На диком Юге

Ранним утром бригады старателей отправляются на реку Йей. В глубоких шурфах, куда постоянно прибывает вода, грозя свести на нет тяжелейший труд нескольких дней, по пояс в грязи, вооруженные лопатами и жестяными тазами, они пробиваются к золотоносному голубому песку - на глубину от 5 до 10 метров. Работают весь световой день. В неделю артель из пяти семи человек намывает по грамму золотого песка на брата.

Назвать все это золотой лихорадкой язык не поворачивается. По всему течению реки НОАС держит своих мытарей мы побывали в одном из таких лагерей, в деревне Одаби, где 7 - 8 военных сборщиков податей настолько обжились, что обзавелись семьями. Судьба золотодобытчиков - остаться босяками. Разбогатеет скупщик, власти закупят военное снаряжение, а старателям снова брать в руки лопаты, иначе голодная смерть или та же смерть, но в бою. Вспоминают израильского бизнесмена по имени Джошуа, который, подсчитав, что запасы золота достаточны, чтобы приступить к промышленной разработке, получил концессию, привез экскаватор, но не успел развернуться: поблизости начались бои, к тому же в Хартуме приспособили для бомбежек «воздушный грузовик» Ан-26. На память о Джошуа осталось несколько пустых контейнеров и экскаватор, который так никогда и не работал.

Пока на йейских берегах затишье. Действует соглашение о прекращении огня. Но «антонов» по-прежнему прилетает. У гостиницы «Йей ривер» свое бомбоубежище - обычная землянка, годная разве что для хранения припасов. Сама гостиница представляет собой ряд хижин -го и 2-го класса, из всех удобств в которых - только москитная сетка. Вечером здесь показывают кино. В огромную хижину набиваются подростки. Включается единственный на весь Йей генератор, -и по видео начинают крутить китайские и американские боевики, только киногерои кажутся реальными, а льющаяся рекой кровь не бутафорской все это слишком похоже на здешнюю жизнь. Трудно найти более благодарных зрите лей: устроившись на циновках, они реагируют бурно и непосредственно. В тем ноте звучно работает генератор, москиты парят в дыму дешевых сигарет.

Интересная деталь: важнейшее из искусств здесь бесплатно. Это, так сказать, социальная политика НОАС, а заодно окно в мир. Телевидение и газеты отсутствуют. Денег тоже нет: всеобщим эквивалентом служат бутылки с угандийским пивом Bell, которое в отсутствие холодильников употребляется в горячем виде, или кассава (крахмалистый корнеплод, известный также как маниок), из которой делают что-то, напоминающее спрессованную манную кашу.

В Йее нет никакого производства, если не считать заброшенной лесопилки на обширных плантациях тика, которые лет 15-20 назад посадили предприимчивые немцы. В помещении, где раньше обрабатывали дерево, сейчас покоится огромный генератор «Катерпиллер», рядом - ящики цвета хаки с боеприпасами к минометам.

Сезон войны

Утром - было воскресенье - меня разбу дил батальон НОАС, марширующий с песней по направлению к церкви. Потом ударил колокол. Протестантский храм самое крупное из уцелевших в Йее зданий - похож на зернохранилище. Новое распятие на месте старого, прошитого автоматной очередью, а следы от пуль главное украшение стен. «Хартум?» кивая на стену, спросил я служителя (мы разговариваем на местном диалекте арабского). Он утвердительно кивнул. Церковь сделалась здесь реальной си лой, к которой даже военные относятся с уважением. При ней есть госпиталь, приличный автопарк, топливо и даже радиосвязь. Суданский пастор, похожий на дьявола в рясе, поговорив со мной, любезно пообещал прислать в гостиницу Библию на языках племен калико и динка.

Под соломенным навесом у комендатуры - второго по величине здания в поселке - сидят командиры, потягивая теплую кока-колу. Самая колоритная фигура - Ядалля (в переводе с арабского — «рука Бога»). Один его вид производит магическое действие на солдат: здесь он хозяин, Бог, Его рука. Ядалля выразил мне свое недовольство русскими: «Кое-кто из ваших нам помогает - транспортом, продовольствием. И в то же время русские летчики возят оружие Кабиле в Конго, а тот с ними же посылает два танка в Хартум. Танки-то мы возьмем как трофеи в бою, но что же это вы...». Я пожал плечами: «Торговля, командир, все торговля...». Он посмотрел на меня, как доктор на боль ного, и вопросов больше не задавал.

Объяснить, почему наши соотечественники в Африке то и дело оказываются по разные стороны баррикад, заезжий корреспондент не в силах. Отсутствие внешней политики России в Африке - это преж де всего отсутствие приоритетов. Наши работают на концессиях по нефтеразведке на Севере Судана и ведут геологическую разведку на Юге, возят гуманитарную помощь

в районы, разоренные гражданской войной, и доставляют военное снаряжение в Конго. Мы делаем деньги по обе стороны фронта, подносим патроны, а в суть войн не вникаем. Вольные стрелки на рынке квалифицированной рабочей силы, когда-нибудь мы столкнемся лбами.

Командиры обсуждают новости из Чечни, демонстрируя удивительную осведомленность и явно сочувствуя тем, кто воюет с радикальным исламом. Фундаментализм - это и их враг. Война здесь началась, когда в 1983 году президент Судана Джоафар Нимейри провозгласил над всей территорией страны шариат. Армейские офицеры из числа южан подняли мятеж и создали Народно-освободительную армию. Повстанцы провозгласили лозунг «Нового Социалистического Судана». Правда, социалистическая составляющая быстро выпала теперь война идет за «Единый Неделимый Судан». Стратегическая цель НОАС - добиться свержения нынешнего режима в Хартуме и объединить оппозиционные ему партии и течения всех вероисповеданий под своими знаменами. На этой основе и должно строиться здание Нового Судана. Пожалуй, не найти другой страны, где разрыв между уровнем развития соседних регионов был бы так велик, как в Судане. На Севере - промышленность, больницы, университеты. На Юге - убогие хижины, дороги, не знающие асфальта и превраща ющиеся в непроходимое месиво в сезон дождей (примерно на полгода); дикие заросли риса в человеческий рост да многочисленные стада тощих коров. И молодежь «уходит в буш» — в партизаны. Многих волонтеров вдохновляет пример соседней Уганды, президент которой Йовери Мусевени пришел к власти в 1986-м после полутора десятков лет партизанской войны. Теперь по уровню экономического развития Уганда обошла всех соседей. Мусевени оказывает поддержку НОАС в ее борьбе за «Единый Судан».

Но хартумский режим готов сражаться до конца и бросает на войну все новых необученных новобранцев. По словам командиров южан, на поле боя остаются горы трупов 17-летних юнцов. Воюют, конечно, не одни новобранцы: в этой войне друг другу противостоят командиры, многие из которых до гражданской войны учились в одних и тех же университетах США и Англии, СССР и Кубы. Страна, которая посылала их на учебу, фактически распалась, идеологии, которым их обучали, смешались или умерли вовсе, многое отошло в прошлое. Осталось только противостояние Севера и Юга, в котором сошлись вчерашние сограждане, ныне невольники войны. Война, которая затихает на полгода дождей, чтобы вспыхнуть с новой силой в сухой сезон, сама стала идеологией, смыслом существования наконец, просто временем года.■ КСПЕРТЫ МинэкономиКИ СЧИТАЮТ, что конъюнктура на мировых сырьевых рынках благоприятна для России. До конца года, утверждают они, экспорт России в страны дальнего зарубежья может быть увели чен на 20% по сравнению с 1999 годом. Однако надежды чиновников на то, что Россия выиграет от роста мировых сырьевых рынков, могут и не оправдаться. Доступ на них российских экспортных товаров (а это в основном сырье) сущест венно затруднен разного рода торговы ми барьерами.

По данным Минторга РФ, на конец 1999 года против российского экспорта действовало 96 ограничительных процедур, ежегодный ущерб от которых для российской экономики превышает полтора миллиарда долларов. В Минторге считают, что Россия сегодня является одним из самых дискриминируемых государств в мире, занимая второе после Китая место. Отчасти это объясняется тем, что и Китай (см. подверстку), и Россия пока еще не стали членами ВТО и не могут прибегать к действующему в ее рамках механизму разрешения торговых споров. Отчасти неэффективностью проводимой российскими правительством и предпри ятиями внешнеторговой политики.

География и структура

Абсолютным лидером по числу ограничений на ввоз являются черные металлы и изделия из них. Против этой группы товаров действуют 53 ограничительные процедуры, полностью или частично закрывающие ей доступ чуть ли не на весь мировой рынок (см. карту).

Остальные 43 процедуры ограничивают экспорт из России цветных металлов, удобрений, урана, продукции химической промышленности, текстиля, газетной бумаги и т. Д.

Иными словами, трудности с доступом на внешний рынок испытывает любой мало-мальски конкурентоспособный российский товар, за исключением разве что нефти и газа. Причем не только на рынки развитых стран (США, Канада и ЕС), которые ограничивали ввоз товаров из нашей страны еще в советские времена. В послед ние четыре-пять лет антидемпинговые и прочие ограничительные меры к россий скому экспорту стали применять Южная

Абсолютным лидером по числу применяемых со стороны торговых партнеров России ограничительных процедур является продукция черной металлургии против экспорта этой группы товаров действует 53 ограничительные процедуры. По объемам экспорта, его значению для российской экономики черная металлургия в течение послед них пяти лет занимает второе место (после ТЭКа) в общем объеме российского экспорта, ее доля составляет 2025%. Россия занимает по экспорту стали первое место в мире. Доля России в мировом экспорте стали составляет 810%. По темпам роста экспорта стали в период с 1992 по 1998 годы Россия опережала общемировые показатели.

Объем мировой торговли возрос за это время со 150 млн. тонн до 225 млн. тонн, а экспорт стальных изделий из России возрос с 12 до 23 млн. тонн (почти в два раза), соответственно СССР экспортировал в 1985 году продукции черной металлургии на 3,6 млрд. долларов, российский экспорт в 1999 году достиг 5 млрд. долларов. ОРУЖИЕ Доля доходов от экспорта общем объеме доходов некоторых предприятий металлургической промышленности достигает 40%. Потеря ими внешних рынков сбыта может привести к печальным последствиям, особенно при сокращении потребления на внутрен нем рынке, усилившемся после августа 1998 года.