Публикации с разницей в три дня расследования Дениса Карагодина и открытой базы данных о сотрудниках НКВД 1935–1939 годов запустили процессы, крайне важные и показательные с точки зрения понимания механизмов работы исторической памяти. Два этих сюжета дали толчок для проговаривания едва ли не всех существующих на сегодняшний день в России точек зрения, надежд и фобий, связанных с переосмыслением прошлого и национальным примирением.

«Помнишь, еще в школе стихи тебе писал, а теперь вот муж у тебя сильно пьющий, дети звезд с неба не хватают, я тоже не похорошел, и слава богу, что стихи не сохранились, такой позор. Одна хорошая строчка — про чудное мгновенье, — но краденая; дальше хуже». Вспоминать собственные романтические увлечения по-своему приятно, но как-то неловко. Тем более если из увлечений не вышло ничего или вышло, но что-то такое, что хуже, чем ничего.