Итоги Канн-2025. «Простая случайность» иранского диссидента Джафара Панахи заслуженно взяла главный приз

Грустная новость: Сергей Лозница и его беспощадные «Два прокурора» остались без наград

В Каннах завершился 78-й кинофестиваль — один из важнейших в мире. В этом году жюри во главе с Жюльетт Бинош особенно тяготело к теме конфликта родителей и повзрослевших детей, чествовало дискомфортные и экспериментальные картины — и, уверен кинокритик Антон Долин, сумело вопреки кризису авторского кино присудить награды по-настоящему ценным фильмам.

78-й Каннский кинофестиваль завершился на триумфальной ноте. Неровная конкурсная программа, отчетливо обозначившая кризис авторского кино, тем не менее позволила Жюльетт Бинош и ее жюри распределить призы справедливо.

Самое важное событие — присуждение главного приза иранскому режиссеру и диссиденту Джафару Панахи за новый блестящий фильм «Простая случайность». Отныне он единственный живущий обладатель четырех главных «золотых» фестивальных наград — Локарно, Венеции, Берлина и Канн (до него это удавалось только Микеланджело Антониони).

Вероятно, это идеальная «Золотая пальмовая ветвь». Классическое кино, построенное на выверенной драматургии и безупречной актерской игре, которая особенно поражает в однокадровых сценах, остается шокирующе современным, точно и глубоко передавая дух времени. Триллер Панахи гармонично уравновешивает саспенс, юмор, абсурд и трагедию, ставя вечный — но и жгуче актуальный — этический вопрос о правомочности борьбы со злом его же методами. Это портрет мира, погруженного во тьму; недаром завязка и кульминация разыграны в сумерках. Тем не менее Панахи сочувствует своим персонажам и находит человеческие черты даже в самых пугающих из них, поэтому «Простая случайность» не оставляет ощущения тупика.

Иные комментаторы могут усмотреть в награждении Панахи политический умысел (работать в Иране ему запрещено по решению суда, картина снята незаконно вскоре после очередного тюремного срока). Но если этот мотив и стал существенным для жюри, он определенно не был самым важным.

Это подтверждает присуждение второго по значимости Гран-При картине в целом аполитичной и «приятной во всех отношениях» — драмеди норвежца Йоакима Триера «Сентиментальная ценность». Многие болели за победу этого складного фильма о сложных отношениях авторитарного и эгоистичного отца-режиссера (отличная роль Стеллана Скарсгарда) с двумя взрослыми дочерями. Если бы он в самом деле занял первое место, впору было бы говорить о тенденции сезона, ведь на Берлинале в минувшем феврале уже побеждала похожая разговорная драма из Норвегии — «Мечты» Дага Йохана Хёугеруда. Вместе с «Сентиментальной ценностью» они формируют спонтанный тренд эдакого «хюгге-кино», с чисто скандинавской сдержанностью и юмором анализирующего конфликты поколений.

Тем не менее в большинстве случаев выбор каннского жюри склонялся к картинам дискомфортным, экспериментальным, так или иначе новаторским. Это касается «Секретного агента» бразильца Клебера Мендонсы Фильо — фильму присудили призы за режиссуру и мужскую роль замечательного Вагнера Моуре. Многоуровневый параноидальный антитриллер рассказывает о существовании внутри диктатуры. Другие примеры одобренных жюри «дискомфортных» историй — радикальный и эзотерический «Сират» испанца Оливера Лакса, виртуозный кинороман «Звук падения» немки Маши Шилински (эти двое поделили Приз жюри) и киноманский визионерский трип китайца Би Ганя «Воскрешение» (Специальный приз).

Единственным решением жюри, в котором можно заподозрить некоторую конъюнктурность, стало награждение Надьи Миллити за женскую роль в драме француженки Афсии Херзи «Младшая последняя». Шаблонный и предсказуемый «роман воспитания» рассказывает о молодой парижанке из алжирской семьи, которая раскрывает свою гомосексуальность. Возможно, эта награда закрыла неформальную «французскую квоту», как правило занимающую свое место в любом призовом раскладе.

Отыскать тематическую доминанту в самых ярких фильмах каннского конкурса не так просто. Если лейтмотив и существовал, то это попытки (редко удачные) наладить диалог между родителями и их выросшими детьми. Об этом такие разные картины, как «Сентиментальная ценность» и «Сират», «Секретный агент» и «Звук падения», не награжденные «Альфа», «Умри, моя любовь», «Ромерия» и даже игриво-авантюрная «Финикийская схема» Уэса Андерсона.

Резюмировали тему великие братья Дарденны, чью картину «Молодые матери» показали в последний день (фильм получил приз за сценарий). Крайне редко уезжающие из Канн без наград, дважды лауреаты «Золотой пальмовой ветви», они со свойственным им тактом и гуманизмом создали в своей трогательной и прозрачной картине коллективный портрет девочек-подростков, неожиданно для себя оказавшихся родителями. Растерянность юных героинь перед вызовами взрослого мира, судя по восторженной реакции зала, разделили многие.

Ложка дегтя в призовом распределении — проигнорированные основным жюри «Два прокурора» Сергея Лозницы. Украинскому режиссеру впервые в его карьере удалось занять первое место в рейтинге международной критики, но это не помогло его мощной и беспросветной картине получить награду. Такое, впрочем, случается каждый год: один из сильнейших фильмов конкурса непременно уезжает из Канн ни с чем. Быть может, судьи сочли «Двух прокуроров» слишком уж мрачными, но вероятнее другое объяснение — они попросту многого не поняли в этом тонком и беспощадном исследовании сталинизма. Или не оценили в полной мере степени его своевременности.

Антон Долин