«Мои приключения»

23–27.06.2014

The New Times продолжает следить за судьбой человека, которому поставлен смертельный диагноз*

Рак — это не только болезнь. Рак это еще и множество важных уроков, в том числе и жизненных. Я всегда умел хорошо держать себя в руках и быть спокойным в критических ситуациях. Рак научил меня выслушивать самые неприятные диагнозы и не впадать в панику. Вот, например, в среду в очередной раз встречался с лечащим доктором. Мы достаточно бодро прошлись по моему текущему состоянию, обсудили, что со мной не все так уж и плохо. Чтобы меня подбодрить, доктор сказала: «Если после трансплантации костного мозга возникают серьезные проблемы, то больные, как правило, долго не живут, а с проблемами в центральной нервной системе, если они системно нарастают, человек может умереть просто за неделю. А у вас пока проблемы только в лице». «Только в лице» — это один глаз совсем не видит, а второй видит, если шрифт максимально укрупнен. И зрение у меня какое-то сферическое, и меняется оно в течение дня в зависимости от влажности глаза. Я, конечно, капаю капли и делаю все, что мне прописал окулист, но проблему это не слишком решает. А она в том, что если я не могу читать, то я не могу писать, а я стараюсь себя поддерживать в работоспособном состоянии — в конце концов у меня именно с этим, с работой, связано представление о жизни. Но два дня с этим плохо получалось. Дело в том, что, получив «ободряющий» диагноз от лечащего врача, мы поехали — в смысле я на кресле-каталке, а Маша меня везет — на всякие тесты. И тут я почувствовал, что мне давно стоит полежать. Маша попросила, чтобы необходимое по плану переливание крови мне делали в лежачем положении. В процессе транспортировки меня подняли с коляски, но не удержали, я рухнул обратно очень быстро. Внутричерепное давление ударило в голову, я ощутил действительно адскую боль и потерял сознание. Очнулся я через несколько секунд. И понял, что в комнате уже моя врач, еще медперсонал и все обсуждают страшные судороги и ужасную головную боль. Судороги — это, конечно, нездорово, это значит, что проблемы в центральной нервной системе стали сказываться на мышцах рук и ног.
Но есть и хорошие новости: здесь же, в Нью-Йорке, но в другой клинике, проходят два клинических испытания, под которые я могу подойти — в течение пары недель этот вопрос решится.
Еще из хороших новостей — практически закончил проект документа по скорой помощи для вице-премьера Голодец: сейчас в ЖЖ собираю поправки и предложения. Проект содержит целостное решение, в некоторых регионах оно опробовано, дополнительных денег из бюджета не требует. Думаю, что на неделе смогу его отправить Голодец и опубликовать у себя в Живом Журнале. Еще из позитива — после трех дней бессонницы врачи наконец мне подобрали таблетку, которая позволила заснуть. Но из-за этих же таблеток я все время теперь хочу спать. А жить в полусне я совсем не хочу. У меня много работы, которую надо успеть сделать, много каких проблем надо решить — валяться на койке я совершенно не хочу и не собираюсь.
Вот такие у меня приключения. Правда, я бы таким приключениям предпочел другие — спрыгнуть с парашютом или покорить Эверест :-)