Очарование физики

Канским пограничником. Последний счел, что имя «Глуховский» окажется непроизносимым для большей части будущих соотечественников Лейбы.

Родившись в 1932 году на берегах Гудзона, Шелдон стал ходить в школу в Бронксе и свел знакомство с некоторыми будущими нобелевскими лауреатами и просто выдающимися учеными.

«Нобелевку» Глэшоу получил в 1979 году вместе со своим бывшим одноклассником Стивеном Вайнбергом и живущим в Италии пакистанцем Абдусом Саламом за построение первой единой теории поля. Конечно, она еще не была по-настоящему единой, потому что объединила не все известные в природе взаимодействия, а только два, но это уже немало. Сделать больше в XX веке так никому и не удалось.

Могущество и небывалая эффективность науки в XX веке дают Шелдону Глэшоу повод задавать вопросы не только из области физики. Например, об отношениях науки и власти. А также одни ли мы во Вселенной? Что такое жизнь? Можем ли мы считать себя разумными существами? Вот динозавры жили себе на нашей планете 300 миллионов лет. А возраст человечества с большими натяжками можно оценить в один миллион, но уже существует реальная угроза его уничтожения. Неужели так проявляет себя его разум?

Если разделы книги Глэшоу, в которых рассказывается о создании новых физических теорий, заинтересуют скорее специалистов, то главы, посвященные более общим вопросам, будут интересны любому. Досадно только, что неподготовленного читателя могут ввести в заблуждение некоторые ошибки перевода. Скажем, искусственный спутник, совершивший посадку на Марс, в русской версии превратился в экипаж американских астронавтов, который «высаживался на поверхность Марса, фотографировал ее и искал признаки жизни». ДМИТРИЙ БАЮК