Михаил Эпштейн. Дар слова. Выпуск 19

Дар слова. Выпуск 19
Проективный словарь русского языка

Михаил Эпштейн

Дата публикации: 24 Марта 2003

НЕДО

как миросозерцание и цивилизция. Между "не" и "до", между Востоком и Западом

Г оголь и Достоевский, Победоносцев и Ключевский - в один голос говорят о " недо " как о характерной черте российского уклада (см. предыдущий выпуск ). Следует уточнить, что " недо " вовсе не сводится к множеству недостач и недоделок в материальной жизни, хотя и объясняет их системный характер. Недо обусловлено целостным характером культуры, которая положительно оценивает материальные блага и исторические завоевания цивилизации и одновременно дистанцируется от них, относится к ним с долей пренебрежения, равнодушия или даже презрения.

Такоe двойственное отношение к позитивным основам цивилизации: труду, успеху, богатству, здоровью, житейскому благополучию, экономическому и техническому прогрессу, - может свидетельствовать об особом типе религиозного мироощущения. Если Запад развил интуицию религиозного оправдания земного мира, общества, политики, ремесел и профессий, истории, культуры, а Восток развил интуицию их отрицания, то в России постепенно развилась сложная, парадоксальная интуиция одновременного утверждения и отрицания позитивного мира. Здесь одинаково громко раздается и западное бодрое, социально жизнестроительное " надо, надо, надо !", и восточное отрешенное, религиозно разоблачительное: " не то, не то, не то ". Русское " недо " отзывается и тем, и другим, в нем равно слышится и " надо " и " не то ", с разногласием в одну только букву. Здесь страстно, лихорадочно, неистово конструируют мир позитивных форм - политики, истории, экономики, культуры - и его же неустанно "деконструируют", демонстрируют его условность, лишность, ненужность, обветшалость...

Причем эти процессы конструкции "до" и деструкции "не" совершаются как бы одновременно, так что здание ветшает в процессе своего сооружения, словно по мере того, как одна сила толкает его вверх, другая стягивает вниз. Художник и теоретик российского концептуализма Илья Кабаков объясняет эту постоянную недо созданность окружающего ландшафта самим условием его существования в метафизической пустоте.

Каждый человек, живущий здесь, живет осознанно или неосознанно в двух планах: в плоскости своих отношений с другим человеком, со своим делом, с природой, и - в другом плане - в своем отношении с пустотой... Первый есть "строительство", устроение, второй - истребление, уничтожение первого. На бытовом, житейском уровне эта разведенность, раздвоенность, роковая несвязанность первого и второго планов переживается как чувство всеобщей деструкции, бесполезности, безосновности, бессмысленности всего, что ни делает человек, что бы он ни строил, ни затевал - во всем есть ощущение временности, нелепости и непрочности. 1

Эти два процесса, сооружения и разрушения, воплощения и размывания, не просто происходят одновременно, но они завязаны вместе в один тугой, неразвязный узел: недо . Если " до- " указывает на процесс до-стижения чего-то определенного, до-ведения дела до конца, то " не- " как раз препятствует этому действует как сила оттяжки, отсрочки, образуя пустоты именно накануне, на пороге возможного достижения. Промежуточный слой между "до" и "не" - та грань, по которой скользит это недо как "очарованное странничество" вольного духа. Таково место этого религиозного опыта между Востоком и Западом: полупризрачные постройки позитивного мира, вечно стоящие в лесах недо , через которые хорошо гуляется ветру, - постройки, всем своим видом говорящие, что они вряд ли они будут достроены, что начаты они вовсе не для того, чтобы получить завершение, а чтобы пребывать в этом блаженном и самоцельном недо , в состоянии оборванного порыва. Не пустота совсем уже голого места, пустыни или пустыря, но и не завершённость зодческого труда в башне и шпиле, а именно вечная стройка, "долгострой", " недо строй", в котором брусья и перекрытия столь же значимы, лелеемы, как и прорехи, сквозящие между ними. Обязательно начать - но отложить, не закончить. Недо - межеумочность вольного духа, который равно чужд и восточной созерцательной практике мироотрицания, и западному деятельному пафосу мироустроения.

Российское " недо- " нужно отличать от религиозной отрешенности, воздержания, неучастия, выражаемой чистым отрицанием " не ". В одной из ранних индийских упанишад читаем про атман - духовное начало всего, божественное "я": "Он, этот атман, /определяется так/: "Не /это/, не /это/". Он непостижим, ибо не постигается; неразрушим, ибо не разрушается; неприкрепляем, ибо не прикрепляется; не связан, не колеблется, не терпит зла". 2 Если это восточное откровение о Ничто перефразировать в терминах русского НЕДО , как особой религиозной интуиции, получилось бы, что "атман" непостижим , ибо постигается, неприкрепляем , ибо прикрепляется , и т.п. Именно положительные действия " до- " (-строить, -делать, -вершить) служат средством обнаружения этого " не- ". "Ничто" здесь проявляется не абстрактно, не пассивно, не абсолютно, а в нед оконченности самих действий. Опыт тщетности самой позитивности, которая тем не менее должна оставаться позитивностью, чтобы вновь и вновь демонстрировать свою тщетность - это и есть сердцевина религиозного опыта " недо ". Действует как бы не "магнитная" тяга влечения к Абсолюту, а "реактивная" тяга отталкивания от всех частичных, " недо- статочных" форм Его воплощения, так что Он являет себя как "минус-форма", как " недо ", которым перечёркивается любое позитивное "нечто". Недо не может очертить себя иначе, как этой косой чертой, не имеет другого "почерка", чем совокупность этих падающих, клонящихся вещностей.

В отличие от восточных способов созерцания, направленных на Ничто в его изначальной и чистой пустоте, в России само Ничто раскрывается как НЕДО , как одновременное утверждение и самостирание позитивной формы, как полупризрачность самой позитивности, ее постоянное колебание на границе "до" и "не". Запад - это цивилизация "до", цивилизация достижений, доведения до конца, доделанности, дооформленности. Восток - это религия "не": нестяжания, непротивления, непорывания, недеяния. В России "до" пришлось на "не", они схлестнулись, закрутили-завертели друг друга - и породили "недо". В разные эпохи и в разных идеологических системах эти "до" и "не" состязались за овладение духом великой страны. В восточном христианстве преобладало апофатическое "не", отвергающее притязания самоуверенного разума и поползновения материального мира, а коммунистическая религия утверждалась как метафизика великого "до": догнать, достигнуть, добить и добиться....

Но сами по себе "не" и "до" не способны утолить запросов российской души, ей нужно рвануться до конца - и не достичь, и тогда в этом промежутке, в момент величайшего напряжения, порыва туда и отдачи обратно, на разрыве двух резких движений, познавая величие поражения через силу напряжения, через силу упора, надсаживаясь, надрываясь, она чувствует себя собой: свершение - в самой несвершенности. Обрыв как обратная сторона порыва. "До" - порыв , "не" - обрыв ...

Когда же "не" и "до" петлей захлестывают друг друга, то создается нечто вроде надрыва , мастером которого и в жизни, и в литературе был Ф.М.Достоевский. "Надрыв" описан автором "Братьев Карамазовых" во всех видах: и в гостиной, и в избе, и на открытом воздухе (ч. 2., кн. 4, " Надрывы ").

Катерина Ивановна до такой степени любит Дмитрия Карамазова, до такой надсады всепрощения и самоотречения, что... вовсе даже и не любит его ("Дмитрия надрывом любите... внеправду любите..."- вдруг озарило Алешу). Штабс-капитан Снегирев до такой степени отчаяния нуждается в деньгах, до такого "дикого восторга" доходит, когда Алеша передает ему двести рублей от Катерины Ивановны, что ... не берет их, бросает на землю и с наслаждением и остервенением топчет каблуком. Такая стычка "до" и "не" в мире Достоевского производит истерику, душевную судорогу. "Они плачут.... истерика, бьются" (о Катерине Ивановне). "Сотрясается, словно судорогой его сводит (о Снегиреве).
А вот как эта надрывность выразилась у Владимира Высоцкого , где есть и порыв к тому, что "надо", и обрыв движения на той точке, где все "не то" и "не так".

В кабаках - зеленый штоф,
Белые салфетки.
Рай для нищих и шутов,
Мне ж - как птице в клетке!
В церкви смрад и полумрак,
Дьяки курят ладан.
Нет! И в церкви все не так,
Все не так, как надо....

Где-то кони пляшут в такт,
Нехотя и плавно.
Вдоль дороги все не так,
А в конце - подавно.
И ни церковь, ни кабак -
Ничего не свято!
Нет, ребята, все не так,
Все не так, ребята!

Моя цыганская (1968)

* * *

Заметим в заключение, что у недо - богатые теологические возможности. На основе позитивно-негативного смысла этой приставки могут сочетаться два метода, развитые в христианской теологии. Катафатическая, или утвердительная теология более рациональна, она описывает Бога таким, каким мы Eго знаем и каким Он явил нам Себя: Творец, Свет, Разум, Слово... Апофатическая, или отрицательная теология (основатель - Псевдо-Дионисий Ареопагит , 6 в. н. э.), напротив, более мистична, она отрицает применимость к Богу каких-либо наименований и определений и открывает путь "знающего незнания", "умного молчания" о Боге. 3 Совмещение этих двух методов как раз и может выражаться в " недо ": не просто говорить и не просто молчать о Боге, а каждым словом недоговаривать , каждым именем недоименовывать , т.е. соединять "не и "до" в каждом акте богомыслия, а не разделятъ их на отдельные методы.

---

Примечания

1 Илья Кабаков. Жизнь мух. Kolnischer Kunstverein. Edition Cantz, 1991, с. 86.

2 Брихадараньяка Упанишада. Антология мировой философии в 4 тт., М., "Мысль", 1969, с. 82.

3 По мнению В.Н.Лосского , крупнейшего православного богослова 20-го века, "апофатизм является основным признаком всей богословской традиции Восточной Церкви". Владимир Лосский. Очерк мистического богословия восточной церкви . М., Центр СЭИ, 1991.

---

Предыдущие выпуски "Дара слова"

1. Введение в проект . Однословие - минимальный жанр словесности.
2. Своеправие . Чем оно отличается от самодовольства, гордости и фанатизма.
3. Любля . Как говорить "про это", не впадая ни в книжность, ни в
просторечие. Предлоги и падежи любовного чувства.
4. Любь . Любовь - это когда я люблю, любь - это когда мне любится. Как можно действовать влюбь и почему нЕлюбь страшнее, чем безлЮбье .
5. Время-1 . Слова о времени у Даля и Хлебникова. Временялы , выгодно меняющие одно время на другое. Отчего страдают времябесием и времябоязнью .
6. Время-2 . Энергия смыслообразования. Гражданство и времянство . За что не любят вечностников . Времязависимые сидят у времени на игле. Злободневное и добровeчное .
7. Время-3 . Две разновидности письма - времяпись и вечнопись . Время как вид искусства. Кого считать времяносцем . Временитые люди и времучие места. Язык - азартная игра. Пора языкотворчества. Конкурс однословий.
8. Время-4 . Любимые слова американцев. Самые красивые русские слова. Как выбирать подарки. Политика - искусство отмывания времени. Времяупорные дамы и режимы. Компьютерные времярезки , исторические времярубки и большевистский времёж .
9. Время - 5 . Главный закон корня. Ветви и кроны. Языководство. Можно ли овременить Россию? Изгибы и пробоины времени. Времнины , времяпады , времяизвержения . Время и семя. Времяточивое детство и местомиги памяти.
10. Время - 6 . Логос и неологизм. Новому году - новое слово. Японское времялюбие и карамазовское времястрастие . Чувство времени и способы его выражения. Кто времлет будущему? Времливые мыслители. 8 часов завременья .
11. Время-7 . Однословия В. Колмановского. Расширьте свой времяём . Времяпоклонничество - самая массовая из сект. Времяугодливые классики. Времяеды опаснее дармоедов. Овременять или развременять религию?
12. Время - 8 . Последние времясловия. Иновременное, надвременное и подвременное . Времяведение как наука. Правила времесла . Вожди и времяводы . Лексическая крона времени в русском языке: 166 слов. Глагол времен.
13. Хронос-1 . Америка как демократия и хронократия . Хронос выше демоса и плутоса. Хрономания - болезнь трудоголиков. Хронема - гуманитарная единица времени. И ее смеховой двойник - хренема .
14. Хронос-2 . Xроноцид - преступление 20-го века. Болезни времени и вечности. Диагноз: хронопатия . Конец истории. Где утопия, тогда и ухрония . Tопохронная цивилизация. Очередь как топохрон .
15. Причастия будущего времени . Вопреки запретам академической и школьной грамматики, они существуют. "Сделающий, сумеющий, пожелающий, увидящий, прочитающий..." Отнесенность к будущему - важный признак настоящего.
16. Причастия будущего времени (страдательные) . Мелетий Смотрицкий - грамматический пророк. "Сделаемый", "сотворимый", "прочитаемый"... Полная и симметрическая схема всех причастий. Время как вид, будущее как завершение.
17. Предлог "в" - главное русское слово. Частотный словарь и картина мира. Грамматософия. "Тhe" и "в". Как язык решает основной вопрос философии. Великая цепь бытия.
18. Приставка "недо-" (1): понятие и культурный символ. Уникальность " недо " в русском языке, его непереводимость и двусмысленность. Недо и дао . Недо как общественный феномен в оценке русских мыслителей.