Ему бы все это разгрести

«Медуза» рассказывает историю главы Белгородской области Вячеслава Гладкова. Он всегда мечтал стать «образцовым губернатором» — но попал на войну

С самого начала российского вторжения в Украину Вячеслав Гладков регулярно попадает в новости — а в последние недели все чаще. Гладков возглавляет Белгородскую область — первый российский регион, в который пришла полномасштабная война. Именно он рассказывает о последствиях регулярных обстрелов и рейдов «украинских диверсантов» (как их называет российская пропаганда) на территорию РФ. Сам политик, однако, вовсе не стремился к такой известности — он мечтал стать «образцовым губернатором», которого по-настоящему любят местные жители. Вместо этого он получил открытый конфликт с Евгением Пригожиным и весьма специфический «интерес» со стороны Путина. Спецкор «Медузы» Андрей Перцев рассказывает историю Вячеслава Гладкова.

Новая Таволжанка — село на пять тысяч человек у самой границы с Украиной и одна из самых горячих точек войны за последние недели. Вечером 5 июня белгородские власти фактически признали, что временно потеряли над ним контроль: губернатор Вячеслав Гладков сообщил, что представители региональных властей «не могут войти» в село (не уточнив почему).

Накануне Новую Таволжанку захватили бойцы «Русского добровольческого корпуса» (РДК), воюющего в составе ВСУ. Почти сразу они пригласили Гладкова приехать в село — пообещав, что, если губернатор не испугается, ему передадут захваченных в плен россиян (в видео, распространенном корпусом, можно увидеть некоторых из них, их число неизвестно).

Гладков отреагировал быстро: «Увидел обращение подлецов, негодяев, убийц и фашистов, которые якобы хотят встречи со мной, предлагая разговор в обмен на пленных. Наши пацаны находятся в их руках. Скорее всего, они их убили. Но если они живые [предлагаю встречу] с 17 до 18 [часов на] МАПП „Шебекино“, гарантирую безопасность».

(МАПП «Шебекино» — это «многосторонний автомобильный пункт пропуска»; Новая Таволжанка находится всего в нескольких километрах от города Шебекино, который уже несколько недель находится под обстрелами.)

Встреча не состоялась. Позднее РДК опубликовал новые кадры с пленными, заявив, что теперь их передадут Киеву для обмена в обычном порядке. А белгородские власти 6 июня заявили, что на территории региона «противника нет», так и не рассказав, что именно произошло.

Источник «Медузы», близкий к Кремлю, утверждает, что сам Гладков якобы был готов поехать в Новую Таволжанку, но встречу с РДК ему не согласовала администрация президента России (АП): «[Общение с проукраинской стороной] не его уровень».

«Он хочет быть крутым. Хочет, чтобы его любили. Он не ссыт обстрелов, не ссыт выйти к людям. К РДК бы тоже пошел, я знаю», — добавляет другой собеседник «Медузы» — давний знакомый Гладкова, попросивший не упоминать его имя.

За последние недели Гладкову выдалось немало шансов показать свою «крутизну». Белгородскую область обстреливают несколько раз в день (только в мае власти отчитались о 130 обстрелах), «Русский добровольческий корпус» теперь появляется на территории региона регулярно. Губернатор эти события исправно комментирует и встречается с пострадавшими.

«Слава очень устал, но понимает, что ему никуда не деться: так распорядилась судьба… Ну и пусть это очень цинично звучит, карьерные возможности [появившиеся из-за войны] он тоже понимает», — говорит «Медузе» источник, близкий к Кремлю и общающийся с Гладковым.

Он отмечает, что в начале июня Гладков по телефону докладывал о ситуации в регионе лично Владимиру Путину — и губернатор считает это хорошим знаком, ведь люди, напрямую «связанные с войной», президенту сейчас особенно «интересны».

«Цветочный мэр» атомного города

Вячеслав Гладков родом из Пензенской области. Он родился в небольшом селе Кучки, окончил школу в закрытом атомном городе Заречном; отучившись в Санкт-Петербурге на экономиста, быстро вернулся на родину. В 2000 году 31-летний Гладков начал карьеру чиновника. Сначала стал заместителем начальника экономического отдела в администрации родного Заречного, затем возглавил этот отдел, а к 2009-му дослужился до должности сити-менеджера.

Несмотря на то, что формально главой города считался спикер местного совета депутатов, локальные СМИ называли мэром Заречного именно Гладкова. У него также появилось ласковое прозвище — «цветочный мэр» — за то, что он много внимания уделял благоустройству. Например, в 2012 году Гладков организовал среди жителей конкурс по озеленению дворов (он проводится до сих пор).

Сам Гладков описывал свою работу с помощью неловко сформулированного лозунга «Заречный — город за людей». «Цель работы администрации на ближайшее время — дойти до каждого горожанина и вовлечь его в совместную работу над важными социальными проектами, которые реализуются и будут реализовываться в Заречном. Нам важен каждый человек», — рассуждал он.

Управленческие решения при этом были вполне прогрессивными. Сити-менеджер запустил городской фонд для защиты бездомных животных и открыл для них пункт передержки. Он также добился, чтобы Заречный официально считался территорией «опережающего социально-экономического развития»: этот статус предполагает налоговые льготы для резидентов.

Кроме того, при Гладкове в 2012 году власти придумали называть Заречный «Городом Z» (идея, которая случайно предсказала будущее). Под аналогичным брендом запустили развлекательно-новостной сайт, подконтрольный муниципальной телекомпании.

Уже тогда амбиции чиновника простирались заметно дальше родного Заречного. В 2013 году по инициативе Гладкова в России появилась Ассоциация новаторских городов, куда, помимо Заречного, вошел еще один атомный город Обнинск, а потом и другие ЗАТО, где работают предприятия «Росатома». Гладков сам возглавил эту ассоциацию и курировал «обмен опытом» между руководителями «новаторских городов».

Благодаря активности сити-менеджера в Заречный начали регулярно приезжать чиновники и политики федерального уровня. По словам источника «Медузы», близкого к руководству «Росатома», частым гостем, например, был Александр Харичев — один из самых известных российских политтехнологов, давний соратник нынешнего замглавы администрации президента Сергея Кириенко; в начале 2010-х они вместе работали в «Росатоме», который тогда возглавлял Кириенко.

«Заречный действительно был в хорошем состоянии, его можно было приводить в пример другим городам. Ну и Слава, конечно, умел принять гостей — этого не отнять. С Харичевым они подружились. И Гладков понимал, зачем это делает — в расчете на дальнейшее движение по вертикали „Росатома“», — считает собеседник «Медузы».

Вскоре это «дальнейшее движение» началось — только явно не совсем так, как планировалось. В 2016 году Гладкову предложили стать вице-губернатором аннексированного Севастополя, чтобы решать там «чисто политические задачи». Повышением Гладков был обязан именно Харичеву — тот вскоре после этого перебрался в администрацию президента вслед за Кириенко.

В этот момент политическая ситуация в Крыму была накалена. После аннексии 2014 года Москва назначила губернатором Севастополя российского адмирала Сергея Меняйло, который стремительно вступил в конфликт с влиятельным спикером местного законодательного собрания Алексеем Чалым. Весной 2014-го Чалый участвовал в организации митинга, на котором собрались около 20 тысяч человек — они «потребовали» присоединить полуостров к России и объявили Чалого «народным мэром» города. Меняйло в этот момент занимался подготовкой к аннексии по другому направлению: создавал «отряды самообороны» и «координировал их взаимодействие с Черноморским флотом».

После аннексии Чалый ненадолго возглавил Севастополь уже как губернатор, но потом отказался от этого поста, избрался от «Единой России» в законодательное собрание и возглавил его. К этому моменту отношения Чалого и Меняйло уже испортились: Чалый был недоволен прохладным отношением Меняйло к «стратегическому плану развития Севастополя», обвинял губернатора в «чванливости и некомпетентности» и открыто добивался его отставки. Некоторые местные элиты предпочли ориентироваться на назначенного Кремлем Меняйло, но многие остались под влиянием Чалого.

В итоге Москва решила поменять Меняйло на «технократа без политического опыта» — сотрудника федерального Минпромторга Дмитрия Овсянникова, который до того занимал руководящие посты в разных оборонных предприятиях, входящих в структуру госкорпорации «Ростех». «Коммерсант» писал, что Овсянников, временно исполняющий обязанности главы региона, якобы сам попросил Харичева посоветовать ему заместителя, который поможет обеспечить нужные показатели на грядущих выборах губернатора и президента. Харичев предложил Гладкова.

Сам Гладков после назначения говорил, что в городе «сложная политическая обстановка» и «люди очень ждут, когда их жизнь изменится в лучшую сторону» после «присоединения к России».

При этом, как отмечает собеседник «Медузы», близкий к Гладкову, отношения губернатора и его заместителя сразу «не задались»: «Овсянников считал Гладкова навязанным, ссорился с ним, Гладков несколько раз писал заявление об уходе. С другой стороны, Овсянников боялся обидеть человека Кириенко, поэтому Гладкова уговаривали остаться».

Эти слова подтверждает источник «Медузы», близкий к Кремлю. По его оценке, главной причиной конфликта стали «личные особенности» чиновников: «Оба непростые, но Гладков нарцисс, очень себя любит. Любит создать интриги на пустом месте. Плюс он считал себя выше губернатора».

В Севастополе Гладков и правда вел себя как самостоятельный публичный политик. Например, пытался «общаться с народом», чтобы погасить локальные протесты. Активисты в ответ называли Гладкова, не имевшего до назначения никакой связи с Севастополем, «кочевым управленцем».

«Я не могу назвать себя кочевником, я приехал сюда не один. Как и все коллеги, приехал с семьями. Первое, что мы сделали, это повели своих детей в школы, повели в детские сады, в больницы повели. С точки зрения того, что назвать кочевниками, — не соглашусь с вами. Меня больше „пришельцем“ называли, мне очень понравилось», — возражал чиновник.

Несмотря на критику, «пришельцу» удалось решить главную из поставленных Кремлем задач. Дмитрий Овсянников получил на губернаторских выборах в 2017-м 71% голосов, Владимир Путин годом позже набрал 90,1%. Знакомый Гладкова в разговоре с «Медузой» поясняет, что чиновник добился этих показателей типичными для российской политики методами: помог «обеспечить» явку бюджетников и сотрудников предприятий, лояльных российским властям.

Вместе с тем один из политтехнологов, давно сотрудничающих с администрацией президента, отмечает — насколько существенным оказался вклад именно Гладкова в результаты выборов, неясно: «А что, „Единая Россия“ там [в Севастополе] не работала? Местный бизнес не работал? Избирком не работал?»

Как бы то ни было, исполнив свою миссию, Гладков в апреле 2018-го покинул должность. Однако еще до его ухода в городе разгорелся очередной конфликт. Алексей Чалый — к тому моменту уже покинувший пост спикера, но остающийся депутатом — начал открыто требовать отставки Овсянникова и обвинять его в коррупции. По словам собеседников «Медузы», Чалый хотел, как и раньше, серьезно влиять на городскую политику, но Овсянников (как когда-то и Меняйло) уже не собирался делить с ним власть.

Чалый даже попытался провести референдум об отставке губернатора (правда, безуспешно) и на выборы 2019 года в местный парламент шел с предельно простой программой — в случае победы он обещал «убрать» с должности Овсянникова. До этого не дошло, угрозы подействовали: Овсянников покинул пост, а Чалый взамен снял с выборов свою кандидатуру.

Дальнейшая судьба Овсянникова сложилась весьма необычно: сперва он вернулся на работу в Минпромторг — затем вовсе уехал из России и даже добился снятия западных санкций, наложенных на него за работу в Севастополе (на Гладкова санкции наложили уже после начала вторжения).

Гладков же продолжил пробираться вверх по «вертикали власти». По словам источников «Медузы», знакомых с чиновником, после работы в Севастополе он надеялся сразу получить губернаторский пост. Однако его отправили «пересиживать» на должности зампредседателя правительства Ставропольского края (правительством руководит губернатор). Источник «Медузы», работавший в этом регионе, говорит, что глава края Владимир Владимиров хотел видеть на этом посту «своего человека», а Гладкова не знал вовсе; но Харичев вновь настоял на кандидатуре своего протеже.

При этом один из чиновников, работавших на Ставрополье в те годы (Гладков работал там с лета 2018-го по осень 2020-го), в разговоре с «Медузой» подчеркивает, что особенно важных задач у вице-губернатора там не было: «Проблем с выборами никаких. Отношения [с жителями] у губернатора были, может, непростыми, но выстроенными».

Поэтому Гладков занялся смежными делами. Среди прочего он организовал запуск нового телеканала, подконтрольного местной администрации, и запустил «Южный клуб политологов», в рамках которого обсуждать актуальную повестку собирались провластные политтехнологи и эксперты: «Все формально для губернатора и под губернатора. Владимирова хвалили — за его счет был банкет. Но хвалили и Гладкова».

Собеседники «Медузы», знакомые с чиновником, считают, что, работая в Крыму и на Ставрополье, Гладков не отказывался от мечты возглавить Пензенскую область, где он родился и вырос. Более того, источник, близкий к правительству Ставропольского края, добавляет, что чиновник открыто говорил коллегам, что «все решено» и скоро он «поедет домой» в Пензу.

Тем не менее жизнь опять распорядилась иначе. Гладков получил пост временно исполняющего обязанности губернатора Белгородской области. В 2020 году «кочевой управленец» сменил там Евгения Савченко — одного из российских губернаторов-долгожителей; Савченко руководил регионом последние 30 лет, а теперь перешел на должность сенатора.

Все значимые посты в администрации, законодательном собрании и муниципалитетах занимали «люди Савченко». С ним же было аффилировано руководство большинства крупных аграрных компаний региона (доля этого сектора в экономике региона составляет 30%). Близкий к Кремлю источник «Медузы» так описывает ситуацию, сложившуюся в области после назначения Гладкова: «Контроль над регионом частично остался в руках Савченко. Он даже не отдал губернаторский кабинет Гладкову, оставил его себе. Гладков сидит в одном месте, а элиты идут решать вопросы в привычный кабинет».

«Он понимает, что надо начальству»

В Белгородской области Гладков принялся строить образ «народного губернатора»: выкладывал видео с утренних пробежек, проводил прямые эфиры в соцсетях, подолгу отвечал на вопросы местных жителей. Подключил к собственному продвижению он и технологов, сотрудничавших с его «Южным клубом» на Ставрополье, которые теперь регулярно писали о планах Гладкова создать в Белгороде местный аналог образовательного центра «Сириус» и даже «кинокластер».

«Его курировал лично Харичев. Отсюда такое рвение политологов и технологов. Это такой оброк — надо помочь ставленнику [Харичева]. Хотя помощь, конечно, странная — соцсети политологов из Москвы в Белгородской области читают единицы», — иронизирует источник «Медузы», близкий к руководству федеральной «Единой России».

Этим пиар-активность не ограничилась. Близкий к Кремлю собеседник «Медузы» отмечает, что вслед за Гладковым в Белгород переехали близкие к нему пиарщики и медиаменеджеры. Белгородский журналист, пообщавшийся с «Медузой» на условиях анонимности, подтверждает эти слова — и подчеркивает, что «ставропольский десант» получил значимые посты в областной администрации и местных медиа, которые занялись активным продвижением Гладкова.

На выборах губернатора в 2021 году Гладков победил с легкостью — получив 78,1%. «Уставшим от Савченко жителям региона он реально зашел — моложе, сверхактивный», — уверен собеседник «Медузы», близкий к самому губернатору. При этом близкий к АП источник оценивает итоги тех выборов со скепсисом. По его словам, Кремль помог Гладкову договориться с «людьми Савченко», которые в свою очередь «обеспечили» нужные результаты голосования в разных точках региона: «А где-то в урны и „добавили“ для красивой цифры».

Один из знакомых Гладкова в разговоре с «Медузой» заявляет: глава Белгородской области и правда хотел «сделать жизнь региона лучше» — например, привлечь туда новых инвесторов.

Впрочем, источник тут же оговаривается, что занимался этим Гладков «ради повышения известности и популярности». Четыре собеседника «Медузы», знакомых с губернатором, описывают его как «технократа-карьериста» и человека, «который понимает, что надо начальству, и умеет нравиться». Один из собеседников добавляет: «Особых убеждений у него нет. [В этом плане] обычный чиновник».

В Белгородской области у Гладкова появилась новая мечта — стать «образцовым российским губернатором». Но и это устремление ни к чему не привело. По словам источников «Медузы», близких к Кремлю, еще до начала российского вторжения Гладков, желающий замкнуть всю власть в регионе на себя, начал конфликтовать с прежними белгородскими элитами. А война поставила крест вообще на всех планах Гладкова.

Приграничный регион почти сразу начали обстреливать. К лету 2023-го ситуация приблизилась к критической.

На восстановление города Шебекино (расположен по соседству с Новой Таволжанкой), обстрелы которого не прекращаются уже несколько недель, требуется порядка 13 миллиардов рублей. Если даже вообразить ситуацию, что власти смогут начать строительные работы, в областном бюджете таких денег нет. К тому же регион уже потратил 10 миллиардов на систему приграничных укреплений — «засечную черту», по формулировке Гладкова. Связанные с основателем ЧВК Вагнера Евгением Пригожиным СМИ называли ее «линией Вагнера», а белгородские медиа писали, что ее строительством занимаются «представители Пригожина».

Евгений Пригожин стал еще одной головной болью Вячеслава Гладкова. Например, бизнесмен публично высказался по поводу «засечной черты» — выразив неудовольствие тем, что власти скрывают, кто именно ее строил (впрочем, от атак «Русского добровольческого корпуса» «линия Вагнера» в любом случае Белгородскую область не защитила).

Кроме того, Пригожин открыто раскритиковал систему подготовку участников теробороны Белгородской области: по мнению основателя ЧВК, чиновники просто «пилили на ней бабло».

«Что касается конкретно Белгородской области — людей никто нормально не обучает, организации нет никакой. Что касается обучения — это полная, тотальная чушь. Один из моих сотрудников из Белгородской области, Герой России, занимает руководящую должность в ЧВК, посетил один из обучающих центров. Он увидел, что там нет никакой дисциплины, обучение проводится три часа в день, попивают чай и другие напитки», — указал на безответственность областных властей Пригожин.

Последовали и прямые оскорбления. Пригожин назвал Гладкова «гаденышем» и «малообразованным, плохо подготовленным и трусливым губернатором» — за то, что тот не пошел на встречу с РДК.

Два собеседника «Медузы», близких к АП, считают, что Пригожин, публично унижающий Гладкова, пытается расширить влияние в приграничных регионах России. Например, рассчитывает, что его ЧВК сможет получить под свой контроль и подготовку теробороны, и бюджеты на нее: «Так скажем, встать над губернаторами — раз есть военная угроза».

При этом источники, связанные к Кремлем, сомневаются, что Пригожину это удастся — особенно на фоне напряженных отношений создателя ЧВК с официальной «вертикалью власти».

Но и будущее самого Гладкова собеседникам «Медузы», близким к Кремлю, кажется туманным. Они признают, что узнаваемость и значимость губернатора на фоне войны действительно выросли — ведь Белгородская область находится в «фокусе внимания Путина», который якобы «понимает, что в обстрелах виноват не губернатор, а граница, подведомственная федеральным службам [ФСБ и армии]». На этом фоне Гладков теоретически мог бы в будущем претендовать на более значимый пост.

С другой стороны, указывают источники, в случае дальнейшего ухудшения ситуации в приграничном регионе возникнет соблазн «списать неудачи» на Гладкова: «Могут назначить виновным в провале обороны и снять. Силовики могут продавить [этот вариант]».

Знакомые Гладкова, поговорившие с «Медузой», полагают, что губернатор надеется, что его усилия оценят в Кремле, хотя реальных планов на будущее у него на этот раз нет: «Ему бы сейчас все это разгрести».

Вячеслав Гладков на вопросы «Медузы» на момент публикации этого материала не ответил.

Андрей Перцев