Против Гитлера и против Супермена

Блогеры читают иностранный список «Ясной Поляны»: Майкл Шейбон «Потрясающие приключения Кавалера & Клея»

Майкл Шейбон. Потрясающие приключения Кавалера & Клея. М.: Азбука-Аттикус, 2018. Перевод А. Грызуновой

Вера Котенко, телеграм-канал Книгиня про книги

После известного высказывания министра культуры Владимира Мединского в интернете продолжается флешмоб #ячитаюкомиксы, а это значит, что самое время поговорить о Кавалере нашем и Клее Майкла Шейбона, попавшем в список Ясной Поляны благодаря номинатору Егору Михайлову.

«Идиотскую» любовь к комиксам Шейбон заполучил по наследству от отца — тот их тоже любил, как и любит сейчас сын самого Шейбона. Неудивительно, именно книга о комиксах стала бестселлером New York Times, принесла писателю Пулитцеровскую премию в 2001 году, а Брет Истон Эллис назвал ее одной из трех величайших книг его поколения. «Потрясающие приключения» — книга о так называемом Золотом веке комиксов. Сама книга тоже как бы комикс: свои супергерои и суперзлодеи, суперконфликт, немного мистики, еврейских шуточек и истории США, что в результате дает гремучую смесь, книгу безумную, в той же степени как и великую. Шейбон — Стен Ли от литературы. Вот только с экранизациями ему не очень везет: «Союз еврейских полисменов» несколько раз пытались снимать, но проекты проваливались (даже братья Коэн в итоге от него, по слухам, отказались). Тоже самое и с «Потрясающими приключениями»: из них несколько раз собирались сделать кино (даже Джуда Лоу почти уговорили), но не сложилось, и продолжает не складываться каждый раз. Не напрасно Шейбон с откровенным раздражением говорит о Голливуде, будь он неладен.

Герои Шейбона борются со злом так, как умеют, — создают себе героев, которые на рисунках настучат по голове плохой черной массе врагов, наступающих откуда-то с востока. Впрочем, одно дело рисовать убийства, другое дело совершить их самому, то есть перешагнуть эту нарисованную границу и даже стереть ее.

Собственно, сам роман про «Потрясающие приключения» кажется не чем иным, как пусть и запоздалым, но своеобразным крестовым походом против таких министров культуры — у Шейбона тоже был повод, которого звали Фредериком Вертамом. Вертам — американский психолог и лицо «антикомиксного» движения. Как-то раз он заметил: «По сравнению с индустрией комиксов Гитлер не более чем новичок». Результатом всех его усилий стало создание Кодекса комиксов, согласно которому насилие в комиксах было совсем запрещено, а хорошее всегда было обязано побеждать плохое.

В принципе, плюсы подобных событий очевидны — написаны «Потрясающие приключения». Должна же быть от вертамов хоть какая-то польза.

Оценка: 8/10

Виктория Горбенко, телеграм-канал КнигиВикия

«Потрясающие приключения Кавалера & Клея» — прекрасный роман о том, как на рынке десятицентовых грез из немыслимого сора вырастает большое искусство. Главные герои — еврейские мальчишки Йозеф Кавалер и Сэмюэл Клейман, сумевшие на самой заре эпохи комиксов откусить здоровый кусок от никем пока не распробованного пирога. Один из них — потрясающий рисовальщик, другой — талантливый писатель, вместе они создали Эскаписта, героя-освободителя всех угнетенных, способного дать отпор персонифицированному в фигуре Гитлера мировому злу.

Шейбон ловко сочетает фантазию с действительностью, придавая творениям Кавалера и Клея узнаваемые черты реальных графических романов и вводя в сюжет реальных персонажей — от Сальвадора Дали до Стэна Ли. При этом основное повествование периодически перебивается вставками с приключениями Эскаписта, а начинается роман и вовсе с мистической истории спасения Йозефа из оккупированной Чехословакии. Дело в том, что бежать ему удается, спрятавшись в гробу с пражским Големом, глиняным великаном, защитником еврейского народа. Шейбон рисует яркий и выпуклый портрет Нью-Йорка, в котором в шуме безумных кутежей слышны отзвуки Второй мировой, а время Холокоста совпало с Золотым веком комиксов.

Шейбон тонко улавливает суть комикса как искусства слабых, в котором сломленные аутсайдеры получают огромную силу. Персонажи Кавалера и Клея транслировали томление целого поколения «слабаков, растяп и козлов отпущения». С конца 1930-х в этом смысле ничего не изменилось, и супергерои по-прежнему черпают силу из полученных травм и ощущения своей инаковости.

По мере развития сюжета рушатся и распространенные до сих пор предубеждения о комиксе как низком жанре, предназначенном исключительно для детей и идиотов. Кавалер и Клей сначала изобретают мотивацию, которая должна обеспечить персонажам психологическую достоверность, а потом, вдохновившись «Гражданином Кейном» Уэллса, осознают, что мощь комикса как искусства заключена в сопряжении нарратива и визуального ряда, в оригинальных сочетаниях которых таится масса возможностей для творческой самореализации. Ни один вид искусства не хуже другого априори — дело всегда исключительно в гении создателя.

Кому читать: Владимиру Мединскому и вообще всем, кто до сих пор думает, что комиксы — это для дебилов. Тем, кто знает, что это не так, читать тем более и в обязательном порядке.

Оценка: 8/10

Евгения Лисицына, телеграм-канал greenlampbooks

В романе «Искупление» Иэна Макьюэна главная героиня конвертирует художественный вымысел в своего рода валюту. Она наносит людям вред почти литературными придумками, а потом точно так же пытается в форме литературы искупить свою вину и придумать пострадавшим красивую и изящную судьбу. В «Приключениях Кавалера и Клея» происходит нечто подобное, но с помощью искусства герои борются не столько с собственной совестью, сколько с несовершенством окружающего мира. Ну а что, у каждого свое оружие. Было бы глупо орудовать кулаками и стрелять из винтовки, если сил у тебя как у воробья, а меткость как у штурмовиков из «Звездных войн». Каждый борется так, как умеет.

Искусство в романе — это комиксы. Будь «Кавалер и Клей» написан про скульпторов или музыкантов, то идея искусства-борьбы тоже прокатила, но была бы менее выпукла. Комиксы, яркие, утрированные, часто говорят что-то прямо в лоб, и этим они как раз и хороши, потому что могут мгновенно реагировать на все злободневное и волнующее большие массы народа. Пока ты там еще изваяешь скульптуру, в которой Аполлон или Афина попирают ногами гипсового Гитлера. А вот нарисовать мордобитие можно быстро — да и народу увидит гораздо больше.

Конечно, роман Майкла Шейбона не только про борьбу с проблемами на разных уровнях жизни. Начинать перечислять проблематику — значит увязнуть на целый вечер в формулировках тем для школьных сочинений. Этого и не требуется. Куда важнее упомянуть, что настоящий крепкий американский роман (великий, конечно же, и многостраничный) на большую часть состоит из реалий конкретной страны, но при этом все-таки умудряется понемногу просочиться и на более масштабный уровень, если не мировой, то хотя бы психологический — для определенных личностей. Для американоцентричной прозы это большая редкость, которую нужно беречь и выделять, чтобы они не закрывались там уж совсем в собственной местечковой литературе.

Уверена, что через сотню лет именно этот роман Шейбона будут изучать с лупой и писать многостраничные монографии, занимающие гораздо больше страниц, чем сам текст произведения. Но это потом, а мы сейчас можем позволить себе роскошь наслаждаться великолепным романом без лишних оглядок и анализов. Если вы не найдете для себя в романе хоть что-то созвучное среди многообразия линий, характеров и проблем, то, ей-богу, вы инопланетянин какой-то, а не человек.

Желаю прочитать всем, даже тем, кто комиксов боится как огня. Возможно, вы поменяете свое мнение.

Оценка: 10/10

Владимир Панкратов, телеграм-канал «Стоунер»

Роман о двух художниках Кавалере и Клее, которые придумали своего комикс-героя в противовес Супермену, сумели сделать его популярным и тем самым внести очевидный исторический вклад в развитие комикс-индустрии (при этом надо помнить, что ни Клея, ни Кавалера в реальности никогда не существовало), сам написан как захватывающий комикс, в котором картинки вдруг заменили буквами. Текст тут, с одной стороны, словно сценарий для фильма, с другой — в плотные абзацы надо всматриваться как в детально прорисованные сценки, иначе можно просто упустить половину сказанного. Кажется, своими длиннющими, вихрящимися предложениями Шейбон будто стремится передать ту страстную динамику, что была на нарисованных Йозефом Кавалером обложках. По той же самой причине этим текстом можно захлебнуться и, намучившись, бросить где-то на половине; однако сама идея написать о создателях комиксов в стремительной, рваной манере, характерной для самих комиксов, вызывает лишь уважение.

Собственно, «Приключения» и названы так потому, что это не просто байопик о двух парнях, нашедших свое дело, а приключения героев, которые наполовину живут в созданной ими самими реальности. Роман Шейбона — вообще текст, расположившийся на пограничье нескольких миров. Это очень американская история о self-made men из неблагополучных семей, которые набрались терпения, пахали как ослы и были за это вознаграждены. Это и история о том, что чудеса бывают не только в книгах, а слабые мира геройствуют не только в собственных снах. Конечно, это и история американских 30–40-х, где на одной вечеринке могли сойтись создатели комиксов (над которыми многие еще смеются) и Сальвадор Дали — и о том же времени в Европе, когда люди были готовы расставаться со своими детьми, лишь бы спасти их от наступающего фашизма. История это такая многогранная, что даже не знаешь, кому ее посоветовать. Мединскому, наверное, извините за трюизм.

Оценка: 7/10

Общая оценка: 8/10

* * *

Здесь можно почитать про другие книги из длинного списка премии «Ясная Поляна» в номинации «Иностранная литература»:

Пол Остер «4 3 2 1» — 8,75/10

Джонатан Коу «Срединная Англия» — 8,5/10

Дэн Симмонс «Террор» — 8,25/10

Ричард Руссо «Эмпайр Фоллз» — 8,25/10

Ойген Руге «Дни убывающего света» — 8,2/10

Вьет Тань Нгуен «Сочувствующий» — 8/10

Джон Бойн «История одиночества» — 7,75/10

Али Смит «Осень» — 7,75/10