И писать не надо

Сеть не осталась равнодушной к эпистолярному буму, который мы наблюдали на прошлой неделе. Так как за время конфликта вокруг НТВ его участники наработали изрядное количество словоблоков-кирпичей, известные деятели Рунета Mr. Parker и Норвежский Лесной решили использовать их для создания нератора открытых писем (www.zema. ru/service/openletter). Ввел имена отправителя и адресата - и читай, наслаждайся. Мы для пробы написали в первом окошке «Колобок», а во втором «Лиса» и вот что получили.

Открытое письмо Колобка Лисе Да воскреснет Бог, да расточатся враги его!

Никакой высшей справедливости не существует. Путин - не помазанник божий, а просто один из возюкающихся в грязи борцов, который в данный момент оказался сверху.

Но кто дал вам право говорить от имени этой демократии?

Было бы странно и смешно ожидать, что самодержавие, которое создало все эти адские ужасы, само пожелает и сможет прекратить их. Никакие реформы, никакие заплатки на самодержавии вроде Государственной думы, земств и пр., которыми хочет ограничиться либеральная партия, не могут положить конец этим ужасам. Наоборот, всякие попытки в этом направлении и противодействие революционным порывам пролетариата будут способствовать усилению этих ужасов. Мы сейчас на военном положении. И по моему убежде нию, должно быть сильное руководство. Кроме того, я чувствую какую-то моральную ответственность за людей, которые приходили из-за меня, в связи со мной, ко мне и Поэтому это написал. Потому что считаю, что то, что происходит, абсолютный беспредел. Мы потеряли смысл и цель, потому что сами и смысл и цель изменили. Это отвратительно - и по форме и по содержанию. Седьмого ноября злобный старик на улице на родном моем русском языке рассказывает мне, как плохо ему живется. Я на русском же языке пытаюсь возражать, но мы не понимаем друг друга. Любимая девушка шепчет мне в минуту близости, что, дескать, любит меня, и я никогда не узнаю, что именно она имела в виду. Сам я, когда шепчу ей нежности, думаю о чем-то своем, и может быть, она догадывается. Это разговор на двоих. Когда ты мне позвонил, мы закончили на истории моего добровольного непоявления до написания этого моего письма и с моим появлением сейчас. Ты мне позвонил, я тебе сказал, что нет никаких больше сил и мне не хочется. Ты сам сказал, что когда не хочется, но вот надо. Ты назвал это онанизмом, я употребил более благородное слово. Вот и все, и только. Нечего мне больше сказать. Человек не может находиться в истерике четверо суток.

Понимаешь, есть вещи, которые обычные люди, которыми являемся мы с тобой, понимают только в результате их логического осмысления, осязания И Практика показывает, что надо их не осуждать, а посочувствовать, потому что они с собой уносят от нас ну не больше самих себя. Они забирают собой себя, они не могут вынести из наших стен то, что в них присутствует, то, ради чего мы все здесь. Это словами не описать. Они уходят от нас пустыми. Я не знаю, почему так происходит. От Колобка