каждый день по много раз в эфир выходить? Иногда по двое суток не спишь и работаешь.

— А зачем занимаешься этим?

— Мне нравится. У меня свой подход к этому. Я самоучка, но когда сейчас смотрю мои первые стримы, то думаю: «Нифига себе какой я путь прошел и чего достиг». Я подуспокоился, потому что понял, что себя нужно вести не как бешеный блогер, а именно как журналист, держать дистанцию, подбирать и фильтровать слова, — объясняет Плотников.

Теперь стримов на Rusnews и Сергей News ему уже недостаточно. «Я хочу региональное сетевое издание, в том же формате. Я буду развиваться, команда у меня растет, и мы будем продвигаться не только по Хабаровску, но и в целом в России. У нас во многих городах есть журналисты. Снимать мы не только протесты будем, но и про проблемы в городах», — объясняет Плотников.

По мнению журналиста, из-за его похищения уже начался международный скандал. Из-за некоей склонности Плотникова к эпатажу и преувеличениям многие протестующие подозревают, что он инсценировал свое похищение. И это притом что во время протестов в Хабаровске еще в июле избили ведущего «Навальный-Live» Дмитрия Низовцева и координатора «Открытой России» Сергея Наумова.

Оппозиционером Плотников себя не называет, но считает, что в Хабаровске включен режим репрессий, устрашения и подавления протестующих, которые ходят мирным шествием.

«Дегтярев дает понять, что мы здесь — никто, а он — власть, и это закусывает людей.

Люди обижены, что у них отобрали их выбор, и они идут до конца. Я в первый раз в жизни вижу такое, я просто в шоке от того, что происходит, и как журналист я буду до конца ходить», — говорит Плотников, которого избили во время задержания на площади 10 октября. «Я задавал подполковнику полиции вопрос: «Вы понимаете, что сами поджигаете протест? Если не обращать внимания, люди, может, сами уйдут». А он отвечает: «Тогда в Белый дом придут». Да кому они нужны, их не было два месяца на крыльце, и никто не зашел!» — говорит Плотников.

ВЫ ТОЛЬКО ЧТО ПРОЧЛИ&NBSP

Том V. Освещающие

Том VI. Противостоящие

Том VII. Гордые

Том VIII. Обязанные

Том IX. Целеустремленные

Вернуться в самое начало

Том I. Обвиняемые

Том II. Марширующие

Том III. Наблюдающий

Том IV Несгибаемые