Представлен «Индекс свободы интернета» за март 2016 года: у россиян отняли ещё немного прав и свобод в Сети

Соучредитель некоммерческой организации «Общество защиты интернета» (ОЗИ) Леонид Волков подвёл неутешительные итоги марта 2016 года, озвучив на своём сайте новые цифры Индекса Свободы Интернета, определяемый голосованием экспертов. По его словам, в марте этот индекс…

«…упал стремительным домкратом, нащупал новое дно, обновил минимум, продемонстрировал склонность к повышению темпов снижения или как там еще принято говорить. Короче, упал, причем падение оказалось рекордным за всю историю индекса: сразу на 37 пунктов».

В марте эксперты, сотрудничающие с ОЗИ, выделили почти три десятка событий, которые влияют на свободу интернета. Как и в феврале, эти события в большинстве своем оказались негативными. В оценке участвовали наши постоянные эксперты. Это журналисты (Александр Плющев, Андрей Солдатов), юристы (Дамир Гайнутдинов, АГОРА), преподаватели (Игорь Иванов), ИТ-менеджеры (Петр Диденко), представители профильных организаций (Карен Казарян, Институт исследований интернета; Владимир Харитонов, Ассоциация интернет-издателей; Артем Козлюк, Роскомсвобода). Напомним, эксперты оценивают значимость событий независимо друг от друга. Далее мы отбрасываем крайние значения и усредняем полученные оценки.

Типичную категорию негативных новостей составляют, новости, ставшие уже привычными, уголовные и административные дела в отношении участников интернет-сообщества. В марте это дела против владельца интернет-библиотеки; против организаторов публичных Wi-Fi, например, в Иркутске и Тюмени.

В феврале, одним из самых неприятных событий, наши эксперты посчитали подачу первых судебных исков по закону о «праве на забвение». И март показал, что они не ошиблись – первые практики применения этого закона не впечатляют.

Удивительно, но одну из самых низких оценок экспертов (-4.25 баллов в среднем) получила новость о том, что московским полицейским запретили пользоваться соцсетями и мессенджерами. Видимо, экспертов озаботил не столько сам факт запрета, сколько перспектива расширения этих ограничений на другие категории граждан.

Если в феврале новости о расширении списка организаций, получивших право на внесудебную блокировку сайтов, вызывали однозначно негативную реакцию экспертов и оценивались от -3 до -5 баллов, то в марте мнения разделились. Например, новость о внесении в Госдуму законопроекта о наделении правом внесудебной блокировки прокуроров субъектов федерации получила всего -2.4 балла, с комментариями от «Очень плохая новость» (Игорь Иванов), до «не сильно меняет текущую ситуацию» (Карен Казарян).

Хороших новостей в марте немного. Из важного, Яндекс признал повышенный уровень политических рисков в отчете для инвесторов. И хотя, как справедливо заметил Дамир Гайнутдинов, напрямую на свободу интернета это не влияет, но адекватная оценка текущей ситуации представителями отрасли не может не воодушевлять.

В целом же надо признать, что выступление президента на коллегии ФСБ с рассказом о миллионах киберугроз дает свои результаты. Законодатели и чиновники привычно взяли под козырек. И если в феврале по оценкам наших экспертов индекс уровня свободы снизился на 21 пункт, то в марте уже на 37. Что дает на сегодняшний день 948 пунктов.

Волков вкратце резюмировал изложенные выше выводы:

Одна радостная новость: рекордным оказалось и количество экспертов, принявших участие в составлении индекса (их стало 10, и каждому большое персональное спасибо!). Если вы хотите присоединиться к этой работе — пишите: [email protected]».

К перечисленному выше хочется добавить ещё пару неприятных моментов. Идёт постепенное «омилиционеривание», т.е. подчинение Министерству Внутренних Дел ведомств, с недавних пор получивших рычаги давления на рунет (в данном случае — ФСКН), происходят наезд на «зеркала», интернет-рейдерство и участились случаи разделегирования сайтов без соблюдения самими же законодателями прописанных процедур. А к вопросу о мессенджерах хочется добавить, что нападки на них стали делом системным. Плюс ко всему, новая перетасовка полномочий между «омилиционеренными» ведомствами (напр., возможная передача «налога на болванки» в ведение ФТС или ФНС), а также нездоровое распоряжение базами данных россиян вряд ли сулит для интернета в нашей стране курс к обретению свобод.

Леонид Волков анонсировал «Мониторинг связности интернета»

«Общество защиты интернета» намерено юридически бороться с государственной системой прослушки СОРМ

_____