«Обязан быть героем»

04–08.08.2014

The New Times продолжает следить за судьбой человека, которому поставлен смертельный диагноз*


* Продолжение. Начало в №№ 37,38, 39, 40, 41, 42, 43-44 за 2012 г., №№ 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14-15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36-37, 38, 39, 40, 41, 42, 43-44 за 2013 г., № 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14-15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22-23 за 2014 г.

Так получается, что иногда жизнь человека оказывается достоянием: общественным или партийным. Иногда государственным или военным. Человек не виноват. Он мог ни капли не желать такого. Просто в какой-то момент он взял высоту с одной гранатой, выиграл Олимпиаду, был посажен в тюрьму или еще черт его знает что. Но это точно в полной мере не его выбор. Это вообще не чей-то выбор, это пресловутая «история».

Потом тысячи человек шлют тебе письма или открытки с вопросами: «Что нового?», «Как твоя жена?», «Что сказали врачи?», «Что будешь делать с партией?», «Поменяешь ли программу катания к следующему чемпионату?».

А ты просыпаешься утром, открываешь ноутбук и понимаешь, ты не готов к этому, тебя не учили.

Ты не партстроитель, ты активист с уличным кругозором. Ты не мастер спорта международного класса и понятия не имеешь, как тебя будут использовать политики, а вокруг сволочи, которые не будут тебя защищать.

Про врачей отвечу: они много говорят. Можно часами слушать диктофонные записи. Только ответ на вопрос «И что же это значит?» будет таким же ценным и компетентным, как та самая партия/прогнозы на сезон.

Но настоящие герои должны все знать и уметь, потому что людям страшно.

Им необходимо знать, что кто-то с одной гранатой легко возьмет высоту.

Поэтому я пишу в сети — мои тромбоциты 27, а меня поздравляют. При норме под 150. Пишу, что меня посекло осколками лампы, упавшей с потолка, но скорую вызывать не пришлось. Знать, тромбоциты немного подросли. Меня снова поздравляют. Пишу, что у меня в спинномозговом канале появилось образование, перекрывающее ток ликворы, но не раковой природы.

Меня поздравляют. Как героя. Хотя это перспектива смерти в течение недель.

Наверное, на самом деле герой не тот, кто может вынести все это лечение, а тот, кто способен стоически сидеть с неоткрывающимся глазом и просто по-человечески объяснять всем и каждому: «Да, все лучше, хотя и далеко от идеального. Да, врачи осторожны, но скорее оптимистичны».

Раз за разом делать это спокойно, наверно, героизм. Спокойно получать советы по клиникам и методам. Это тоже героизм. Такого вот рода героизм: ко всем относиться с вниманием и пониманием. Его не требует рак. Он нужен людям. Просто, чтобы не забывать, что герои остались и что каждый может иметь такую же «сказку в жизни». А что там в конце получится — «Дом-4» или «Клиника-5», — то автор жизни в том не виноват.