Советы благодушных

Когда западные эксперты рассуждают о том, кто свободной рыночной экономике друг, а кто враг, они основываются на своем собственном, таком счастливом, опыте

Иностранных специалистов обычно ругают те, кого принято называть патриотами-почвенниками. Те же, кто считает, что Россия сможет добиться процветания только на пути рыночных реформ, если и не хвалят западных советчиков, то про ошибки их молчат. Вроде как политически некорректно пинать союзников, а тем более кредиторов. А ведь все-таки хочется порассуждать на заданную тему, и вовсе не потому, что Россия пока не нуждается в заемных деньгах, а исключительно в связи с тем, что ничегошеньки многие из этих «специалистов» у нас так и не поняли.

На прошлой неделе Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР) выпустил очередной ежегодный доклад об экономике Центральной и Восточной Европы, включая страны СНГ. И наконец-то нашел главного врага, тормозящего формирование рынка в России. Им оказались крупные вертикально-интегрированные корпорации. Они, по мнению ЕБРР, препятствуют конкуренции и мешают притоку иностранных инвестиций. Почему такая точка зрения возобладала за кордоном, понять непросто. Вроде бы все, кто занимается российской экономикой, еще в университетах учили, что в СССР господствовали гиганты индустрии. Поэтому не надо быть лауреатом Нобелевской премии по экономике, чтобы понять: быстро изменить ситуацию невозможно. Более того, сохранились гиганты-монополисты исключительно по воле государства. Нефтяная отрасль была демонополизирована, есть и крупные компании, и помельче, есть большие трейдеры и не очень. А вот газовая отрасль демонополизирована не была. И те же нефтяные компании на газовом рынке работать не могут - там не допускается никакой конкуренции.

Далее. Посмотрим на те отрасли, где этих самых вертикальноинтегрированных монстров нет, - например, на пищевую индустрию. Недавно Кропоткинский молокозавод перезаразил дизентерией половину юга России. Я не про санэпидемнадзор, который оказался не на высоте. Я про размер завода, также доставшегося в наследство от СССР. Если такое огромное предприятие сохранилось до сих пор, значит, нет конкуренции со стороны более мелких, мобильных производителей. В «пищевке» ведь ни Газпром, ни «ЛУКОЙЛ» не сдерживают развития конкуренции. Только родное государство с его армией чиновников стоит насмерть.

Что-то такое темнят эксперты и с тем, что вертикально-интегрированные компании сдерживают приток прямых иностранных инвестиций. Большинство иностранцев, особенно желающих работать в наших экспортных отраслях, хотят сотрудничества на условиях раздела продукции или при прочих льготных условиях. Но необходимости привлечения иностранного капитала при смягченном налоговом режиме просто нет. Иностранные и российские компании должны работать на общих налоговых основаниях. Иначе это уже точно не конкуренция!

Международные чиновники зачастую ошибались и раньше, не учитывая специфику России. Порой их ошибки, на которых они настаивали, поигрывая очередным лакомым кредитом, дорого обходились нашему бюджету. Чего стоит отмена экспортных пошлин на нефть и газ в 1995 году. Мишель Камдессю, тогдашний глава МФВ, настаивая на этом решении, рассматривал пошлины как очевидное зло. Пошлины отменили: поди поспорь с кредитором, когда бюджетных поступлений не хватает и на половину необходимых трат! Бюджет еще больше обмелел. Накануне президентских выборов пришлось значительно увеличивать объеМы заимствований на рынке ГКО. Конечно, не только настойчивость Камдессю по поводу экспортНЫХ ПОШЛИН привела к дефолту 1998 года, но свою роль в печальном событии она сыграла. Высказываясь о других секторах, наши западные помощники также не раз грешили чисто формальным подходом. Тот, кто был в курсе событий на финансовом рынке, помнит, как они выкручивали нам руки, чтобы отмеНить установленную квоту на долю капитала западных дочерних банков в совокупном капитале российской банковской системы. Не утверждаю, что квота в 12% для иностранных банков была полезна или вредна нашей экономике. Она ведь так и не была никогда иностранцами выбрана. Но нам доказывали с пеной у рта, что именно наличие квоты тормозит приход на наш рынок могучих европейских банков. Нас убеждали, что тут виновато не полное отсутствие желания рисковать своими деньгами и репутацией, где нет ни законов, которые соблюдаются, ни клиентов с деньгами, а одна малозначительная квота.

Любой чиновник или банкир из общавшихся с экспертами международных институтов вспомнит, как не раз и не два раздражала его их формальная логика. И то, что Россия - не Венгрия и не Польша и по сроку пребывания в социалистическом небытии, и по тем изменениям, которые наш тупиковый путь развития произвел и в экономике, и в характере населения, осознавалось иностранными советчиками с трудом. А вот последняя история с докладом ЕБРР показывает главное. Они (западные эксперты), основываясь на собственном опыте, полагали, что государство экономике друг. Тем более государство, во главе которого стоял президент, положивший свой рейтинг на плаху экономических реформ. Но государство - это не один президент и несколько министров. Это еще десятки тысяч чиновников. И именно их боится бизнес. Им несет взятки. Причем весь бизнес боится и несет. Мелкий - взятки маленькие. Крупный побольше. Но договариваются все. И это главное зло. ИРИНА ЯСИНА - директор проекта фонда «Открытая Россия»