Original Material
Я продаю свои нюдсы
35-летняя Алиса (имя изменено) из Москвы по будням работает в офисе, а по выходным снимается обнаженной и продает свои фотографии на «Бусти» — сервисе, который позволяет продавать подписчикам контент. За два года она сумела накопить около миллиона рублей на протезирование зубов для своей мамы. Когда она рассказывает в соцсетях о том, что делает, ее критикуют: называют «бусти-шлюхой», которая просто прикрывается благородными целями. Алиса рассказала «Холоду» о том, как на ее жизнь повлияло решение зарабатывать именно эротикой — и как на это реагируют ее мама и коллеги.
Меня называют «бусти-шлюхой», а я накопила маме на зубные протезы
Помогите «Холоду» рассказывать человеческие истории
Мы ставим в центр своей журналистики человека и рассказываем о людях, которые сталкиваются с несправедливостью, но не теряют духа и продолжают бороться за свои права и свободы. Чтобы и дальше освещать человеческие истории, нам нужна поддержка читателей — благодаря вашим пожертвованиям мы продолжаем работать, несмотря на давление государства.
- Зарубежная карта
- Карта РФ ↘︎
- Patreon ↘︎
- Перевод
- Крипта
-
Ежемесячно
-
Разово
-
5 €
- 10 €
- 20 €
-
30 €
-
5 €
- 10 €
- 20 €
- Другая
- Банк РФ
- Зарубежный банк
Номер карты:
5536 9138 6472 8742
Скопировано!
Получатель:
Taisiya Bekbulatova
Скопировано!
Получатель:
Projektas Šaltis
Скопировано!
Номер счёта:
LT613500010016198323
Скопировано!
SWIFT BIC:
EVIULT2VXXX
Скопировано!
Банк:
Lietuvos Bankas (Bank of Lithuania)
Скопировано!
Комментарий-назанчение платежа:
Parama įstatymų numatytais tikslais (be konkretaus tikslo)
Скопировано!
Просим вас указывать комментарий, чтобы мы могли точно определять поступление средств. Фраза переводится так: «Поддержка в уставных целях (без конкретной цели)».
Сумма: €
Пожертвовать
Совершая пожертвование, вы принимаете политику конфиденциальности
«Ретуширую фотографии — мама подойдет, в макушку чмокнет»
Два с половиной года назад я развелась с мужем. Мы жили в моей квартире в Москве — ее мне на свадьбу подарил отец, — но обстановку покупали вместе. И когда мы разводились, бывший муж попросил меня отдать ему деньги за мебель и технику. Я должна была выплатить ему примерно 200 тысяч рублей.
Сумма, с одной стороны, небольшая, но на тот момент я работала на низкой офисной позиции и в месяц получала 40 тысяч рублей. Не представляю, сколько бы мне пришлось копить. А затягивать не хотелось: я мечтала все побыстрее закончить, чтобы вздохнуть с облегчением, ощутить, что я с этим человеком больше не связана, ничего ему не должна и могу жить своей жизнью.
К тому моменту я уже несколько лет занималась косплеем, но особо на этом не зарабатывала, просто выкладывала свои фотографии, иногда в белье, в тематические группы во «ВКонтакте». У меня даже была небольшая фан-база.
Мои месячные пытались меня убить Мне пришлось делать переливание крови. Врачи не знают, что со мной Общество13 минут чтения
Я жила в одной квартире с мамой-пенсионеркой: перевезла ее к себе, еще когда была замужем, и какое-то время мы жили втроем, а после развода остались вдвоем. У нас с мамой всегда были дружеские отношения, я никогда от нее не скрывала, что происходит в моей жизни. И однажды, когда мы сидели на кухне, я сказала ей, что хочу попробовать поснимать более горячий эротический контент. Мол, хочу проверить, может быть, это принесет какие-то деньги, поможет побыстрее накопить на раздел имущества. Я, честно говоря, не спрашивала разрешения, я просто сказала между делом: «Мам, вот я хочу попробовать». Она отреагировала спокойно: «Ну, ты взрослый человек, решай сама».
Я могла бы попросить эти деньги у отца, но не хотелось. Они с моей уже мамой много лет не вместе, у него другая семья. Он подарил мне квартиру — большего и просить нельзя. К тому же он, как человек патриархальных взглядов, был не в восторге от того, что я развожусь.
Так что я завела «Бусти» и начала снимать эротический контент дома на мобильный телефон. Снимала в своей комнате — у нас с мамой они отдельные. Я ее предупреждала: «Мам, сегодня я снимаюсь, так что на несколько часов в комнате закрываюсь». Она меня никогда не тревожила.
Она видела мои фотографии. Конечно, если бы я снимала порно, то не очень хотела бы его показывать маме. А так — просто красивые снимки. Я же их, в конце концов, дома обрабатываю — и временами показываю ей, что получается. Иногда сижу, ретуширую фотографии, мама подойдет, в макушку чмокнет, спросит, не хочу ли я чаю попить.
Поскольку первые месяцы я не тратилась на аренду фотостудии, доход у меня получался хороший. Деньги, которые нужно было отдать бывшему мужу, я накопила быстро — месяца за четыре.
Так я поняла, что зарабатывать получается неплохо, и весной 2023 года решила накопить еще и на ремонт в квартире. Но быстро поняла: к черту этот ремонт, это не так важно, лучше я сделаю зубы маме.
Я переехал в США и открыл ресторан русской кухни Американцы оказались совсем не близки мне по духу, наши — лучше. Но пельмени нравятся всем Общество11 минут чтения
У нее к тому моменту уже лет пять были серьезные проблемы: не хватает многих зубов сверху, она может жевать только передними, ей сложно есть. Мы заказали ей недорогую вставную челюсть. Но такая челюсть — это больше про эстетику, чтобы выйти куда-то, не стесняясь отсутствия зубов. А жевать с ее помощью неудобно: она хрупкая.
Так что маме нужно было полностью протезировать верхнюю челюсть и частично нижнюю. Это тяжелая операция, она проходит под наркозом, на нее нужно здоровье, и откладывать ее на несколько лет было не очень хорошей идеей. И, конечно, это дорого: с моей обычной зарплаты накопить на эту операцию невозможно. Так что я уговорила маму начать процесс, мы выбрали клинику — и я начала копить.
«Публике заходят обычные образы: “Я в пижаме”, “Я в белье”»
Мне быстро надоело снимать контент дома — это очень однообразно, — и я стала устраивать себе студийные съемки.
Я пишу контент-план, думаю о том, что зайдет публике. Мне самой больше всего интересны образы, связанные с косплеем. Но публике больше заходят самые обычные образы: «Я в пижаме», «Я в белье», образ коллеги из соседнего офиса. Часто говорят, что мне бы пошел образ госпожи, домины — но самой мне он не очень близок.
Хотите рассказать свою историю «Холоду»? Напишите нам!
В месяц я обычно делаю две съемки: одну — какую-то косплейную, вторую — в простом, casual образе. У меня есть табличка с расписанием. Я вношу туда, что нужно докупить к какой съемке, кидаю себе ссылку на студию, которую нужно забронировать. Вижу классную шмотку, мне приходит в голову идея съемки в ней, покупаю ее и вношу новую строчку в свою табличку.
Недавно я осознала, что контент-план у меня расписан на два года вперед: настолько сильно я вложилась и закупила всевозможного белья, костюмов и аксессуаров, юбочек, топиков и лифчиков.
Пропущенный вызов Похищенная девушка смогла выкрасть телефон и позвонить в полицию. Но ее это не спасло
Криминал8 минут чтения
Зарабатываю я в разные месяцы по-разному. Иногда чистая прибыль — тысяч 20–30, иногда — 50–60. В первый год выходило больше, потому что я не тратилась на студии. Сейчас и расходы больше, и продажи хуже. Нужно искать новые каналы, привлекать трафик, а я в этом полный ноль, и менеджера у меня нет: я не в состоянии оплачивать его работу.
Сейчас меня в плане прибыли вытягивает закрытый платный телеграм-канал, куда я просто через день скидываю какие-нибудь фоточки. На него нет никаких затрат: куда-то собралась — сделала фото в зеркале, пошла на работу — сделала фото на работе, вечером дома сняла кружочек. Ребятам нравится, они подписываются.
«Материальное благополучие важнее, чем белое пальто»
Съемками, обработкой фотографий, планированием я занимаюсь по выходным — вечерами по будням я слишком измучена после работы. Сейчас я клиентский менеджер в небольшой компании, которая специализируется на оформлении документов. Принимаю запросы от клиентов, обрабатываю, сопровождаю их. Обычная работа со средней зарплатой по Москве.
Дважды во время работы я столкнулась со своими подписчиками. Когда это произошло впервые, я здорово испугалась. Я общалась по работе с человеком, и в какой-то момент осознала, кто это — и после сутки не могла уснуть, мне было страшно. Я сама до конца не понимаю, чего испугалась. Думаю, я просто не ожидала, что среди моего делового круга может оказаться кто-то, кто на меня подписан, кто знает обо мне больше, чем другие. Вроде бы мы общаемся по работе — а оказывается, он уже видел меня обнаженной.
Было тревожно, но я приняла этот факт, смирилась, выдохнула, похохотала немножко. Какое-то время я не говорила ему, что поняла, что он мой подписчик, а спустя несколько месяцев не выдержала и развеяла дымку неизвестности. И мы стали общаться уже в более дружеском ключе. Он оказался классным парнем. Мы даже несколько раз в бар вместе сходили, обсуждали и наши проблемы на работе, и мои фотографии.
Что же за парни такие пошли? Как женщин травят за слив интимных фото и как это пережить Общество14 минут чтения
А недавно я ездила в одну партнерскую компанию поздравлять сотрудников с 23 февраля и 8 марта. И выяснилось, что один из сотрудников этой партнерской компании узнал меня. Он меня проводил до выхода из здания и по пути сказал об этом. Мы посмеялись, поболтали, пожелали друг другу хорошего дня.
У меня нет боязни, что люди, осознав, что я продаю эро-контент, перестанут воспринимать меня как человека и профессионала и начнут воспринимать просто как тело. Если честно, мне все равно. Неловкости я тоже не испытываю — ну а чего стесняться? Я уже решилась на этот шаг, и строить из себя милашку-стесняшку смысла нет.
Я исхожу из того, что красота и молодость не вечны, и, если они дают возможность заработать — почему нет? Надо крутиться. Материальное благополучие важнее, чем белое пальто, которое пытаются надевать люди.
«Я до сих пор не понимаю, в чем моя ценность»
В твиттере девушек, которые продают эро-контент, — меня в том числе, — называют «бусти-шлюхами». Пишут, что всегда можно заработать по-другому. А я бы и хотела иметь любимую и высокооплачиваемую работу. Но чтобы иметь такую работу, человек должен быть в чем-то хорош, чем-то ценен. А я, честно говоря, не понимаю до сих пор, в чем могу быть хороша и в чем моя ценность.
Мне кажется, найти деятельность, которая тебя очень сильно мотивирует и которой тебе хочется заниматься постоянно — это большое везение. После школы я отучилась на юриста. Я росла в патриархальной семье, мой папа мусульманин. Меня поставили перед фактом: или ты будешь юристом, или медиком. Я решила: лучше я буду плохим юристом, чем плохим врачом — не было уверенности, что из меня получится хороший специалист.
Редкие фото царской семьи Родоначальник документального кино был личным фотографом Николая II. Долгое время эти кадры оставались скрытыми от публики Общество7 минут чтения
Учиться мне было совершенно не интересно. Первые полгода после выпуска из университета в начале 2010-х годов я проработала секретарем в суде. Это были жуткие полгода: приезжала к семи утра, уезжала часов в 10 вечера, зарплата — 10 тысяч рублей. Потом поработала юристом в турфирме, оттуда перешла в охранную фирму. Уволилась с истерикой и нервным тиком, поняла, что и специалист из меня никакой, и с юристами я больше работать не хочу, потому что я этих людей просто не вывожу: они казались мне очень эмоциональными и агрессивными людьми, а я в тот момент тоже была вспыльчивой, на агрессию реагировала агрессией — поэтому мне хотелось в другое место.
Тогда я оказалась в депрессивном состоянии: просто целыми днями лежала и смотрела в одну точку. Но постепенно выкарабкалась, устроилась продавцом в магазин одежды, но на этой позиции было грустно сидеть целыми днями и ничего не делать. Так я и попала в ту компанию, где работаю по сей день. Мне повезло, что каких-то специфических навыков там не требовалось.
Несколько лет назад я думала о том, чтобы пойти в айти: пробовала учиться на бэкенд-разработчика, проходила бесплатные курсы, но поняла, что это очень нудно и скучно, и я этим заниматься просто не хочу. Мне нужно творчество, что-то шумное и интересное, хочется чего-то связанного с красками и с эмоциями.
Эти эмоции мне приносит косплей. Где-то в 2015 году я впервые попала на фестиваль «Игромир» и осталась в полном восторге, а в 2018 году начала сама создавать косплей-образы и делать съемки.
Самое приятное в косплее — это подготовка: выбрать персонажа, примерить его на себя, скорректировать образ, подобрать макияж, придумать, что будешь с этим персонажем дальше делать, где и как снимать. В этом главный кайф.
Я переехала в Австрию, и мне все нравится Зарплаты врачей в Европе и России невозможно сравнить, а условия жизни тут прекрасные. Мы очень довольны Общество7 минут чтения
Впервые в жизни у меня появилась надежда зарабатывать тем, что приносит мне удовольствие, три года назад. Это произошло, когда я ушла с работы, чтобы обучиться вигмейкерству — укладке париков для косплея. Это сложно, есть много разных техник: с каким клеем работать, какие материалы использовать, чтобы вес парика был небольшой, как центр тяжести правильно переносить. Заработать этим можно не очень много — не больше, чем я зарабатывала тогда в офисе, — но это то, чем я наслаждалась, даже когда у меня не получалось. Но началась «СВО», стало непонятно, что будет дальше, и я решила, что лучше бросить обучение укладке париков и вернуться на свою офисную работу с гарантированным доходом.
Продажа фотографий на «Бусти», которой я занимаюсь сейчас, — это тоже творчество, хотя обычный эротический контент и не приносит мне таких же ярких эмоций, как косплей. Если бы была возможность, то я бы занималась фултайм только этим — но, как и косплей, это приносит недостаточно денег, чтобы отказаться от основной работы.
Мужчина терроризировал люксовый бренд ради денег Им оказался известный фотограф, снимавший войну в Украине. Он отправлял бомбы сотрудникам компании и требовал выкуп Мир5 минут чтения
Сейчас — с офисной работой и съемками по выходным — я столкнулась с тем, что у меня просто нет времени и эмоциональных ресурсов порефлексировать и поанализировать, куда податься, на кого выучиться.
Не ощущать своей ценности, не знать, в чем я хороша, — немного обидно. Здорово, когда люди себя находят, становятся крутыми специалистами. Мне бы тоже этого хотелось. Но я не отчаиваюсь, думаю, что просто еще не нашла дело, которое может занять достойное место в моей жизни.
«Эксплуатирую созданную патриархатом несправедливость»
Я согласна с критиками, которые говорят, что ничего общественно полезного моя работа — продажа эротического контента — не производит. Но если бы все люди в России работали исключительно на общественно полезной работе, то, наверное, на наш мир сошли бы ангелы.
Я воспринимаю свою работу как полезную конкретно для меня. Это способ заработка, который мне оказался доступнее всего в тот момент, когда он был нужен: был легкий порог вхождения в индустрию, была база, я совершила экономически обоснованный выбор.
Я потратила минимальные усилия на то, чтобы получить максимальную выгоду. Вот и все.
О том, что я вношу своей работой вклад в объективацию женщин, я тоже думала. Эро-контент зиждется на этой объективации, к сожалению. Но я не могу одна изменить всю систему. Однажды я перестала покупать косметику бренда, который тестировал свою продукцию на животных. Перестал ли этот бренд из-за моего бойкота это делать? Стоя на такой позиции, к сожалению, можно отказаться от многих вещей в жизни и просто потерять уровень комфорта, а по сути ничего не изменить. Отказы должны быть массовыми.
Если бы я приняла решение не делать этого — все, чего я добилась бы, это чувства внутреннего удовлетворения. Но гораздо большее удовлетворение я все-таки получаю от того, что решаю свои материальные проблемы.
Я не отрицаю, что эксплуатирую созданную патриархатом несправедливость. Но если есть возможность эксплуатировать ее, то я не стану от нее отказываться.
«И вдруг я стала плакать»
Откладывать деньги на операцию маме я начала два года назад. Конечно, я тратила заработанное на «Бусти» и на другое: однажды хотелось в Питер съездить в отпуск, еще один раз у нас стиральная машинка сломалась, потом к врачу срочно идти пришлось. Эти деньги меня выручали много раз.
Долгое время мы с мамой не знали точную стоимость операции. Большая часть расходов — это костная пластика: когда не хватает собственной кости для имплантирования, ее наращивают, и только это стоит около 450 тысяч рублей.
Я поставила черный протез глаза Меня много хейтят, но я чувствую себя счастливой, потому что больше не стараюсь казаться «обычной» Общество11 минут чтения
Мы ждали ответа от клиники, во сколько обойдется протезирование нижней челюсти. Я думала, что на нижние зубы нужно будет по меньшей мере еще 300 тысяч. Я очень переживала, что мои доходы от продаж падают и неизвестно, как долго я буду эту сумму копить. А я, честно говоря, просто устала. У меня в месяц всего один-два свободных выходных, когда я могу полежать, посмотреть сериалы. А в остальные выходные я только и занимаюсь тем, что или снимаю, или обрабатываю.
И недавно мама наконец-то узнала цену. Получилось, что целиком на всю операцию нужно около миллиона рублей. И я поняла, что эти деньги у меня уже есть. Я тут же написала своему другу сообщение о том, что закончила копить. Параллельно в тот момент я разговаривала о рабочих делах со своей коллегой, которая сидела рядом. И вдруг я стала плакать. Коллега не поняла, что происходит. Подбежала еще одна сотрудница.
Тут у меня уже просто начался вой. Прорвало очень сильно.
На работе все были в курсе, что я продаю эро-контент: компания у нас маленькая, коллектив в основном женский, никто меня никогда не осуждал, и, если даже кому-то не нравилось, чем я занимаюсь, они никогда этого не выражали. Так что я объяснила коллегам, почему расплакалась. Все стали меня обнимать, поздравлять. Говорили, что я молодец, что сделала хорошее и полезное дело. Через несколько минут я пришла в себя, выдохнула. Камень с души свалился: у меня получилось. Все было не зря. Я смогла помочь близкому человеку.
Недавно маме сделали костную пластику — это первый этап протезирования. Сейчас идет процесс заживления, и скоро должен быть следующий этап.
Прекращать продавать эротический контент я не собираюсь: есть и другие нужды, на которые я хочу накопить денег, например, новый компьютер. К тому же, у меня закуплено костюмов и белья на два года вперед, и я не хочу, чтобы эти вложения пропали. Но теперь, поскольку уже нет острой необходимости добиваться высокой маржинальности, я смогу себе позволить делать более качественные профессиональные съемки, смогу делегировать обработку фотографий. Это даст мне больше свободного времени, чтобы заниматься косплеем — тем, что приносит мне удовольствие.
Легенда андеграунда и человек-мем Умер Паша Техник. Кто он такой и при чем здесь «Ксанакс»? Интернет и мемы16 минут чтения
Мама отреагировала на новость о том, что я накопила нужную сумму, не так бурно, как я. Она постоянно говорит, как ей жаль, что я трачу заработанное на нее, а не на себя. Говорит, что ей неудобно, что я ради нее работаю по выходным.
Ни с кем из своего окружения мама не обсуждает, чем я занимаюсь. Я прекрасно понимаю, что большинство людей, особенно старшего возраста, никогда не воспримет это как достойный способ заработка.
Главное, о чем я переживаю — чтобы об этом не узнал мой папа. Он не очень ортодоксальный мусульманин, гораздо современнее многих, но тем не менее я, например, никогда не говорила ему, что у меня есть татуировки, потому что знаю, что он этого не одобрит. Если он узнает, как я зарабатываю, то общаться со мной перестанет. У меня нет с ним особо близких отношений, но тем не менее, мне бы не хотелось, чтобы мы их разорвали совсем.
Чтобы не пропускать главные материалы «Холода», подпишитесь на наши социальные сети!
«Холоду» нужна ваша помощь, чтобы работать дальше
Мы продолжаем работать, сопротивляясь запретам и репрессиям, чтобы сохранить независимую журналистику для России будущего. Как мы это делаем? Благодаря поддержке тысяч неравнодушных людей.
О чем мы мечтаем?
О простом и одновременно сложном — возможности работать дальше. Жизнь много раз поменяется до неузнаваемости, но мы, редакция «Холода», хотим оставаться рядом с вами, нашими читателями.
Поддержите «Холод» сегодня, чтобы мы продолжили делать то, что у нас получается лучше всего — быть независимым медиа. Спасибо!
Автор:редакция «Холода» Фото:предоставлены Алисой