«Не время для героев»: как Кремль делает вид, что выращивает новых лидеров из ветеранов, но боится действительно популярных военных

Имидж, ораторское искусство и умение работать с журналистами — окопных военных учат быть чиновниками

Официальная пропаганда убеждает: участники войны в Украине становятся «новой элитой». Их выводят в публичную политику, проводят через конкурсы управленцев, массово избирают в местные советы. Но на деле это скорее кадровая воронка для самых послушных, а не лифт для сильных и самостоятельных. Технологи программы «Времени героев» имеют установку выбирать максимально нейтральных и несамостоятельных военных — и главное, без ореола настоящей армейской славы. Источники «Вёрстки» говорят: в Кремле на самом деле боятся популярных военачальников, которые могут по возвращении с фронта повернуться против президента.

Чтобы не пропустить новые тексты «Вёрстки», подписывайтесь на наш телеграм-канал

Политики-ноунеймы

Кадровую программу «Время героев» запустили в администрации президента по аналогии с «Лидерами России», но для участников войны её подают как социальный лифт для ветеранов. По замыслу создателей, программа работает на несколько задач сразу. Прежде всего, она должна поощрять военных, но ещё — отсекать фигуры, способные конвертировать фронтовую репутацию в самостоятельный политический капитал. Поэтому во «Время героев» попадают люди, которые для Кремля заведомо неопасны.

«Это должны быть максимально обычные, не очень амбициозные люди: на серьёзные политические амбиции и лояльность мы даже проверяем в тестах, — рассказал „Вёрстке“ сотрудник программы. — Конечно, без маньячных наклонностей и судимостей, чтобы не говорили, что таких демонстративно продвигают. Но в целом такие спокойные русские мужики».

Собеседник «Вёрстки» обращает внимание: когда победителей и кандидатов пиарят, «подвиг максимально размывается». «Ты говоришь, что наши ребята освободили, завоевали, уничтожили столько-то танков. Но ни про кого нельзя говорить, как сильно его любят подчинённые, что конкретно он сделал, почему его уважают. Всё общими словами, без конкретики. „Боевое братство“ и „командир как отец“, вот эти паттерны — строгое табу».

В прошлом в России были военные, которые имели реальный политический вес. Пример — генерал Александр Лебедь. Он даже баллотировался в президенты в 1996 году, набрав более 14%. Или командующий во время Чеченской войны Лев Рохлин — его «Движение в поддержку армии» было популярно, а убийство генерала в 1998 году до сих пор вызывает вопросы.

Сейчас, пожалуй, самый популярный военный среди постсоветских стран — бывший главнокомандующий войсками Украины. «Понятно, что после [марша на Москву подразделений ЧВК „Вагнер“ Евгения] Пригожина установки стали жёстче. Тем более и у украинцев есть свой Залужный — аналогичная история», — объясняет сотрудник «Времени героев». Отставку экс-главкома ВСУ Валерия Залужного многие объясняли именно тем, что он имеет рейтинги выше, чем у Владимира Зеленского.

Потому «новая элита» России не имеет ярких имён и лиц. «Останови человека на улице — спроси его имена „героев войны“. Вряд ли он назовёт хоть одно. Улицы городов завешены билбордами с именами, но ни про кого мы ничего не знаем. Люди глядят на них и не знают даже, живые они или мёртвые, — сетует политтехнолог. — В Великую Отечественную газета „Правда“ писала о Покрышкине, о Гастелло, о Маресьеве. А сейчас — это как бы масса, ноунеймы. Мы делаем „Время героев“, но на самом деле не время сейчас для героев-то».

Среди немногих известных исключений — уральский полпред президента Артём Жога, он не только сам участвовал в войне, но и потерял на ней сына. При этом деятельность Жоги известна как чисто номинальная — да и сама должность полпреда в принципе не имеет административного и бюджетного ресурса.

Ещё одно громкое назначение участника «СВО», Евгения Первышова, на губернаторский пост, — лишь на первый взгляд кажется исключением. Первышова вряд ли можно назвать обычным мобилизованным — он опытный чиновник, экс-мэр Краснодара, работал в Минстрое, был депутатом Госдумы. Служил Первышов в добровольческом формировании БАРС «Каскад» (сейчас «Гром Каскад») — исследователи называют его подразделением для элит, где службу проходили безопасно и вдали от фронта.

Вчера сидел в окопах, а сегодня говорят — «ты политик»

В основном военных ждут на невысокие, не требующие ответственности и самостоятельности должности. «Мы стараемся не быть среди отстающих, но и вперёд не лезем. Депутатами, даже руководителями дум, легко изберётм ветеранов, — объясняет „Вёрстке“ высокопоставленный чиновник одной из региональных администраций в ЦФО. — Но вот с серьёзными распорядительными должностями шеф явно решил подождать, пока кто-то начнёт делать такие назначения и появятся первые результаты. И вот в зависимости от них уже и мы, возможно, будем принимать подобные решения».

Работать с военными — отдельный квест, жалуется сотрудник «Времени героев»: «Вася из окопа — ни бе ни ме. Политика для него — просто способ не возвращаться в этот ад. Он не понимает ни законов, ни регламентов, ни зачем нужны СМИ». Собеседник «Вёрстки» вспоминает пример, когда один из его подопечных кандидатов на встрече с избирателями начал путать полномочия депутатов, губернатора и президента. Не дождавшись конца мероприятия, будущий депутат, по его словам, в одиночестве покинул встречу через чёрный ход. Когда его спросили, куда он делся, оправдывался: испугался, что «на выходе его журналисты будут проверять на что-то». «С ним потом чуть не неделю проводили семинары — как говорить, что говорить, куда смотреть», — рассказал сотрудник «Времени героев», но имя подопечного называть не стал, чтобы «не подставлять человека».

Есть, по словам источника, и «адекватные конкурсанты», но они, как правило, «персонажи абсолютно понятные». Он приводит в пример свежее назначение: подполковник Сергея Крившенко — редкий пример человека в высоком звании, который получил заметную должность, замминистра образования и науки Краснодарского края по вопросам гражданского и патриотического воспитания. «Человек на службе 30 лет, абсолютно человек государства. Воевал в Чечне». Крившенко, среди прочего, — сослуживец Анатолия Чепиги, причастного к отравлению «Новичком» Сергея Скрипаля. По словам источника, отвечать за Крившенко «будет лично [губернатор] Вениамин Кондратьев», официально назначенный куратором военного в программе.

Политтехнолог, работающий с «Лидерами России», говорит, что у «Времени героев» схожая программа, но всё-таки более детальная и учитывающая контекст. «По факту это же ребята, которые вчера сидели в окопах, а сегодня им говорят: „Ты теперь политик“».

Будущим политикам читают лекции по деловому стилю и имиджу, в отдельных случаях назначают личные консультации. Ещё один важный навык, который осваивают вчерашние военные — ораторское мастерство. «Ставят речь, обучают коммуникации деловой и с гражданами. Обычно курс проходит в формате лекций, а индивидуально уже помогают с написанием речей и ответов», — поясняет собеседник «Вёрстки».

На занятиях по публичной речи участников программы учат формулировать фразы «для камеры»: благодарность региону, важность диалога с обществом, лояльность курсу власти. «Важный момент, который объясняют: резкая армейская манера говорить в гражданской среде воспринимается как агрессия», — подчёркивает сотрудник «Времени героев». Большинство участников, по его наблюдению, малоинициативные и «безобидные», но кураторы должны убедиться, что «что-нибудь не пойдёт не так, если человек увлечётся властью, выпьет лишнего или вступит с кем-то в конфликт».

Собеседник рассказывает историю из периода обучения: на одном из первых занятий, где надо было представить себя, военный начал перечислять всё, что делал на фронте: «Строго и по-армейски, без разглашения того, что по уставу не положено, но, скажем, эти подробности вообще не для паблика. Фамилии погибших [сослуживцев] и обстоятельства смерти назвал, например. Инструктор объяснял, что это травмирует слушателя, а он теперь в политике. Но по факту Минобороны и Генштаб за такую откровенность тоже спасибо не скажут, и вот это правдорубство — первое, что не нужно делать. Чтобы не было «Шойгу, Герасимов, вторая серия»i.

Образ военного как образ жертвы

За инциденты с военными отвечают их кураторы, говорит сотрудник «Времени героев». Дальнейший пиар идёт уже на местах. Например, когда выпускники программы участвовали в праймериз «Единой России»i, им помогали в аппарате партии. Среди прочего они записывали с ветеранами ролики-видеообращения: на фоне с флагами экс-военные читают с суфлёра стандартную речь с биографией и мотивацией идти на выборы (типовые видео: раз, два).

Обучение военных идёт не только по линии «Времени героев». Во многих регионах существуют собственные аналоги. Например, в Челябинске есть программа «Герои Южного Урала». Челябинский губернатор Алексей Текслер отчитывался, что всего за десять дней проекта шестьдесят «ветеранов СВО» получили знания по бюджетной, аграрной, промышленной и налоговой политике, а также научились ораторскому мастерству. После чего «успешно сдали экзамены».

В той же Челябинской области на базе высшей партшколы «Единой России» работает и методический центр общественно-политических компетенций для «участников СВО». Модули обучения включают законотворчество, современные коммуникационные технологии, работу с избирателями. Как рассказывал «Вёрстке» накануне выборов политтехнолог из региона, уже несколько лет все политические силы и организации «понимают, что надо вкладываться в работу с СВО-шниками, но не перебарщивать».

«Держим в уме [лидера „Справедливой России“ Сергея Миронова] Михалыча, который получил по шапке за фотографии с кувалдой. Наши мальчики они же какие: скромные, не воинственные. Не должны пугать девушек и бабушек, не должны маршами на Москву ходить», — объяснял источник. Среди прочего он подчёркивает, что образ военного отчасти похож на «образ жертвы»: «Знаешь, когда ждут, что надо правильно скорбеть, ходить опустив голову, плакать? Вот герой «СВО» — тоже такой, он простой воин, а мы всем миром ему помогаем, он не кусает руку, его кормящую, он с ней един, точнее с государством»

Политтехнолог говорит, что «таких, каких надо» военных на всех не хватает: единороссы и «Время героев» «пылесосят» всех, но остальным парламентским силам такие лица тоже нужны, и регионалы очень стараются отхватить себе «свошника на проходное место, чтобы его «не зарезали» на выборах.

Один из кандидатов-участников войны, путь в политику для которых закрыли — справоросс Александр Шерин. Он редкий пример в целом самостоятельного политика и при этом участника военных действий, который в обучении коммуникации и общению с избирателями не нуждался. Шерин был депутатом Госдумы от ЛДПР двух созывов, причём довольно авторитетным и заметным, состоял в хороших отношениях с покойным ныне лидером партии Владимиром Жириновским.

Из партии Шерина исключили в 2022 году после того, как он претендовал на должность председателя и проиграл в противостоянии с поддержанным Кремлём Леонидом Слуцким. Поучаствовав в «СВО» (в должности заместителя командира 387-го полка), подполковник Шерин баллотировался на выборах в облдуму родной Рязанской области, где хорошо известен, но проиграл единороссу Дмитрию Репникову.

Миронов после выборов жаловался публично: «В Рязани, столице ВДВ, мы выдвигали семь участников «СВО» — ни один не прошёл. А нашего кандидата в Рязанскую областную Думу Александра Шерина выгнали с участка за то, что он пришёл в форме и с боевыми наградами. Мол, ты агитируешь, вон отсюда! В целом: идёт программа „Время героев“, а участников «СВО» „бортуют“. Потому что они „не в той“ партии».

Собеседники «Вёрстки» также «в качестве апокрифа» рассказывают историю про случившуюся в начале 2025 года драку во время проведения мастерской управления «Сенеж»i между участниками двух главных кадровых проектов. Якобы в кулачной схватке тогда сошлись представители «Времени героев» и «Школы губернаторов». Впоследствии участники потасовки, по словам одного из источников «Вёрстки», находившегося в тот момент в «Сенеже», обвиняли друг друга в пьянстве, чёткого победителя выявить не удалось, а особо активных участников «пришлось успокаивать с помощью макания в сугроб».

«Контингент нередко набирается непростой, и многие черты проявляются по пьяной лавочке. Хотя пить в „Сенеже“ формально запрещено. Эти люди прошли войну и уверены, что им можно немного больше, чем остальным», — так объяснил «Вёрстке» подобные эксцессы ещё один собеседник «Вёрстки», часто посещающий «Сенеж».

Чтобы не пропустить новые тексты «Вёрстки», подписывайтесь на наш телеграм-канал

«Широко — но негромко»

Реальные примеры показывают: как только военный (или близкий к армии лидер мнений) выходит за рамки управляемой лояльности, машина безопасности переходит на «карательную траекторию». После мятежа Пригожина «генерала Армагеддона» Сергея Суровикина убрали с должности главкома ВКС. Официальных данных о нём нет, но СМИ сообщали, что Суровикин может занимать должность руководителя группы военных специалистов в Алжире.

Ещё один пример — экс- командир 58‑й армии Иван Попов, набравший популярность после жёсткой критики снабжения и командования. В 2024‑м он был арестован по делу о мошенничестве и в апреле 2025-го получил 5 лет. Можно отнести к этому ряду и «героя Донбасса» Игоря Гиркина (Стрелкова): хотя преследовали его как блогера и политика, а не кадрового военного. Культовая для ультранационалистов фигура, в январе 2024 года Стрелков был приговорён к 4 годам за «экстремизм» после публичной критики Кремля.

На муниципальном уровне выделился мэр Сосновки в Кировской области Никита Горелов. Вскоре после вступления в должность он заявил, что у него есть данные о коррупции и финансовых нарушениях в администрации города. Сразу после этого его грозились отправить обратно на войну, но после протестов местных жителей пост ему сохранили. Впрочем, в новости Горелов после этого не попадал, и, хотя он продолжает писать в канале в критичном тоне, резких заявлений не делал. На семинарах в «Сенеже» его пример приводился как «неудачный».

Нельзя сказать, что военных, желающих набрать популярность, совсем нет. Например, помощники командира добровольческой бригады «Волки» активно предлагают в СМИ рассказать историю их начальника под позывным «Багдад» (у «Вёрстки» есть два подтверждения от сотрудников российских СМИ о наличии таких предложений). «Багдад», как утверждает его помощник, кавалер четырёх орденов Мужества, о нём есть публикации в телеграм-каналах и медиа, но не на самом заметном уровне.

«Вёрстка» пообщалась с одним из помощников «Багдада». По его словам, в политику их командир не стремится, просто «хочет, чтобы все знали о героизме наших ребят». Между тем Багдад и «Волки» всплывали в СМИ в контексте «мясных штурмов». В 2023 года издание Astra писало о жалобе жён мобилизованных, которые рассказывали, как «Волки» удерживают мужчин на позиции и отправляют их на штурм без обучения.

Не всем удобны и идущие в депутаты военные. Работавший в зоне «СВО» нейрохирург Дмитрий Коровин участвовал в праймериз «Единой России» для выборов в гордуму Воронежа. Как он рассказывал журналистам, избраться ему предложил главврач Юрий Ерохин, он же впоследствии и попросил сняться. Затем Коровину звонили из местного отделения «Единой России», отмечая, что его участие «неудобно». Дело в том, что Коровин шёл по тому же округу, что и тогдашний спикер Владимир Ходырев. Праймериз Коровин проиграл — впрочем, и Ходырев уступил кресло спикера другому заслуженному военному, ветерану Сирии Андрею Дьяченко.

Ещё одна заметная персона — командир чеченского добровольческого формирования «Ахмат» Апти Алаудинов, который с 2024 года занимает пост замначальника Главного военно‑политического управление ВС РФ. Алаудинов активно использует своё командование и участие в боевых действиях как инструмент медийного присутствия: долгое время он был чуть ли не единственным официальным спикером, кто делал громкие заявления о продвижении российских войск, публиковал видео с передовой, выступал на федеральном ТВ и в соцсетях как «лицо боевых успехов». Впрочем, учитывая особый политический статус Чечни, их бойцов не воспринимают наравне с простыми военными, так как они полностью подконтрольны Рамзану Кадырову.

После Сосновки кейсов громких, успешных и популярных политических действий со стороны победивших на выборах военных не было: хотя на последних по итогам ЕДГ посты получили больше 1000 человек.

«В условиях демобилизации и возвращения десятков тысяч людей с опытом насилия любой по-настоящему популярный военный может стать центром гравитации для обиженных, маргинализованных и радикализованных, — резюмирует в разговоре с „Вёрсткой“ политолог, попросивший не называть его имя. — Поэтому кадровая политика строится по принципу „широко — но негромко“: тысячи „своих“ на низовом уровне и ни одного харизматического „верхового“ игрока».

Обложка: Дмитрий Осинников

Поддержать «Вёрстку» можно из любой страны мира — это всё ещё безопасно и очень важно. Нам очень нужна ваша поддержка сейчас. Как нам помочь →