Аочный роман переводчицы Наталии Трауберг с английским писателем, поэтом и философом Гилбертом Кийтом Честертоном продолжается уже более сорока лет. За эти годы Трауберг перевела, откомментировала и опубликовала десятки крупных и мелких его произведений - в том числе и те, которые сам Честертон считал главными. На этот раз очередь дошла до менее известных и менее весомых его сочинений неоконченных юношеских набросков, эссе, стихов, рассказов и сказок.
Помимо собственно честертоновских текстов в книгу вошли размышления составительницы об историческом значении творчества писателя, пространный биографический очерк, а также заметки о переводах Честертона в России, представляющие по сути сбивчивую и взволнованную историю любви переводчика к главному автору своей жизни (до Трауберг переводы Честертона на русский были единичными, так что ее претензии на первенство в этой области неоспоримы). В гаспаровских «Записях и выписках» одна дамалитературовед говорит, что диссертацию о Хармсе следует писать немного по-хармсовски. Трауберг в полной мере следует этому принципу: все, что она пишет о Честертоне, написано исключительно по-честертоновски. Впрочем, оно и неудивительно: блестящий и парадоксальный стиль этого католического Дон-Кихота лучится таким бесконечным обаянием, что противостоять ему практически невозможно. По прочтении буквально пары рассказов невольно начинаешь говорить языком Честертона, пользоваться его метафора