Президент США Дональд Трамп, с точки зрения подавляющего большинства «главных» американских СМИ, едет 16 июля в Хельсинки, чтобы сообщить своему куратору, президенту РФ Владимиру Путину, об успешной операции по разрушению Америки, демократических идеалов и лидерства в мире.

В телефильме Владимира Соловьева «Миропорядок 2018» Владимир Путин рассуждает о ядерной войне: «Да, для человечества это будет глобальная катастрофа, для мира будет глобальная катастрофа» и задается вопросом: «Зачем нам такой мир, если там не будет России?». Серия воинственных заявлений российского президента стала предметом обсуждения среди политиков, экспертов и мировых СМИ.

Не успели отзвучать аплодисменты депутатов Государственной думы самим себе в связи с принятием закона , позволяющего приравнять СМИ с иностранным финансированием к НКО-иностранным агентам, как Министерство юстиции РФ отправило «черную метку» , предупреждение о необходимости соответствовать требованиям нового (еще даже не принятого до конца) закона всем известным российской власти медиабрендам, связанным с правительством Соединенных Штатов.

Алексей Навальный предложил ввести ограничение на владение СМИ для финансово-промышленных групп и бизнесменов, - об этом политик написал у себя в блоге после того, как собственник Sib.fm Андрей Ксенчук заявил , что редакция решила не освещать митинг Навального по просьбе людей, которые финансируют издание. В ответ оппозиционер решил подать на него в суд и пообещал ввести запрет на владение медиа олигархами в случае победы на президентских выборах.

До выборов президента США осталось меньше месяца. Но главное телешоу страны идет уже почти два года: миллиардер Дональд Трамп ведет кампанию, ломая устоявшиеся правила и границы американской политики, вероятно, навсегда. Как опытный бизнесмен, маркетолог и пиарщик Трамп использовал в своих целях всю мощь медиа-системы, во главе с информационной империей FOX. Впрочем, верно и обратное — созданная Рупертом Мердоком в 1970-х годах корпорация использует Трампа, чтобы изменить Америку.

REUTERS / Soe Zeya Tun Японский медиагигант Nikkei приобрел у Pearson plc. практически весь бизнес Financial Times, крупнейшей бизнес-газеты Европы, за 844 млн фунтов стерлингов (примерно $1,3 млрд). Сделка, о которой некоторое время говорил рынок (правда, в качестве возможного покупателя обсуждался совсем другой медиаконцерн, немецкий Axel Springer — японцы вступили в переговоры только пять недель назад), имеет серьезное значение для всей индустрии.

Споры о том, является ли Интернет (в данном случае именно с большой буквы) важнейшим двигателем прогресса человечества или крупнейшим препятствием для такого движения, постоянно вспыхивают среди философов, технологических аналитиков и, в особенности, журналистов. Текст Ильи Клишина , опубликованный недавно на Colta.ru, — очень показательный пример интернет-пессимизма.

Иллюстрация с англоязычного прокремлевского сайта: "Западные наскоки на российские СМИ лишь подтверждают, что те говорят правду" От КПСС до Путина: каков был путь к новой цензуре и новой медиареальности в России Зимой 1987 года я перешел из "Московского комсомольца" на работу в еженедельник "Неделя". В 22 года я попал в храм советской журналистки. На третий день работы мне принесли форму для визитных карточек и инструкцию – ​ как их получить.

Все персонажи условны, все совпадения придуманы Что будет происходить со страной ХХ, ее властью, ее населением и ее экономикой, если завтра… …В привычное для пробуждения время из спальни Президента страны ХХ никто не вышел. Подождав приличествующие полчаса, первый прикрепленный приоткрыл тихонько бронированную дверь.

Закон по ограничению иностранного влияния в СМИ создает условия для передела собственности, при которых многим будет чем поживиться фото: Сергей Михеев/КоммерсантЪ Запрет для иностранцев контролировать российские СМИ только на первый взгляд имеет главной целью ужесточение цензуры. Если пристальнее посмотреть на свежий закон, то выяснится, что за ним стоят чьи-то корыстные соображения.

17 сентября в Госдуму внесен законопроект, запрещающий иностранным физическим и юридическим лицам, гражданам РФ с двойным гражданством, а также лицам без гражданства учреждать СМИ в России. Кроме того, долю иностранцев в капиталах компаний, владеющих российскими СМИ, предлагается ограничить двадцатью процентами акций. Я вижу у предлагаемого проекта (текста которого до сих пор нет, кстати) три причины. Первая — политическая.

«Нам, будущим специалистам ГРУ ГШ, объясняли, что это был заговор» Разница во времени между Москвой и Сахалином в 1983 году составляла 8 часов. В Москве был расслабленный августовский вечер, а в ночном небе над Охотским морем разворачивалась одна из самых ужасных трагедий в истории гражданской авиации.

Для многих аналитиков ситуация в России сегодня — это наблюдение за контрамоцией , в которую затягивает страну ее лидер и замерший в обиженном оцепенении правящий класс. И так же, как в прекрасной повести Стругацких, это дискретная контрамоция, причем выборочная и нерегулярная. И точно так же, как «грубому Витьке Корнееву», многим наблюдателям хочется сказать: «Это плоско и банально, это даже неинтересно рассказывать».

Недавнее заявление президента Колумбийского университета о создании проекта Global Freedom of Expression & Information @Columbia еще раз подчеркнуло тот факт, что эти вопросы — свободы слова, права граждан на информацию — остаются крайне важными для академического сообщества, и — если смотреть на состав экспертов — глобальных межгосударственных институтов.

Когда «Отечественные записки» обратились к теме СМИ и медиакоммуникаций в жизни российского общества в 2003 году, на дворе была другая эпоха. Были видны только очень примерные контуры того мира, который окружает нас сегодня. Мы не могли представить себе тогда ни пути изменений, ни их скорости, а происходившие политические и социальные процессы внушали скорее оптимизм, хотя и смешанный с тревогой. Спустя 11 лет возвращаться к этой теме — завидная задача для исследователя.