Памяти ваучера

оборот новый денежный документ территориальный мандат. Предыстория такова. Сразу после революции, в декабре 1789 г., были учреждены своего рода ваучеры, на которые можно было приобретать земельную собственность, конфискованную у Короны и Церкви. Они назывались ассигнатами. Уже на следующий год Конвент объявил их денежной единицей, обязательной к приему наряду со звонкой монетой. Разумеется, очень скоро ассигнаты принялись печатать во все возрастающих количествах, а их цена по отношению к золоту стала катастрофически падать. Предложение создать независимый от правительства банк якобинцы с презрением отвергли: «Мы не дадим запереть Конституцию в банкирский сейф!». Между тем ассигнат стоил уже менее одного процента от своей первоначальной цены. В 1793—1794 годах Конвент принял законы о «максимуме»: цены и зарплаты фиксировались, за отказ принимать ассигнаты полагалась тюрьма.

После термидорианского переворота Директория пыталась либерализировать экономику: отменили «максимумы», была денационализирована военная промышленность и, наконец, объявили о денежной реформе. С 18 марта 1796 г. ассигнаты в течение трех месяцев должны были быть обменены на территориальные мандаты из расчета мандатов. Однако политический интерес возобладал над экономическим расчетом: вынужденная платить за войну, Директория велела напечатать 2400 млн мандатов. Результаты сказались тотчас: с первого дня за 100 ливров в виде мандатов стали давать 18 ливров монетой. Правительство грозило судом за отказ принимать мандаты по номиналу, но население знало, что в отличие от якобинцев Директория не решится на крайние меры. Возможно, основной ошибкой реформы было стремление соединить идею бумажных денег с идеей «ваучера». Но и в этом последнем качестве мандаты не работали: права собственности были весьма запутанны, люди не стремились ее приобретать из опасения реставрации, и в результате главными покупателями выступали госчиновники.

Короче говоря, затея провалилась. 23 июля Директория восстановила свободу монетного обращения, а с 4 февраля 1797 г. мандаты были отменены государство принимало их назад по цене 20 су за 100 ливров в мандатах. Эта мера привела к жесточайшему кризису наличности, но заложила основу будущей финансовой стабилизации, до которой сама Директория уже не дожила. Свергший ее Бонапарт обвинил своих предшественников в преступной экономической политике, а потом, как водится, показал себя прилежным учеником.

30:1. Авторы реформы исходили из стоимости государственного земельного фонда - той, какой она была в 1790 г., хотя с тех пор она снизилась более чем вдвое. На основании этого расчета собирались напечатать 800 млн