Том VI. Противостоящие

Почему люди на Дальнем Востоке митингуют уже четыре месяца и не боятся сесть в тюрьму

Хабаровск — немаленький город, и, конечно, не все его жители поддерживают Фургала и протестующих. Но еще больше людей на митинги не ходят, но смельчаков поддерживают. «Я морально поддерживаю тех, кто правильно отстаивает свой выбор, но у меня нет возможности ходить из-за семьи и финансовых заморочек. Мне еще штрафа не хватало», — говорит мне один из местных жителей.

Встретить недовольных Фургалом сложнее, но на ловца и зверь бежит, поэтому сразу несколько таких людей заявились на вечерний будний митинг, пока там был я.

Например, с двумя юристами мы больше часа разговаривали о Фургале и Хабаровском крае. Они не считают, что, выбрав экс-губернатора, жители вытянули счастливый билетик.

«Когда пришел Фургал, краю настала жопа.

Тот же Комсомольск-на-Амуре при нем стал депрессивным городом. Если Шпорт его хоть как-то вытягивал, для чего была президентская программа, то при Фургале он просто сдох. Было классно ездить по Комсомольску на трамвае, но все рельсы пошли на завод «Амурсталь» в переплавку, и больше трамвая в Комсомольске нет (это, видимо, не совсем правда. Для жизнеобеспечения края он не сделал и не поменял вообще ничего, но у него была шикарная пиар-кампания. Он просто переплавлял металл, и некоторое время он шел на программах Шпорта, которому не простили, когда он Путину сказал, что у нас медики получают больше 80 тысяч», — рассказывает юрист А.

Про криминальную тему он говорит обтекаемо, но с намеком: «Мы много чего знаем, но не можем комментировать, хотя именно по этой причине не поддерживаем [протестное] движение. В 90-х годах Хабаровский край с бандитами был связан напрямую, у нас правил общак. [Фургал] защищал свой бизнес (который появился уже в 2000-х.— Ред.), а я не знаю человека, который тогда не был бы в какой-то группировке, у нас все было на это заточено: рамсы, семечки на корточках, угоны машин», — говорит юрист А.

Его более дипломатичный коллега Б. поправляет: «Сергей Иванович никакого отношения к уличной или общаковой преступности однозначно не имел, и на сегодняшний день он — очень уважаемый в Хабаровском крае гражданин. Он сделал для края очень много в угоду жителям края, его любили, поэтому хабаровчане выходят [на протест], потому что их лишили их выбора». У первого юриста другое мнение: «Люди выражают недовольство не потому, что Фургал арестован, а потому, что не понимают, что творится, почему не реализовывается программа развития Дальнего Востока, хотя о ней говорят».

Юристы не очень довольны, что я приехал писать про затянувшиеся хабаровские протесты, их самих больше беспокоит экономическое состояние региона, и на приезд Дегтярева в этом смысле они смотрят с надеждой. «Протесты идут из-за того, что цены катастрофические, а зарплаты — не московские. 50 процентов уехали, живут в Краснодарском крае, Калининграде, Подмосковье,

а мы все живем на чемоданах, и если кого что и держит, то кладбище», — говорит юрист А.

— Мало того что мы не развиваемся, и нам не поступают денежные средства, мы еще сами себя уничтожаем путем реализации якобы госпрограмм, из-за чего даже в период путины мы свежую рыбу видим только благодаря браконьерам, а это бред, — вставляет реплику юрист Б.

— Скажу сакральное: мы Дегтяреву рады по одной причине: вдруг федеральные деньги сюда придут. Надеемся, ведь он обещает, — говорит юрист А.

Владимир Чернышов

В другой вечер прямо из парадных дверей Белого дома пружинящей походкой к протестующим по лестнице сбегает невысокий мужчина в коротком пальто. В руках он держит две книги врио губернатора Дегтярева. Незваного гостя сразу же обступают и начинают с пристрастием допрашивать блогеры, которым он признается, что зовут его Владимир Чернышов и он состоит в Народном совете Дегтярева.

— Это не очень конструктивно, — комментирует он поступок нескольких членов Народного совета, именно в тот день объявивших о своем выходе из этой структуры из-за действий ОМОНа. — В Народный совет входят те, кто хочет добиться перемен к лучшему, а не поймать хайп, поскандалить и выйти. Я еще не решил, но я скорее против протестующих. Я не вижу рационального зерна в протесте, — сообщает Чернышов собравшимся у Белого дома двум десяткам человек.

— Как вы относитесь к тому, что на людей напал ОМОН, что всех избивали палками, а в автозак людей кидали без сознания? — Чернышова закидывают вопросами, ведь не так часто к протестующим приходит гонец из вражеского лагеря.

— По моей информации, ОМОН арестовывал только тех, кто выступал провокаторами, — отвечает Чернышов. Он заметно нервничает, но не уходит. Возможно, рассчитывает, что его выгонят, а то и побьют.

— У вас информация, а у нас есть прямой эфир! — отвечают блогеры.

— Я видел, как женщина лежала на асфальте вроде как без сознания, но потом поправляла на себе юбку, — подкидывает Чернышов дровишки в костер противоречий.

— Вы, молодой человек, похоже, такой же извращенец, как и все остальные, раз вас именно момент с юбкой интересует, — громко говорит Чернышову кто-то.

— Не стоит судить других по себе! — моментально находится с ответом Чернышов.

Журналисты пытаются убедить Чернышова, что у Приданниковой — черепно-мозговая травма, показывают Чернышову видеоролик с ее падением. Гость отвечает, что еще раз внимательно посмотрит все видео, и если ее, действительно, толкнули, то «это требует разбирательств». Упоминает в ходе спора Чернышов и про бутылку, летевшую в Белый дом, что протестующие яростно отрицают.

— Я вам просто как женщина скажу! Я дважды падала в жизни в обморок, и когда понимала, что сейчас упаду, то старалась упасть очень красиво. Вам мужчинам этого не понять, — объясняет Чернышову одна из журналисток.

— Я же не злорадствую, мне искренне жаль этих женщин. Да и всех людей, кого вовлекают в политические игры организаторы этих протестов, — отвечает гость митинга новым выпадом.

— Организатор тут Дегтярев, потому что он боится и не выходит к народу, — возражает Светлана, завсегдатай митингов, и неожиданно призывает собеседника определиться. — Выбирайте! Вы на стороне добра или зла? Если вы выберете добро, то будьте с народом, с теми, кто здесь стоит, а если выберете власти, то вас бесы заберут к себе.

— А почему вы считаете, что вы представляете светлую сторону? — отвечает вопросом на вопрос Чернышов.

— Потому что я за Фургала, а он чистый и светлый человек. Он и Дегтярев — это небо и земля!

Чернышов и Светлана еще долго препираются о личностях губернаторов, а потом последняя резюмирует: «Дегтярев сам марионетка, говорящая голова, но за ним еще есть кто-то».

— Речь о Путине? — уточняет Чернышов.

— Путин такой же! Речь о мировом правительстве, — неожиданно даже для меня выдает Светлана.

— Приехали, — с явным сарказмом говорит Чернышов и оборачивается ко мне. — Вы тоже думаете про мировое правительство?

Хотя на площади Чернышова не узнали, человек он в крае относительно, но известный: при губернаторе Шпорте (до 2015 года) был председателем комитета по печати и массовым коммуникациям Хабаровского края. Чего Чернышов не стыдится, потому что, мол, «сделал много полезных вещей».

Фургал, по словам бывшего чиновника, сейчас возглавляющего газету «Молодой дальневосточник XXI века», ему «не нравится». «У меня документы по участию Фургала в этих убийствах были до того, как он стал губернатором, поэтому у меня такая позиция.

Экономика в жопе, бюджет — в заднице, горизонты планирования сдвинулись.

Все истории с выбиванием инвестиционных проектов, переделом лесного комплекса, школьными обедами — чистейшей воды популизм. Вот и сиротам он обещал, что выдаст квартиры, но никому нихрена не выдал», — сообщает Чернышов.

К нам снова подходит Светлана и миролюбиво говорит Чернышову: «Молодец, что вы пришли сюда».

— Я просто не понимаю, чего можно этим добиться и как это соотносится с позицией Дегтярева, что чем больше будет тут протестов, тем меньше шансов на открытый суд и суд присяжных где бы то ни было, — отвечает он.

— Вы заблуждаетесь! Пока мы ходим, Фургал будет жив, — говорит Светлана.

— Вы мне книжки верните, — с беспокойством откликается Чернышов и рассказывает, что когда Дегтярев выходил к протестующим, то делал конструктивные предложения, но в ответ услышал только мат.

— Дегтярев — выскочка, гнида и ублюдок. Сколько он вам заплатил, что вы его защищаете? В баню ходите с ним париться? — забрасывает Чернышова вопросами еще одна подошедшая женщина. Спорить с ней бывший чиновник не хочет, а мне объясняет, что считает Дегтярева достаточно умным человеком: «Он мог бы быть весьма недурным главой региона. Не хуже, чем Фургал или [уважаемый в крае бывший губернатор Виктор] Ишаев. Посмотрим, как Дегтярев себя проявит».

Бывший глава комитета по печати говорит мне, что

на улицах Хабаровска, по его мнению, происходит хорошо организованная манипуляция сознанием и чувствами тех, кто уверен в непогрешимости и невиновности Фургала.

«Некие люди, связанные с Фургалом или «Открытой Россией», детально проработали план этих митингов еще весной этого года (арест Фургала, напомним, произошел в июле. — Ред.). Менеджерам «Открытой России» (они приезжали в Хабаровск в августе на несколько дней, но явно не занимались организацией протестов. — Ред.) очень удобно использовать эту ситуацию, чтобы получать дополнительные деньги у Михаила Борисовича», — говорит Чернышов, а в качестве доказательства приводит «четкость организации на шествии, когда через каждые 30 метров идут люди с мегафоном, задавая темп и лозунги».

— Как все-таки получилось, что митинги идут уже больше трех месяцев?— интересуюсь я напоследок.

— Первое время люди выходили, потому что переживали за судьбу, Фургала, но потом риторика кардинально изменилась, и люди входят, потому что так чувствуют, что на что-то влияют, что они нужны. Если бы напротив открыли театральный кружок, то они ходили бы туда.

— А по-моему, это история про становление гражданского общества, которую вы сейчас обесцениваете.

— Нет-нет, не обесцениваю, тут я согласен, что это образец становления гражданского общества. Но только это должно быть без агрессии и провокаций, — идет на попятную Чернышов и убегает греться.

ВЫ ТОЛЬКО ЧТО ПРОЧЛИ

Том VI. Противостоящие

Том VII. Гордые

Том VIII. Обязанные

Том IX. Целеустремленные

Вернуться в самое начало

Том I. Обвиняемые

Том II. Марширующие

Том III. Наблюдающий

Том IV. Несгибаемые

Том V. Освещающие