Большие деньги в большой игре

«Столичный банк сбережений» получил право управлять Агропромбанком

Только сытая и умиротворенная Швейцария, притянувшая к себе мировые капиталы, могла додуматься до афоризма: «Деньги любят тишину». В России деньги любят не тишину, а скандалы. И чем о большей массе презренного металла идет речь, тем громче будет сенсация. Скажем, решило правительство взять деньги взаймы у отечественных банков, а получились залоговые аукционы, на которые дивились Европа и Америка. Или велел президент Ельцин вернуть в лоно государства Агропромбанк, а кончилось все большим шумом переходом сельской «кассы» в руки частной организации «Столичного банка сбережений» (СБС).

СБС выиграл проведенный недавно правительством тендер на право управлять АПБ. Конкурсу предшествовала занимательная история. На волне реформ Агропромбанк СССР был преобразован из государственного учреждения в коммерческое. К числу удачных эксперимент не отнесешь: возвратность кредитов, прибыльность операций оказались в деятельности АПБ весьма условными критериями. Сколько ни старался банк встроиться в рынок, но, обслуживая такого клиента, как агрокомплекс, он в основном был перевалочной базой между бюджетом и сельскохозяйственной «черной дырой». В конце концов сначала аграрное лобби, а потом и «первый парень на селе» Александр Заверюха - земляк Виктора Черномырдина и такой же любитель баяна — надоумили премьера не прятать больше голову в песок, а взять да и снова АПБ национализировать. Так появился 19 июля этого года указ президента «Об Агропромбанке», предусматривавший выкуп государством контрольного пакета АПБ.

Банк, готовя упомянутый в указе проект закона «о себе», предложил правительству списать 2,5 трлн. руб. долга по централизованным кредитам аграриям. Воспользовавшись суетой, АПБ внес в нормативные документы льготное налогообложение своих будущих доходов, а также кредитование сельских хозяйств под четверть учетной ставки Центробанка. «Дешевые» деньги, конечно, манили многих, но одновременно делали банкиров верной мишенью для отстрела «братвой».

Несмотря на явную нескромность финансовых притязаний АПБ, особых протестов в обществе не слышалось. Вероятно, все смирились с тем, что российская деревня - это крест страны; что «кормить своих крестьян», как однажды выразился Заверюха, государство обязано, и чего же тут возмущенно сопеть, если нечего предложить взамен.

Вот здесь и появился в закулисье «жмот» Яков Уринсон. Первому замминистра экономики Уринсону стало жалко бюджетных триллионов, исчезающих в аграрной прорве. Он и припомнил идеи великого российского экономиста Александра Васильевича Чаянова, излагавшего в 20-х годах принципы сельской кооперации. Мысли и труды ученого блестяще материализовались в аграрных успехах Франции, Голландии, Бельгии.

Чаяновская концепция, приложенная Уринсоном к современному отечественному АПК, выглядела так: не тащить Агропромбанк опять под государство - проку от этого, как и в советские времена, не будет, а продать его коммерческому банку. Через последний-то, животом своим отвечающий за рачительное распоряже ние капиталами, и финансировать из бюджета аграрный сектор. Причем 10% расходов составят безвозмездные дотации, скажем, на сельскую науку, элитное семеноводство, селекцию племенного скота. Еще 20-30% придется на беспроцентные, но возвратные ссуды, выделяемые по конкурсу на различные региональные программы, к примеру, мелиорацию. Оставшиеся 60-70% это льготные кредиты сельхозпроизводителям. Причем величину льготной ставки установят сами филиалы и отделения новообразованного банка.

Перебрав в уме крупнейшие российские банки, способные потянуть такую повозку, Уринсон остановился на СБС. Как объяснил он позднее газете «Сегодня», «ОНЭКСИМу по уши хватает «Норильского никеля», Менатепу за глаза было ЮКОСа, Инкомбанк лихорадило из-за проверки ЦБ и газетно-телевизионной войны». Банк с условным названием «СБС-Агро», казалось ему, «самое то». Очевидным достоинством слияния АПБ с СБС виделось соединение 1200 сельских филиалов АПБ и современно подкованного персонала СБС, его банковских технологий и спутниковой системы обработки данных.

Президент СБС Александр Смоленский, которого Уринсон, не светясь на первых порах, через знакомых «прощупывал» насчет выхода на сельские просторы, поначалу, как говорят в окружении замминистра, отмахнулся: «Да на это дело надо всю жизнь угробить». Однако азарт и честолюбие Смоленского вкупе с осознанием масштабов проекта быстро совершили в нем «разрушительную» работу.

Когда банкир дал согласие и затея Минэкономики перестала быть секретом, аграрное лобби поднялось на дыбы. Даже не вникая в смысл предлагаемого, аграрная фракция в Госдуме заявила в письме премьеру, что передача АПБ коммерческому банку «ставит весь наш агропромышленный комплекс на грань катастрофы». Сельское начальство испугалось, что АПК начисто лишат бюджетной подпитки, отняв тем самым разного рода дотации и переведя на сугубо коммерческий кредит. Аграрные тузы поняли, что реализация «чаяновской» модели с неизбежностью ведет, как и повсюду в мире, к расслоению деревни на хозяев и наемных работников. Через 6-8 лет размежевание более или менее завершится, но все эти годы управлять селом из-за социальных брожений будет непросто, а потому и не слишком приятно. Наконец, аграрное лобби заподозрило, что реальный перевод АПК на коммерческие рельсы «уронит» общественное значение различных партий, фракций и отдельных лидеров как единственных выразителей интересов крестьянства.

Напряглись и коммерческие банки. «Если кто-то захочет по недомыслию либо злому умыслу свалить Агропромбанк, — заявил его глава Юрий Трушин, - то кризис будет почище «черного вторника». С -ном Трушиным, переживающим за свою личную судьбу в случае не совсем добровольного братания его заведения с матерым «волком», все понятно. Но и другим банкам тоже не понравилась агрессия СБС. Она ломала расстановку сил в банковском сообществе и в одночасье выводила конкурента на уровень банка национального масштаба. К тому же коллег Смоленского возмущало то, что предложенная форма «супружества» путем обмена акциями СБС и АПБ отдавала «Столичному» практически задаром филиальную сеть Агропромбанка стоимостью, как оценивают эксперты, примерно 7-8 миллиардов долларов.

Оппозиция проекту поглощения Агропромбанка «Столичным» оказалась столь сильна, что первый вице-премьер Владимир Потанин уже «на разминке» - в ходе предварительного обсуждения вопроса Кредитно-финансовой комиссией правительства с участием руководителей Минсельхоза, ЦБ, Минфина и Минэкономики - поставил крест на создании банка «СБСАгро». Вместе с тем -н Потанин сумел отбить наскоки -д Заверюхи и Кулика, одного из лиде ров думской фракции аграрников, хваливших национализацию как способ вытащить АПБ из болота. На это, между прочим, потребовалось бы порядка 3,5 трлн. руб., а таких денег, как ясно дал понять сельскому лобби первый вицепремьер, у правительства нет.

После первой сшибки у Потанина в ход пошла челночная дипломатия. Замминистра экономики Иван Стариков, президент СБС Смоленский, руководитель Второго операционного управления ЦБ Денис Киселев не раз встречались с депутатами и, что называется, с открытыми картами убеждали их в необходимости оздоровления АПБ стараниями коммерческого банка. Причем не обязательно силами СБС. Пусть будет конкурс, и тот, кто предложит госу

дарству лучшие условия санации, станет управляющим сетью АПБ. Альтернативой этому, говорили они, окажется хаос с финансированием села в 1997 году и выгрызание со скандалами из казны все новых и новых триллионов.

С каким бы недоверием ни относились те же Заверюха, Лапшин, Кулик к Минэкономики и «Столичному», но спорить с ясной моделью Чаянова в современном преломлении трудно любому. Что тут возразить, если на основе сети АПБ в субъектах Федерации создается 150 филиалов, а еще 1700 отделений открываются непосредственно сельских районах. В глубинке эти отделения обрастают кредитными кооперативами и товариществами самих сельских производителей. Хочешь вступить в них Внеси посильную сумму, а потом пользуйся льготным кредитом под залог своей пашни, тракторов, животноводческих ферм. Стройная схема, обкатанная европейским фермерством.

Постепенно чаша весов склонялась на сторону инициаторов проекта коммерческого управления АПБ. Решающими, надо думать, оказались два условия конкурса. Во-первых, банкпобедитель выкупает всю дополнительную эмиссию акций АПБ на сумму 130 млрд. руб. и передает правительству 25% уставного капитала банка - так называемый блокирующий пакет, позволяющий государству защитить аграриев от излишне рискованных действий стратегического акционера. Во-вторых, условием тендера стало «сохранение профиля банка при минимальной бюджетной нагрузке». Иначе говоря, все заботы по расчистке баланса АПБ, Ни много ни мало на 500 млрд. руб., ложатся на нового управляющего агробанком. Правительство же, не прикладывая усилий — по сути бесплатно, - увеличивает свою долю в уставном фонде банка с нынешних 1,5% до 25%. Не стоит сбрасывать со счетов и то, что законопроект «Об Агропромбанке» предусматривает создание Попечительского совета АПБ, который должен влиять на аграрную политику страны и в котором большинство аграрных лидеров уже присматривают себе места.

В ноябре, когда окончательно прояснилось, что конкурсу быть, пошли разговоры, что в нем могут принять участие такие киты, как Сбербанк, Внешторгбанк, Инкомбанк, Автобанк. Однако они, как говорится, сошли с дистанции. Вызов СБС бросил только «Империал». Очевидно, что за его президентом Сергеем Родионовым маячила колоритная фигура главы «Газпрома» и ведущего акционера «Империала» Рема Вяхирева. Филиальная сеть АПБ наверняка притягивала взгляды газового барона, империя которого в значительной степени совпадала с ареалом сельских «касс».

Однако и СБС имел не маленьких покровителей. Причем если отношение Владимира Потанина попало в поле зрения наблюдателей, то позиция Анатолия Чубайса скорее угадывалась. Как деталь можно отметить, что счета администрации президента уже приличное время находятся на обслуживании в СБС. Но, пожалуй, самое главное то, что разбросанные по всей России отделения АПБ в умелых руках сильный инструмент региональной политики. В сельской глубинке зачастую нет иных банковских учреждений, кроме агропромовских. Сюда несут сбережения деревенские жители, здесь кормятся госдотациями сельхозпредпри ятия, отсюда могут получить деньги под закупки местные магазинчики и потребкооперация. Ни один глава администрации не станет перечить Москве, едва почувствовав, что возможны перебои с финансированием Богом забытых районов области или края. Для укрепления президентской вертикали и создания сильной центральной власти лучшего рычага и не надо. Последнее обстоятельство, вероятно, и выводило СБС в фавориты. Хотя, по словам членов конкурсной комиссии, подводившей 22 ноября итоги тендера, «Столичный» выиграл чисто, предложив лучшие условия санации. Конечно, Смоленский не филантроп и, собираясь выложить огромные деньги на покрытие убытков АПБ и расчистку платежей, все просчитал. Учел, безусловно, готовность ЕБРР выделить АПБ 100 млн. долл. Не забыл и о тех 8,7 трлн. руб., которые пойдут из бюджета-97 в аграрный сектор. «Вот этими деньгами Смоленский и решил попользоваться», говорили даже лояльно настроенные к нему люди. Что ж, не исключено. Хотя вряд ли Смоленский станет так мелочиться, когда у него появился реальный шанс стать одним из ключевых участников радикальных реформ российского АПК и войти благодаря этому в историю.

Оставим пока в стороне слова Смоленского об аграрном патриотизме, выраженном в желании есть отечественную колбасу. Возьмем за основу деловое признание: «Я — толстосум. И я понимаю, что более привлекательного сектора, чем аграрный, — нет». На переоснащение банковской сети АПБ нужен млрд. долл. Их у СБС нет. Зато у Смоленского есть ответ: «Их готовы дать международные финансовые институты — под меня лично и именно на агросектор». Это не мыльные пузыри, Всемирный банк действительно воодушевлен проектом, и его представители называли в неформальных беседах цифру кредита млрд. долларов.

Все это, однако, не значит, что Россия стоит на пороге «зеленой революции». Оглашение комиссией результатов тендера вызвало жесткую реакцию спикера Совета Федерации Егора Строева: дескать, таким порядкам на селе не бывать. Не сложила оружия часть депутатов Госдумы. Следовательно, законопроекту «Об Агропромбанке» уготована тяжелая судьба. А затяжка с законом погружает в густой туман вопрос о финансировании села в будущем году.

Никому нельзя запретить относиться с подозрением и к Смоленскому, и ко всему СБС вместе с ним. Но альтернативой оздоровлению АПБ остается национализация, не снимающая ни одной проблемы, и сохранение агрокомплекса в архаичных формах. В прошлом году АПК произвел продукции на 53 трлн. руб., а субсидий получил на 65 трлн. руб. На Западе финансируется 40-60% сельхозпроизводства, у нас субсидий вдвое втрое больше. Изменить это положение способен отказ от советского механизма финансирования АПК. Такой шанс появляется впервые после сталинской коллективизации в деревне. Выбор придется делать сейчас. В сущности, в стране задолго до срока начинается посевная. Можно сказать, историческая.